автор: Крутов Павел, руководитель проектов фонда НБПФ, администратор телеграм-канала ВБТ.
Москва, 2024
Слова и комментарии автора выделены курсивом
Это необычное для меня интервью, так как его главный герой не просто не скрывается. Но стал многим известен благодаря видеоролику, в котором он показал пример настоящего православного воина, который, превозмогая страх и боль, думая, что пришли его последние минуты – благодарит Бога и радуется наступлению Жизни Вечной.
Клауд Роммель – простой парень из сердца России, как удалось узнать о нем, по немногочисленной информации в Интернете перед интервью. Что побудило его говорить именно эти слова? Почему Бог так важен для него? Считает ли он Божественным провидением то, что ему удалось спастись и какое теперь его предназначение в жизни?
Я задавал себе эти вопросы по пути в один из военных госпиталей под Санкт-Петербургом, в необычно для осени солнечный и жаркий день. Госпиталь встретил меня раскидистыми яблоневыми садами, где под сенью деревьев, со свисающими с них сотнями плодов, в медвяно-пьяном аромате, мы и записали этот небольшой разговор.
Клауд был под действием обезболивающих, слова давались с трудом, поэтому интервью может показаться немного скомканным и коротким, но самое основное Клауду сказать все же удалось.
- Клауд, нужно ли было что-то еще?
- Все Слава Богу, все есть, держимся. Я очень благодарен Богу, что выжил, большего не надо.
- А уж не родственник ли вам знаменитый немецкий маршал?
- Нет, насколько я знаю – нет.
- А сами откуда?
- Из Подмосковья.
- Как попал в армию? Мобилизация?
- Нет, по контракту. Батюшка благословил. Дел было много: часовенка, прихожане, но раз получил благословление, то надо идти.
- Еще про родственников хотел спросить, ну почти. У меня есть знакомые немцы, которые тоже не из Германии приехали, являются потомками немецких эмигрантов. С началом СВО некоторые из них собрали вещи и уехали “на историческую родину”. Почему так же не сделал, а решил остаться, да еще и пойти в армию?
- Скажу просто: я люблю Россию, это моя Родина, я всю свою жизнь положу за эту землю.
- А как относишься к тем, кто уехал?
- Не суди, и судим не будешь. Может быть, родится у него там где-то дочь и станет она великой художницей, чьи картины будут вдохновлять многие поколения людей. Может быть сын его вырастет и станет реабилитологом, который решит приехать сюда и реабилитировать этих покалеченных физически и морально людей. Я не сужу и стараюсь видеть во всем что-то позитивное, в этом моя позиция. Да и не нужны такие на фронте: те, кто не хочет сюда идти скорее мешают.
- Каким образом?
- Ну, ты на него рассчитываешь, а он убежал. Думаешь, что он прикрывает, а он развернулся и пустил себе пулю в голову.
- И такое бывает?!
- Конечно. Редко, конечно. Не у всех психика выдерживает. Бывает так, что нарезают боевую задачу, условно захватить точку, а она за минным полем и вся простреливается. И всем понятно – что там ждет. И такой боец говорит, что да, сейчас я только по большому отойду. И из кустов только: Пух! И нет его. Страшно, конечно. Я сам бегал по минному полю и на мины нарывался, но меня сохранил Господь. И бронежилет. Кучу осколков в себя принял, но выдержал. Кстати, натовский бронежилет трофейный, хороший, легкий. Просто прекрасный. И теперь каждый раз как бежишь по минному полю – заранее глаза щуришь, ждешь вот эту волну, которая пойдет по ногам, по паху. С каждым шагом представляешь, что уже подорвался, плюс птички летают. Ты бежишь – не понимаешь: свои это птички, или чужие, все равно страшно. Даже воду он несет тебе, а жужжит же, непонятно.
- То есть можно пройти через минное поле все-таки?
- И пройти и пробежать, по-другому никак. Плюс они дополнительно минируют каждый день с воздуха – бабки-ёжки, еще разными способами.
И очень не хватает ротации. Не хватает мотивации штурмовиков. То есть было бы как правильно. По моему мнению: прошел человек 2-3 штурма – его отправляют на вторую линию, а со второй линии отдохнувшие ребята идут вперед. А тут получается так, что когда человек без остановок идет в штурмы, то у него пропадает понимание зачем он это делает, куда они идут, отключается чувство опасности. То есть накрывает ребят пулемет, а он стоя идет во весь рост, потому что все равно уже на все. Например, в 15-16 годах такого не было, так как люди знали, что воюют за свою землю, поэтому делали все искренне и добровольно, честно и с молитвой. Поэтому и потерь таких не было, как я думаю.
- Молитва имеет значение?
- Да. Вот сейчас я слышу, что в тылу плохо молятся, я не согласен: во многих церквях служат службы в поддержку нашего воинства, женщины с молитвой плетут масксети, в школах собирают сгущенку, храмы полные. А вот в армии как раз наоборот. И курят все поголовно, и пьют иногда, сквернословят. Посудите сами: насколько это отличается от благочестивого образа того же Александра Васильевича Суворова?
- Ну что же, там не курили что ли?
- Да это не главное. Посмотрите, как дисциплинировала людей религия: молитва утром, молитва перед едой, молитва перед боем, молитва на сон. Религия давала дисциплину, а через нее армия была более боеспособна, и победы Суворова об этом говорят.
- Мусульмане были в подразделении?
- Да, ребята с Северного Кавказа, немного, правда. Я не уточнял, не хотел задеть, но настоящие мусульмане – делают намазы, молятся. Но почему нет? Иисуса Христа они очень любят, от чистого сердца. Каждый по-своему, как это говорится, верит, но мы знаем, что Вера Истинная – она одна, и Бог дает прожить людям с их верой 10-20-30 лет – лишь потому что у них есть шанс попасть в Православие, есть шанс креститься и есть шанс быть с Иисусом Христом. Это мое мнение, я уважительно отношусь к другим, не ропщу на другие конфессии. Да и здесь, на фронте, я проникся большим уважением к мусульманам, стал больше с ними ладить, хотя и раньше конфликтов не было.
- А буддисты были у вас?
- Да, был один в учебке, интересный такой. Но он раньше меня ушел, с тех пор мы больше не виделись, что-то слышал, что он погиб. У нас тогда был первый сбор в учебке, когда отправляли на фронт – я его проспал, уснул в кустах, а мне очень хотелось именно туда (сейчас расскажу как это получилось), но как раз там почти все погибли от взрыва нескольких ТМ-ок (мина ТМ-62М, противотанковая), сброшенных с дрона на блиндаж. На второй сбор меня не взяли, потому что в учебке я не ел мясо и рыбу.
- Постился?
- Ну я вообще уже 9 лет не ем мяса и рыбу. Это был важный шаг в моей жизни и на него я получил благословление от батюшки. На войне от такого, конечно, можно отойти, но в учебке я подумал, что это же еще не война, хотя и учебка была серьезная – уже за “ленточкой”, поэтому там тоже продолжил. И вот перед первым сбором так постился, молился, переживал, конечно, и случилось так, что потерял сознание и пропустил сбор. И когда второй раз было – командир, вспомнив этот случай, решил меня не брать, по профнепригодности. Но те, кто ушел на второй сбор тоже почти все погибли: Урал с ними попал в засаду, и почти всех покосили пулеметом. Я тогда причастился и Бог меня, конечно, уберег от этого.
- А к вам в учебку приезжали священники?
- Там есть рядом еще одна часть, в ней была полевая церковь. И вот тогда как раз я опоздал на 10 минут, был уставший, не евший, потерял счет времени… А ребят уже повели на причастие. Я понял это и побежал туда. А там же часть, охраняемый объект, так просто ты не зайдешь, только с сопровождающим. И я перед часовым встал, и говорю: “Мне в церковь.” И он меня пропустил. И вот там уже попил святой водички, причастился, и как-то собралось все внутри: ушла тревога, и уже стал готов ко всему, что будет. Тогда Господь уберег меня именно для нужного раза. В третий раз попал в сбор и уже попал на фронт в хорошее подразделение, был всем доволен.
- Когда попал на войну?
- Именно на передок примерно с 1 июня. Три месяца, в штурмах это немало.
- А со вторым товарищем, которого вы упоминали на видео – что?
- Он тоже выжил. У него тоже травма ноги, но полегче, чем у меня.
- На каком направлении вы получили ранение?
- На Харьковском.
- Как у вас получилось выжить, ведь связи не было? Кто вас вытащил?
- Наш дрон нас заметил.
- Я правильно понимаю, что на том самом видео вы думали, что это все, конец, без вариантов?
- Да. Все так.
- Почему тогда такие слова родились? Почему не попрощаться с родными и близкими, с детьми, женой, с мамой, или выпустить эмоции, покричать, поплакать в конце-концов?
- Все-таки ролик обрезан. Я пару раз зачем-то кричал: “Триста!”. Зачем кричал, кому – не понятно… Напарник стрелял в воздух, чтобы все-таки выстрелы слышны лучше, чем крики хриплым голосом. Ну и какие-то личные вещи тоже обрезал, которые не для публики. А так все это было: я кричал, плакал, стонал, просто это не попало на видео.
- Как пришла идея выложить ролик в сеть?
- Ну тогда я был не в самом трезвом состоянии ума, очень много обезболивающих. И на меня оказали давление, с положительной стороны – мои товарищи, которые посоветовали выложить, потому что им ролик понравился, как хороший пример Православного воина. Хотя я сам бы никогда его не выкладывал бы, если бы сейчас меня об этом спросили. Конечно, я все не взваливаю на них, я дал на это свое согласие. Они как, сказали мне, что это принесет пользу, я говорю, что Господи, если это принесет хоть кому-то пользу, хоть одному мужчине из Вологды, не знаю, из Саратова, хоть одной женщине с крайнего Севера – то дай то Бог!
- Как вас вытаскивали?
- Очень тяжело. Мы оба были уже в тяжелом состоянии, ребята нас вытаскивали на руках. Хорошо, что недалеко были наши, кто смог вытащить. Если бы были чуть ближе к позициям противника – уже бы никто не смог вытащить, там уже без шансов. Это надо бы было проползти поле, которое усеяно “колокольчиками” (натовская кассетная мина, называется так, потому что похожа на цоколь от лампочки, с отходящей от нее лентой), то есть не туда руку положил – тебе руку отхлестнуло, чуть перевернулся – без второй ноги остался. Миномет постоянно это поле накрывает.
- Я думаю, что верующие люди, да и не только, захотят оказать помощь подразделению, где вы служили. Это 25 штурмовая бригада. Я же правильно понимаю, что, как и всем, первая необходимость у вас в коптерах, РЭБ, связь и медикаменты?
- Очень не хватало дронов, которые разносят воду. Их больше всего не хватало. У нас была очень сильная жажда. В Идеале тяжелый промышленный дрон, который может переносить сразу литров 5 воды. Ну или хотя бы обычные мавики, которые 2 поллитровые бутылки могут поднять. Это очень тяжело, поверьте, на 37-градусной жаре когда ты бежишь, воды нет, ком в горле стоит. Даже на крайние меры шли – мочились, чтобы хотя бы горло прополоскать от пыли. Были даже случаи, когда люди от жажды встать не могли. Хотя бы парочка больших дронов нас бы спасли.
- Получается, что вы уходите от базы далеко. Проводите на штурмах неделю-две-три, с собой, конечно столько еды и воды не возьмешь. Сколь приходилось воевать без еды и воды?
- У нас с товарищем было такое, что банка тушенки на двоих на трое суток. Воды в принципе практически нет.
- А там ни колодцев, ни скважин, вообще ничего?
- Нет ничего. Адское выжженое поле и только один дрон наш, который по позициям летает и скидывает бутылочки. Обычный мавик. Такого даже не замечаешь. И поле очень большое, где-то 700 метров. И вот один раз шли ребята, несли нам воду, их накрыли птицы, я не знаю эвакуировали их, или нет, но мешок остался. И вот мы все смотрим на этот мешок с водой. И при мне смотрю: рано утром два парня встают, идут. Один в возрасте уже, второй молодой. А воды уже нет. И я слышу звук птицы, потом раз сброс, еще раз, и смотрю: бежит уже, падает, и на него дрон еще один раз сброс кидает, как контрольный. И вот так хохлы нас ловили. У них-то далеко не то же самое: они-то в обороне сидят, в блиндажах запасов много и воды. Брестская крепость наоборот.
- Возвращаясь к вашему упоминанию Суворова и благочестивой армии: на каких принципах нужно строить армию и мотивацию солдат, по вашему мнению?
- Посмотрите на дела и победы Суворова. Многие действия, которые он совершал со своими армиями, с рациональной точки зрения кажется нам безумными: как армия могла перейти через Альпы с такими небольшими потерями, там где сейчас пасуют профессиональные альпинисты? Как вообще человек смог ни разу в жизни не проиграть ни одного сражения? Одним рациональным такое не объяснить: много зависит и от благочестия, вся армия, и сам Александр Васильевич истово молились, а Господь помогал им там, где никто другой не смог бы справиться.
Для чего такой символ был дан Суворову? Стали бы мы его меньше уважать, если бы у него случались несколько поражений, как и у всех остальных? Нет, у каждого генерала могут быть поражения, это не страшно, ведь главная цель – победа в войне, а она может быть одержана в том числе и с помощью правильно выстроенной тактики, которая может включать в себя и отступления.
Это символ для нас, для потомков самонадеянных и возгордившихся. Армия не должна быть похожа на свору наемников, которые одни были в тюрьме и ищут легкого способа получить свободу, другие пошли ради денег, третьи одолеваемы страстью к насилию. И в такой армии всегда больше внутренних конфликтов, меньше слаженности, а значит будут отступления и потери. Кажется, что это бездоказательная философия из книги, а это – ключ к победе, я так считаю.
Сейчас, глядя на те ужасы, которые происходят в Курской области, все те злодеяния, которые доставляют хохлы нашему народу – понимаешь. Что нужно какое-то адекватное противодействие, ответный шаг. Не стать настолько же жестокими и бессердечными, а наоборот: совершить что-то глобальное с точки зрения веры.
- Сейчас, оглядываясь назад, считаешь ли ты себя героем и мучеником? Я считаю, что так оно и есть: славить Бога, Смерть поправ – поступок мученика и настоящего борца за Веру.
- Нет. Были настоящие мученики, как в Первую Чеченскую воин Евгений Родионов, который действительно претерпел боли и мук намного больше, которого я очень чту. Были и есть герои СВО, которые за свои деяния были награждены Золотой Звездой. В моем поступке нет ничего необычного, так должен вести себя каждый, в ком Вера сильна.
- Можно тогда я скажу, что каждому Господь по силам отмеряет?
- Да, Евгений был сильнее верой, и Господь дал ему силы претерпеть все мучения, которые выпали на его долю, как и другим героям дал сил для их подвигов.
- При этом, хоть вы и не считаете свой поступок равноценным, но это все очень хороший пример.
- Согласен, но не для славы, а только как пример, чтобы воодушевить сомневающихся. Если хоть один человек после этой статьи восславит Бога – значит уже она написана не зря.
- На базе у вас часто священники появлялись за эти три месяца?
- Всего один раз
- А есть ли потребность у ребят в священниках? Исповедоваться, поговорить хотя бы. Должны ли священники приезжать чаще?
- Это прямая обязанность Церкви – проповедовать и нести Веру. Ради этого она и была создана. Если она этого не делает, значит не выполняет своих функций. Я, чувствуя себя причастным, тоже старался нести Веру в солдат. В той же учебке с моей помощью крестились 10 человек, которых я сподвиг к крещению. Но сильно не давил, чтобы решение людей было взвешенным и добровольным.
- Напоследок спрошу: что стоит сделать человеку, который собирается на фронт?
- Исповедоваться, сходить к духовнику, если такой у человека есть, если нет, то просто к батюшке, попросить благословления. Обязательно креститься, если еще не крещенный. Рекомендую брать поменьше икон и подобных ценных вещей, потому что со временем начинаешь ими очень сильно дорожить, и потеря таких вещей станет серьезным моральным ударом. А на фронте потерять можно все что угодно и в любую секунду. А если нужны какие-то более серьезные вещи, то они всегда найдутся у приходящего батюшки на базе. А то же Евангелие всегда можно скачать на телефон и изучать в минуту отдыха.
- Веришь в победу России?
- Вот я выжил с Божьей помощью и теперь хочу говорить о живых вещах: не о прошлом, не о вариантах будущего, а о насущном. О настоящих истинах. Иисус среди нас есть и будет, и если мы примем Бога, и будет Божье благословление, то пусть хоть все НАТО, хоть весь Китай, хоть весь Мир со всеми внутренними врагами, то все равно победим! Как получить блогословление Божье? Просто соблюдать заповеди и жить по Законам Божьим. Смотрите на армию Суворова, Нахимова, Скобелева, и даже на советскую армию в Великую Отечественную, где тоже с верой Православной было намного лучше, чем сейчас. Сталин много хорошего сделал для церкви и при нем благочестия и дисциплины в армии стало больше. Пусть и без полковых священников и молитв, но такие люди часто приходили в армию сами. И успехи на фронте напрямую связаны с восстановлением Сталиным Православной церкви в стране. Какое тогда было общество? Благочестивое, порядочное, справедливое. Я не понимаю: как можно не верить в эти факты. Благочестие и искренняя Вера всегда даровали победу русской армии. И очень хочется, чтобы так случилось и сейчас.
_____________________________________________________________________________
Для 25 штурмовой бригады требуется оказание как разовой, так и постоянной помощи, которая может быть принята в натуральной или денежной форме. По всем вопросам, связанным со спонсорской помощью связывайтесь с автором этой статьи – Крутовым Павлом, администратором канала ВБТ https://t.me/Zvoenhelp