Эквадорцу Пабло мало хорошего говорили о России, но он все равно поехал. И даже невеста не отговорила его от этого. Сейчас он счастлив здесь, но сначала испытывал недюженное удивление от России, потому что в менталитете людей его страны есть значительные отличия.
В Эквадоре мы все целуемся. Если ты знаком с девушкой, то привычно поздороваться с ней поцелуем. Если она сидит с подругами, то ты поцелуешь всех ее подруг (улыбается), потому что они вместе, и теперь вы знакомы. Все очень быстро, мы очень контактные.
Так вот, я попытался делать то же самое в Москве и получил несколько раз пощечину! Потому что здесь нельзя так, не принято тут такое… Нельзя просто подойти, сказать «привет, Наташа!» и сразу ее поцеловать. Даже если вы знакомы.
Поэтому в первые месяцы у меня начался достаточно сильный культурный шок. Я начал понимать, что тут все иначе. Мне ранее говорили, что здесь люди не такие контактные, но ты не поверишь, пока не прочувствуешь это на своем опыте.
Свой устав
Вначале тебе кажется, что, так как ты иностранец, ты можешь рассказать русским что-то новое, показать, «научить» их чему-то. Но потом, причем довольно быстро, приходит осознание, что русских не надо учить своим порядкам. Скорее они тебя научат (смеется).
Так и произошло. Более того, по прошествии времени, я осознал, что начинаю думать по-русски! Мне кажется, что в этом кроется тайна понимания людей в России, своеобразный культурный ключ. В самом русском языке.
Именно поэтому я всем приезжим говорю, что, если ты оказался в России, то надо учиться на русском языке. Тогда все пойдет как по маслу! По-другому Россию не понять. Хотя кое-где написано, что ее никак не понять (смеется).
Итак, к чему я клоню: даже если ты говоришь по-английски и одновременно учишь русский, так не пойдет. Русский должен доминировать. Иначе смысл происходящего в этой удивительной стране будет постоянно от тебя ускользать.
И в определенный момент мой мозг переключился, и я начал думать на русском языке. Это произошло примерно через 2 года жизни тут. И тогда мне стало гораздо проще жить. Я перестал всем говорить, что «да, у вас так принято, но у меня в Эквадоре вот так». Я понял, что если «так принято», то так надо делать и мне.
С другой стороны, чтобы быть собой, я придумал себе всякие «ключики». Например, чтобы оставаться достаточно контактным, но не обижать окружающих, я стал здороваться со знакомыми девушками кулачками, а не поцелуями. Контакт есть, всем спокойно, да и «лед ломается» в отношениях. Так я остался в «зоне» российской культуры, оставаясь при этом южным парнем из Эквадора (смеется).
Сейчас я стал себя ощущать гражданином России. Во-первых, я прожил тут уже 20 лет, пути обратно нет, думать как раньше не получится. Во-вторых, даже когда я теперь возвращаюсь в Эквадор, мне становится некомфортно. Я просто не могу больше там находиться, мне очень тяжело. Не могу принять ту культуру. Оказалось, что более родная и близкая культура для меня теперь и впредь – именно российская.