Я очень люблю экранизации русской классики. Среди моих любимчиков есть и уютные тягучие советские фильмы вроде «Дворянского гнезда», и современные зарубежные, например, «Анна Каренина» с Кирой Найтли и «Война и мир» BBC. И «Жестокий романс», и «Мастера и Маргариту» (пожалуй, не Локшина, а Бортко) – всё люблю трепетно и нежно.
Сегодня хочу порекомендовать вам одну из самых необычных экранизаций «Идиота».
Речь идёт о фильме классика японского кино Акиры Куросавы «Идиот», снятом в 1951-м году. Куросава решительно отказался от идеи воспроизводить русский XIX век (думаю, по этой причине из фильма исчезли все второстепенные персонажи с их политическими спорами). Вместо этого он перенёс действие на японский остров Хоккайдо в годы после Второй Мировой и Советско-японской войн. Но одновременно и перебросил мостики к русской культуре, воплотив на экране свои представления о её сути.
Хоккайдо – самый северный остров в Японии и самый географически близкий к России. Здесь суровые зимы. В фильме Куросавы всегда зима, и очень много снега. Герои то и дело бредут куда-то в метель, сопротивляясь ветру и морозу. Режиссёр усилил эту «зимнюю тему» не существующей в романе сценой, в которой Аглая Епанчина (Аяко Оно), Настасья Филипповна (Таэко Насу) и князь Мышкин (Камэда) сталкиваются на катке.
Ещё Куросава оставил эпизод, в котором Мышкин и Парфён Рогожин (Акама) меняются крестами. Только кресты заменил на талисманы. Сомневаюсь, что в Японии была такая традиция, но эта сцена очевидно была в восприятии Куросавы ключевой для понимания романа – отказаться от неё было нельзя.
«Идиот» – не единственное обращение Куросавы к русской литературе. В его фильмографии есть философская драма «Жить» по мотивам повести Толстого «Смерть Ивана Ильича», экранизация пьесы «На дне» и снятая совместно с советским режиссёром Владимиром Васильевым на «Мосфильме» картина «Дерсу Узала» по роману исследователя Дальнего Востока Владимира Арсеньева.
В моём телеграм-канале «Шорох» – ещё больше текстов о русской литературе.