Михаил Шейнкман
Начали рукопожатием, чего в этом формате не было лет восемь. Инициативу проявила Камала Харрис, подчеркнув, что она не Джо Байден, аналогии с которым ей предписано избегать, а, скорее, Хилари Клинтон – та в дебюте их с Дональдом Трампом первого раунда тоже была любезна. Республиканец, как показалось, несколько опешил от такого вступления, но быстро взял себя в руки. Поступи он так же с визави, та бы затерялась в его объятиях, ибо разные у них весовые категории. 190 сантиметров на 162. Ей даже трибуну подобрали миниатюрную, чтобы выглядела она за ней пропорционально.
Поставили бы тумбу тех же размеров, что у оппонента, она бы смотрелась соответственно своему статусу в этой кампании – верховой куклой над ширмой. Регламент дебатов, правда, вынуждал ее вести себя по принципу "всё – сама", поскольку исключал общение с кукловодами даже во время рекламных пауз, но в ее повадках чувствовалась рука мастера – не зря все-таки специально обученные люди все последние дни усиленно натаскивали ее на этот бой. Держалась она, по крайней мере, значительно уверенней, чем по ходу "спарринга" на CNN, интервью которому она откровенно провалила.
Не имея возможности из-за выключенного микрофона вставлять колкости в выступление противника, она все выражала гримасами, в коих в зависимости от обстоятельств читались сокрушение, насмешка, издевка. Иной раз отвечала на выпады знаменитым оскалом белых зубов. По такому случаю ей опять позволили их показать, пусть и ограничивая, как сказал классик, "заразительный смех" ехидной улыбкой. Зато если брала слово, то слово это было – "позорище". Произнесла его раз и то со ссылкой на отзывы неких военных о Трампе, но ее прочие обвинения нанизывались на этот "шампур".
Дональд реагировал гораздо сдержанней, чем ему свойственно. На личные оскорбления почти не переходил. Хоть и назвал Камалу "марксисткой", но чувствовалось, что настоящей классовой ненависти для ведения поединка так, как он умеет, ему не хватает. Притом что зуб на нее имеет. Как и ухо, ибо считает, что и ее риторика "выстрелила" из винтовки Крукса. Но ему не за себя, а за державу обидно. И не только за свою, которую Харрис превратит в "Венесуэлу на стероидах", но и за Израиль, который из-за нее через два года исчезнет, и за весь мир, что при ней дойдет-таки до третьей мировой.
Над армией, кстати, обещали поработать оба. Он – "восстановить", она – "сделать самой смертоносной". Граната – это же то, чего ей не хватает до завершения образа. Штаб демократов между тем еще до подведения итогов потребовал продолжения банкета, тем самым признав ее превосходство. Если не над Трампом, то над Байденом, ведь с ним у них такое желание не возникло. Были, конечно, и свои маленькие хитрости в виде подыгрывающих модераторов, пропускающего ее реплики как бы "отключенного" микрофона, сережка с признаками наушника. Но в целом она доказала, что не Джо. Правда, и Трампу тоже. Значит, второй раунд, если состоится, будет гораздо жестче.
О событиях в мире откровенно, остро, на грани – в авторском Телеграм-канале Михаила Шейнкмана.