В начале зимы 1919 года положение в России можно было назвать «неустойчивым равновесием». Войско донских казаков атамана Краснова не смогло взять Царицын. Не желая мёрзнуть в степи, казаки разошлись по домам. После неудачного штурма Екатеринодара, Добровольческая армия генерала Деникина представляла собой жалкое зрелище. Деникин отвёл остатки армии к станице Медведовской. Жалкие остатки Уральской казачьей армии сидели в Гурьеве, и атаман Толстов не знал, что предпринять. Отдельная Оренбургская казачья армия атамана Дутова под ударами красных ушла в Тургайские степи, и в казахских аилах зализывала раны. Но и у большевиков не всё гладко: в Мурманске высадился отряд англичан, на территории Советской России вспыхивали антибольшевистские мятежи, которые с трудом удавалось громить. В Сибири адмирал Колчак сместив правительство Директории, объявил себя Верховным правителем России. С помощью союзников и Чехословацкого корпуса он приступил к формированию армии. В таких условиях Советскому правительству следовало действовать крайне осторожно. Но в армейские штабы РККА приходит телеграмма за подписью председателя ВЦИК Якова Свердлова о необходимости начать террор против казаков. Как следствие вспыхнули восстания донских, уральских, оренбургских и кубанских казаков. Кто и как организовал в самый неподходящий момент телеграмму о «расказачивании» рассказывается в книге Евгения Горохова «Хроника кровавого века – 4. Времена смутные». В ней повествуется о трагической судьбе семьи уральских казаков Балакиревых на фоне бурных событий Гражданской войны. Скачать книгу можно на https://www.litres.ru/evgeniy-petrovich-gorohov/
Ранней весной 1919 года начался новый виток Гражданской войны. 5 марта Западная армия генерала Ханжина нанесла удар встык 2-ой и 5-ой армий РККА. Выйдя в район Уфы, Ханжин принялся громить тылы пятой армии командарма Тухачевского. От полного разгрома пятую армию красных спас начальник штаба Ермолин, бывший полковник Генерального штаба Русской императорской армии. Он организовал грамотный отход, избежав разгрома дивизий своей армии. После восстания оренбургских казаков, Отдельная армия атамана Дутова взяла Оренбург, разорвав сообщение большевистского правительства с Ташкентом. Восточный фронт РККА трещал по швам. В апреле 1919 года командир 4-ой армии Фрунзе начал наступление на Гурьев, но к тому времени вспыхнуло восстание уральских казаков, и маленький отряд полковника Владимира Толстова разросся до полноценной армии. Разбив 22-ю стрелковую дивизию Александра Сапожкова, казачья армия генерал-майора Толстова приступила к осаде Уральска.
Армия генерала Ханжина, развивая наступление, обескровила части 2-ой, 3-ей и 5-ой армий РККА. 21 апреля Ханжин вышел к Каме в районе деревни Мысовые Челны (теперь город Набережные Челны). Осталось сделать рывок на Казань, а там склады с вооружением и амуницией, чего так не хватало армии Ханжина. Но сил для этого не было. Верховный правитель адмирал Колчак не мог послать Ханжину подкрепления, так как в Сибири действовало большевистское подполье и партизанские отряды. Колчак с трудом удерживал ситуацию под контролем. Генерал Толстов не слал казачьих полков на помощь Ханжину. Уральские казаки заявили своему атаману: «За грань нашей земли не пойдём!»
Советское правительство понимало важность Восточного фронта РККА. 7 июля 1919 года командование фронтом принял Александра Самойло. Бывший генерал-майор, начальник оперативного управления Генерального штаба Русской императорской армии. Он был прекрасным стратегом. Самойло поставил задачу командующему Южной группой армий Михаилу Фрунзе: выйти к реке Эмба. В случае успеха, армии уральских и оренбургских казаков отсекались от войск генерала Ханжина, а Советская Россия получит нефтяные месторождения в районе реки Эмба. РСФСР остро нуждалось в нефти, ибо бакинские месторождения заняты англичанами. Южная группа армий РККА нанесла ряд чувствительных ударов уральским казакам, генерал Толстов вынужден был отводить свои части к Гурьеву.
В ноябре 1919 года в штабы армии РККА пришла телеграмма за подписью Владимира Ленина. В ней указывалось, что директива Оргбюро ЦК РКП (б) по расказачиванию признана ошибочной. Вышло постановление Советского правительства об амнистии всех участников антисоветских вооружённых формирований, которые сложат оружие и сдадутся. К этому времени части Южной группы армий РККА окружили Илецкий корпус Уральского казачьего войска. Казаки сложили оружие, их тут же распустили по домам. Весть об этом разлетелась по полкам Уральской казачьей армии. Казаки стали разъезжаться по станицам. С атаманом Толстовым осталось три тысячи офицеров и двенадцать тысяч членов их семей. Решили идти по берегу Каспийского моря в Красноводск. Там соединиться с армией Деникина. Из Гурьева вышли 20 января 1920 года.
Казахи Алаш-Орды в Гражданскую войну были союзниками уральских казаков. Когда белое движение потерпело поражение, они заключили соглашение со штабом Туркестанского фронта РККА о признании советской власти. Чтобы заслужить прощение от Советской власти, отряды Алаш-Орды в степи стали нападать на своих бывших союзников, уральских казаков генерала Толстова. Погибая от пуль Алаш-Орды, замерзая в снегу, умирая от голода и болезней, казаки с жёнами и детьми шли по степи. В марте 1920 года добрались до городка Форт-Александровский расположенный на полуострове Мангышлак. Из Гурьева вышло пятнадцать тысяч человек, до Форт-Александровского добрались только две тысячи. От местных жителей узнали, что большевики загнали армию Деникина в Крым. Генерал Толстов предложил уходить в Иран. С ним пошли двести человек. В последствие они перебрались в Австралию. Другая часть казаков решила вернуться домой. Несколько сотен добрались до Крыма, и продолжили войну против большевиков. Однако это уже другая тема, а история уральского казачества на этом заканчивается.