Амбассадор эксцентрики Даниил Воробьёв в интервью подкасту «Плёнки» рассказал о том, как потерял роль в иностранном 4-серийном шпионском триллере. Даниил, которого уже утвердили на одну из двух главных ролей в сериале, провалил пробы по зуму из-за состояния, которое в английском языке лаконично называется «star-strucked», то есть из-за парализующей встречи с очень знаменитым человеком.
«Это был иностранный проект, в котором меня утвердили. Мы сделали с агентом самопробу, отправили, меня утверждают, я подписываю договор, и потом мне агент говорит, что надо пробы по зуму — там будет режиссёр, кастинг-директор и продюсер. Не проблема, говорю я, давай. Подготовились к этому дню, и вот день икс, я на всякий случай повесил себе иностранный текст, чтобы опираться. Первым вышел на связь режиссёр, британец — я там половину слов вообще не понял, что он начал мне нести. Я выхватывал какие-то знакомые понятные фразы. Потом вышла на связь кастинг-директор, такая старинная женщина Мэгги. Приободрила меня: «Давай, всё нормально». И я вот по этому «давай» уже тремор небольшой выхватил. Но вот мы начали делать пробу, и я смотрю, что такого дикого зажима давненько у меня не было. Хотя меня утвердили уже. И чего тут? Потом Мэгги говорит: «Секунду, сейчас продюсер на связь выйдет».
Включается человек, и я начинаю узнавать эти очки…и понимаю, что передо мной сидит Гэри Олдман и говорит: «Просто расслабься, у тебя и так всё круто получается». И этот момент сковал меня настолько, что я просто пытался донести себя до финала этой встречи. Когда весь бэкграунд этого человека пожаловал мне в голову, пожаловало осознание, что Гэри Олдман смотрел сейчас, как я там что-то пытаюсь делать на зуме. И это всё настолько подсковало, что я еле дошёл до конца. Я провалил абсолютно пробу. Второй раз Гэри появился, сказал: «Всё нормально, не переживай, всё в порядке». И через два дня мне агент перезванивает и говорит: не в этот раз.
Это был тотальный провал. Это была вторая главная роль. Это был шпионский 4-серийный сериал. Это была прям большая потеря. Потому что это была моя абсолютно роль, моя энергия. Причём, это был высоко интеллектуальный материал, где не просто русский артист делает какого-то бандита или шпиона. А это действительно прочеловеческая вещь, где сценарий и на стороне русского, и на стороне иностранца. Это очень сильно меня порушило. Но после этого зума произошло крутейшее приобретение — я понял, что я имею право на ошибку. Стало легче жить. Я дико благодарен за эту ситуацию».