Артём со спецназовцем, одетым в гражданскую одежду, подходили к дому Оксаны Тархановой:
- Валера, делаем вид, что разговариваем, о чём-то весёлым.
- Это зачем? – невольно улыбнулся тот.
- Возможно следят за подъездом, наши хмурые лица могут вызвать подозрение.
Подошли, Артём набрал на домофоне номер квартиры, хоть универсальный ключ от подъезда у него уже был.
- Кто? – раздался грустный голос.
- Оксана Фёдоровна, это лейтенант Барабанов. Нам необходимо поговорить с вами.
- Заходите!
Пока поднимались на третий этаж, спецназовец осматривался. Подошли к квартире. Дверь открылась, едва они постучали.
Женщина была в траурной одежде, видно, только вернулась с похорон супруга.
- Оксана Фёдоровна, приносим искренние соболезнования!
Та горестно покивала.
- Нам необходимо с вами поговорить. Дело в том, что преступники, убившие вашего мужа, могут наведаться и к вам. Поэтому два-три дня в вашей квартире в ночное время будет присутствовать Валерий. Он вас не стеснит.
- Хорошо! – вновь кивнула хозяйка.
- Постарайтесь никуда не выходить! Если непрошенные гости всё же заявятся, делайте всё что скажет Валерий.
- Хорошо!
- Я ухожу. Приду завтра утром, - он пожал руку спецназовцу и вышел.
Артём пришёл в свою квартиру, за год ставшую родной. Вспомнил, как радовался, когда родители купили ему это жильё, как целый год делал ремонт:
«Родители всё ждут, когда женюсь, а я всё в любовь играю. Они правы. Отцу двадцать три было, когда у них была свадьба, а мне уже двадцать пять. Родителям обещал, что женюсь, когда ремонт в квартире сделаю. Вроде сделал. Вот только пока не нашёл ту единственную».
Открыл холодильник.
«Банка рыбных консервов и бутылка молока, - поболтал в руке. – Похоже прокисло, три дня дома не был. Картошка – есть. Сварю и с консервами».
Стал чистит картошку, а мысли перешли на рабочий режим:
«Предположим, я преступник, у меня сообщник. Как бы я вел себя на их месте? Вот мы отомстили своему бывшему сообщнику. Теперь нам надо найти наши деньги, которые он забрал пятнадцать лет назад. Деньги, наверняка в долларах тысяча девятьсот девяносто шестого года выпуска. Более ранние могут не принять.
Чтобы прожить семье из двух человек нужно десять тысяч долларов в год, чтобы нормально жить – двадцать тысяч, хорошо – тридцать. За пятнадцать лет на жизнь, если учесть стоимость квартиры, нужно полмиллиона. Пусть Максим Тарханов за эти пятнадцать лет сто пятьдесят тысяч заработал.
Если преступники действуют, как мы думаем, то есть, хотят вернуть остаток, то первоначально сумма более полумиллиона долларов. Пусть миллион. Эту сумму вполне можно хранить в квартире. Сомневаюсь, что Тарханов положил их в банк под проценты. На это надеются и преступники. Значит, вероятнее всего, должны заявится в квартиру.
Теперь главный вопрос: как? До вчерашнего дня могли прийти под видом полиции. Я ведь зашёл, лишь представившись в домофон. Они этого не сделали, понимая, что вдова будет до похорон на виду, а возможно, и покойный будет в квартире. Хотя, про ритуальные услуги они должны знать. В любом случае, разговор о деньгах не получится.
Если сразу не пришли, то придут завтра-послезавтра. Как они зайдут в квартиру? Представившись полицейскими, как я. Это не вызовет подозрения. Да, у Оксаны Фёдоровны и мысль в голову о подозрении не придёт... Не пришла бы до вчерашнего дня».
За думами и картошка успела свариться. Поужинав, Артём лег на кровать и сразу уснул, ведь предыдущей ночью поспать удалось лишь пару часов. Да и то, какой с Кристиной сон?
***
На следующее утро Артём, насвистывая мотивчик любимой песни, подошёл к подъезду Тархановых, открыл дверь своим ключом. Ведь, если преступники следят за подъездом, то им жители должны примелькаться, значит, и он примелькается.
Дверь в квартиру открыл Валерий, предварительно глянув в глазок.
- Всё нормально? – спросил Артём.
- Нормально.
- Завтра к восьми вечера, опять сюда.
- Понял я уже.
Спецназовец ушел. Из комнаты вышла хозяйка.
- Здравствуйте, Оксана Фёдоровна! Всё нормально?
- Да, - произнесла та отрешённо.
Тут на его телефоне раздался звонок.
- Привет, Артём! Мы прибыли, - раздался голос одного из спецназовцев. – Серая десятка правее подъезда, возле соседнего дома.
Артём подошёл к окну:
- Вижу!
Выключив телефон, подошёл к хозяйке:
- Оксана Фёдоровна. Возле дома стоит наша машина. В течении дня они посторонних к вам не пропустят, но случится может всякое. Если кто-то незнакомый позвонит в домофон или постучится в квартиру, не открывайте, даже, если незнакомцы скажут, что они из полиции. Из полиции только я и Валера. Если постучат в дверь, скажете: сейчас халат наброшу. И сразу позвоните по этому номеру. Запишите!
Подождав, пока женщина запишет и, проверив правильность записи, Артём продолжил инструктировать:
- Из дома тоже никуда не выходите. Потерпите сегодня и завтра.
- Ладно!
- Всё! Я пошёл. Приду после работы. Вместе подождём Валеру.
***
На работу лейтенант пришёл часам к десяти, его коллеги, как раз одевались.
- Артём, что у тебя? – сразу спросил Винокуров.
- За ночь ничего не случилась. Охрана прибыла. Провел вдове инструктаж.
- Мы на вызов.
- Что там?
- Стопроцентная бытовуха. Сегодня и завтра ты занимаешься только Тархановой.
Коллеги ушли раскрывать очередное дело, а Артём разогрел чай и стал думать:
«Что возле подъезда, за которым мы следим подозрительное спокойствие. Ведь преступники тоже должны следить за подъездом, но я не заметил ничего подозрительного. Ведь должен кто-то с безразличным видом сидеть в беседке или возле подъезда дома, напротив. Жигулей пятёрки тоже поблизости нет. Что-то, какая-то мелочь всё равно должна быть. Может я чего-то не заметил?»
***
Ближе к обеду вернулся Дмитрий.
- Что? – сразу спросил Артём.
- Классическая бытовуха. Заходим. Тело, топор, всё, как в триллере. Приходит участковый. Ведёт нас в соседний дом. Подозреваемый лежит пьяный. Разбудили, он в слёзы. Поднимаем, привозим. Сейчас дело отдам Смагину, пусть расследует.
Зашел Винокуров:
- Артём, что у тебя? Утром, как следует не рассказал.
- Юрий Александрович, подозрительно тихо. Даже интуитивно не чувствуется их присутствие.
- У меня, почему-то наоборот, предчувствие, что они не сегодня завтра заявятся. Сегодня четверг, завтра пятница. В субботу и воскресенье они не придут. Выходные, слишком много народа будет. Так что эти два дня будь внимателен!
***
После работы сразу пошёл в квартиру Тархановой. Пошёл немного другой дорогой, осмотрев дом и подходы к нему, с другой стороны.
«Нет, попасть в квартиру через балкон или через окно нереально. Через дверь, только через дверь, не вызвав подозрения, ни у хозяйки, ни у соседей. Для них не вариант, если кто-то увидеть их, входящими в квартиру Оксаны Фёдоровны. Это вызовет любопытство, и соседи невольно запечатлеют их физиономии».
Обошёл дом и, помахивая ключами. Скользнул взглядом по козырьку над дверью подъезда, по объявлениям на двери. Зашёл внутрь, продолжая думать:
«В подъезд они зайдут без проблем. Достаточно позвонить в любую квартиру и представиться работниками полиции, скорой помощи или любой другой службы. Можно зайти вместе с заходящим или выходящим школьником».
Подошёл к квартире, постучал. В глазке на минуту мелькнул свет, и дверь открылась.
- Здравствуйте, Оксана Фёдоровна!
- Здравствуй, Артём! Проходи на кухню!
Молодой сыщик сразу обратил внимания, что вдова немного пришла в себя, взгляд не такой отрешённый, как при предыдущих встречах. Прошли на кухню.
- Садитесь! Сейчас чай налью! Вы, наверно, после работы?
- Нет, нет, спасибо!
Но на столе уже появилась колбаса, конфеты. Всё самое дорогое.
- Весь холодильник продуктами забит, а есть теперь некому, - на её ресницах мелькнули слезинки.
Артём вспомнил, что холодильник у него в квартире пустой, а денег после отпуска в обрез, и не стал обижать хозяйку отказом.
Оксана стала рассказывать о своём муже. Слушая её, молодой сыщик делал выводы:
«Она, действительно, не знает, чем её муж занимался в девяностые годы. В её представлении, он хороший мужчина, который заработал на Севере много денег. После переезда сюда и их свадьбы, он продолжал зарабатывать большие деньги. К тому же, сильно любил её, хоть у неё и не могло быть детей».
И тут женщина задала вопрос:
- Вот скажи, Артём, зачем они убили Максима? Он никому ничего плохого не сделал.
- Оксана Фёдоровна, я пока не знаю ответа на этот вопрос.
- Тогда, почему вы меня охраняете?
- Понимаете, - Артёму приходилось придумывать на ходу, что сказать женщине, а заодно, узнать, что об этом знает сама вдова. – У нас сложилось впечатление, вашего супруга убили за то, что он не открыл преступникам какую-то тайну. Мы предположили, что они захотят об этом спросить у вас.
- Я не знаю ни о какой тайне.
- Вы с Максимом прожили пятнадцать лет. Преступники об этом, наверно, знают, поэтому им хочется задать вам кое-какие вопросы, - видя, что женщина лихорадочно ищет ответ на вопрос, какую тайну она могла знать, Артём успокоил её. - Не переживайте, мы вас в обиду не дадим.
А в голову невольно закралась мысль:
«Может всё это плод моего воображения и, никакие преступники сюда не заявятся, но ведь и Саныч так считает. Его предчувствие никогда не обманывает. Сегодня-завтра должно, что-то случиться. Хотя, сегодня едва ли. По подъезду без остановки ходят соседи, ночью их в квартиру никто не пустит. Значит, завтра».
Раздался лёгкий стук в дверь. Сыщик вышел в прихожую, глянул в глазок и открыл дверь:
- Привет, Артём!
- Привет, Валера! – тут же надел кроссовки. – Ладно, я пошёл.
- Здравствуйте, Оксана Фёдоровна! – кивнул спецназовец, вышедшей из кухни хозяйки.
***
Купив по дороге кое-какие продукты, на оставшиеся деньги, Артем вернулся в свою квартиру. Конечно же, в голову полезли мысли об этом деле. Едва раздевшись, он, расслабленно сел на диван и стал думать:
«Что-то ведь мелькнуло, на что должен был обратить внимания, но я этого не заметил. Будем считать, что они придут завтра. Самое благоприятное для них время до обеда. Точнее, где-то с восьми до десяти утра. Взрослые ушли на работу, школьники в школу. Кто остался дома, ещё спят.
Далее. Как они попадут в квартиру? Только через дверь. Стук утром в дверь в любом случае вызовет подозрение. Значит, хозяйка глянет в глазок и увидит незнакомого мужчину или мужчин, спросит: Кто? Они должны ответить что-то не вызывающее подозрение. Например: Полиция. И показать любую красную книжицу. В глазок разобрать, что это за документ, невозможно.
Конечно, это тоже не вариант. Ведь с Оксаной Фёдоровной полицейские должны были поговорить ещё до похорон, и преступники про это, конечно, знают. Они вполне могут рассчитывать и на то, что женщина, после смерти мужа, ещё не пришла в себя и не сможет адекватно оценить обстановку».
Решив, что утро вечера мудренее, Он попил чай с бутербродом и лег спать, ведь завтрашний обещал быть напряжённым.
***
Ровно в восемь утра Артём подходил к дому, где жили Тархановы. Возле дома тихо, если не считать редких школьников, идущих в школу. Никаких подозрительных личностей, похожих на предполагаемых преступников. Ничего подозрительного.
Подошёл к подъезду, взгляд вновь скользнул по объявлениям и задержался на одном:
«26 октября с 8.00 до 16.00 будет проходить проверка газового оборудования. Просьба к жителям дома, обеспечить доступ сотрудникам газовый службы к квартирам».
Артём зашёл в подъезд и перепрыгивая через две ступеньки бросился к квартире.
- Привет, Артём! – произнёс спецназовец, открыв дверь.
- Привет, Валера! – зашёл в квартиру и закрыл дверь на защёлку. – Такое предчувствие, что гости заявятся именно сейчас.
- Да ты что?
- На подъезде висит объявление газовой службы о проверке оборудования. Настоящие газовики раньше девяти не прибудут. Эти начнут сейчас.
Артём достал телефон и позвонил спецназовцам, которые должны подъехать:
- Привет! Вы где!
- Привет! Подъезжаем!
- Кажется, сейчас начнётся. Встаньте поближе, чтобы подъезд был хорошо виден! Внимательно смотрите на всех входящих. Возможно, они будут в спецовках голубого цвета или в чём-то подобным.
- Что случилось? – из комнаты вышла хозяйка.
- Оксана Фёдоровна, слушайте! – стал консультировать Артём. – Если сейчас постучатся в дверь. Вы посмотрите в глазок и спросите: «Кто?» Вам ответят: «Газовая служба. Проверка оборудования». Вы скажете: «Я никого не вызывала». Они скажут: «Объявление на подъезде три дня весит». Вы скажете: «Сейчас халат накину». После этого уйдёте в самую дальнюю комнату и ни в коем случае оттуда не выходите. Оксана Фёдоровна, вы поняли?
- Да.
На его телефоне заиграла мелодия. Звонили спецназовцы снизу:
- Артём, они зашли. Мы не успели ничего предпринять.
- Не выходите из машины. Они могут вас заметить с лестницы. Как позвоню, начинайте!
- Понятно!
В дверь постучали. Артём подошел к женщине:
- Оксана Фёдоровна, не торопитесь и не волнуйтесь!
Та подошла к двери:
- Кто?
- Газовая служба.
- Я никого не вызывала.
- Проверка оборудования. Объявление неделю на подъезде висит.
- Сейчас халат накину, - и женщина направилась в комнату.
- Работаем! – произнёс Барабанов в телефон.
- Артём, - шёпотом произнёс Валерий, доставая пистолет. – Встаёшь справа от меня. Я открываю защёлку, ты резко распахиваешь дверь.
- Понял! – и тоже достал пистолет.
Встали около двери. Спецназовец кивнул головой и левой рукой повернул защёлку. Артем резко распахнул дверь.
- Руки подняли! – приказал Валерий.
Глаза у стоящего впереди мужчины удивлённо расширились, но через мгновение в руке мелькнул пистолет. Выстрел, и тот стал медленно оседать. Второй ринулся по лестнице вниз.
- Артём, пусть бежит, - крикнул спецназовец, потрогал у лежащего шею. – Готов!
Внизу раздался шум, удары. На лестнице показался другой сотрудник спецподразделения:
- Валера, что у вас?
- Готов! – махнул рукой и спросил. – А у вас?
- Взяли живым, - достал телефон. – Сейчас позвоню нашим.
Позвонив, кивнул молодому сыщику:
- Артём, вызови своих!
***
Через полчаса лестничная площадка была заполнена сотрудниками полиции и санитарами.
- Уносите! – приказал им Винокуров, видя, что на площадке стало тесно, а жильцы, словно специально ходят туда-сюда.
Артём зашёл в квартиру, подошёл к хозяйке:
- Оксана Фёдоровна, до свидания! Извините за беспокойство!
- Артём, вам спасибо! Так страшно было.
***
Когда сели в машину, Винокуров приказал:
- Артём, рассказывай!
- Я, когда сегодня утром пришёл к подъезду, обратил внимания, на объявление, по поводу проверки газового оборудования. Сразу подумал, что это идеальный способ преступникам проникнуть в квартиру. Не успел зайти в квартиру, как звонят наши спецназовцы снизу, что преступники зашли в подъезд. Пришлось работать по обстоятельствам. Сначала Оксана Фёдоровна с ними поговорила. Затем мы с Валерой дверь открыли. Они только на секунду растерялись, у того, кто стоял ближе, мелькнул пистолет, но Валера выстрелил быстрее. Второго наши спецназовцы, которые были внизу, скрутили.
- Артём, скажи честно, страшно было? Ведь подобное у тебя первый раз.
- Когда у того пистолет мелькнул, на какое-то мгновение всё тело, словно парализовало. После того, как Валера выстрелил, всё стало на место.
- Когда на тебя в первый раз наставляют оружие всегда страшно, - Юрий Александрович невольно вспомнил свою милицейскую молодость, вздохнул, - и в человека стрелять страшно.
***
В кабинет завели преступника. Который остался в живых:
- Присаживайтесь! – произнёс Винокуров, кивнув на стул, тот сел продолжил. – Я – начальник отдела по расследованию убийств подполковник Винокуров Юрий Александрович. Представьтесь, пожалуйста!
- Яков Васильевич Юрченко.
- Гражданин Юрченко, вам будут предъявлены обвинения по статье сто пятой. Что это за статья вы знаете и, какой срок по ней грозит, тоже знаете.
- И что вы хотите на меня повесить?
- Убийство вашего бывшего друга, Максима Сергеевича Тарханова, который ранее носил фамилию Коваленко.
- Да, я знать не знаю, никакого Тарханова.
- А зачем тогда вооружённые явились к его вдове?
- Узнали, что она богато живет…
- И приехали из Омска посмотреть на её квартиру, - таких расколоть для подполковника Винокурова труда не составляло, колол он их по одному, годами отработанному сценарию. – Вот, что, гражданин Юрченко. Сейчас вам сорок два, из которых вы отсидели четырнадцать. По этому делу дадут двадцать, ведь смягчающих вину обстоятельств у вас нет. Когда вернётесь, вам будет шестьдесят два, вы будете стариком. Есть другой вариант. Вы пишите чистосердечное, сотрудничаете со следствием. Что будет учитываться, как смягчающее вино обстоятельств и вам дают десять лет. В пятьдесят два вы будете выглядеть пожилым, но не старым. Вас, какой вариант больше устраивает?
На несколько минут в кабинете повисла тишина. Юрченко понял, что друзьям он хуже не сделает, их просто уже не осталось на белом свете. И хмуро произнёс:
- Второй вариант.
- Тогда начнём. За что убили гражданина Максима Сергеевича Тарханова?
- Мы в девяностые вчетвером работали. Был кое-какой капитал. В девяносто шестом новые доллары появились. Решили обменять старые на новые. Двадцать процентов пришлось сверху отдать, но нас это устраивало.
- И сколько?
- Лимон плюс двести сверху. Поручили это дело Ковалю, Максиму Коваленко. Через два дня нас взяли. Роберт схватился за ствол. Его застрелили, мне и Снайперу дали по четырнадцать лет.
- Снайпер – это Анатолий Барков?
- Да, он а армии снайпером был, стрелял без промаха. Нас, значит, посадили, а Коваль исчез вместе с нашими деньгами. Вдобавок, мы уже там узнали, что он нас и сдал. Такое не прощается. Когда вернулись стали искать. Год искали, пока нашли. Тут как раз. надзор окончился. От дедушки мне в наследство остался «жигуль», который я ему и купил. Вот на нём мы и приехали в ваш город.
Подозреваемый вновь замолчал, собираясь с мыслями, затем продолжил:
- Походили мы и поездили за ним недельку. Затем придумали этот план. Думали, вы вовек не распутаете.
Винокуров задал ещё несколько уточняющих вопросов. Лейтенант Барабанов, который вёл протокол, вывел через принтер несколько копий. Подозреваемый расписался, и его увели.
***
- Артём, - улыбнулся Юрий Александрович. – Я знаю, что ты каждому интересному делу, в котором участвовал даёшь название. Как это назовёшь?
- Дело интересное. Назову «Промах снайпера».