— Я уезжаю в деревню, — сообщил Дима. — Буду помогать родителям открывать отель в нашем доме. С работы сегодня уволился.
— Поздравляю, — ответила Лена, пытаясь сдержать волнение.
— Ты со мной поедешь? – спросил парень.
— Я же сто раз уже говорила: нет, — ответила Лена.
— Ясно, — сказал Дима. – Очень жаль. Прости меня, что хотел тогда тебя обмануть. Просто я не знал, как по—другому заставить тебя поехать в деревню со мной.
— Не надо меня заставлять, — разозлилась Лена. – Честно говоря, я уверена, что даже не повелась бы на твои манипуляции и обманные уловки. Никогда я не буду жить в деревне и работать поваром! Жаль, что ты меня не слушаешь и не слышишь!
— Я как лучше хотел, — сказал Дима. — У тебя определенно есть кулинарный талант. Это замечают все. Помнишь, как тебя хвалила моя мама, когда ты готовила у нас дома? А помнишь, с каким восторгом тебя в гости ждали мои друзья? И всё потому, что ты готовишь вкуснее, чем готовят их мамы. Это они сами так сказали.
Лена молча слушала Диму.
— Просто ты отказываешься слушать окружающих, отказываешься признавать, что можешь стать отличным поваром, — продолжил говорить парень. — Я чувствую, что это твоё. А насчет деревни… Очень жаль, что ты отказываешься ехать туда жить. Я почему—то на 100% уверен, что тебе бы понравилось у нас. Может быть, подумаешь?
— Нет, я всё сказала, — ответила Лена.
Дима тяжело вздохнул. Лена бросила трубку, упала лицом в подушку и проплакала до самого вечера.
С того дня, как Дима уехал в деревню, прошло уже 3 недели. Каким—то чудом Лена не завалила сессию: она сдала экзамены хуже всех на курсе. Когда об этом узнала мать, она очень сильно кричала на Лену:
— Вот что ты за человек, Лена. В одном учебном заведении не доучилась, в другом учишься хуже всех, меня позоришь. Возьмись уже за ум, и перестань страдать по своей деревенщине. Иначе свою жизнь совсем под откос пустишь.
Лена уже давно научилась пропускать мимо ушей воспитательные порывы матери. Девушке вообще было всё равно, что о ней думают и говорят: в её жизни сейчас был очень тяжелый момент, который она переживала, как могла.
Лена ещё скучала по Диме. Порой она злилась и клялась себе, что выбросит его из головы. А порой плакала и хватала телефон с намерением позвонить Диме, помириться и попробовать уговорите его жить в городе вместе с ней.
Однажды Елизавета Федоровна зашла в комнату дочери и сказала:
— Тетя Люба пригласила нас на свой юбилей. Завтра в 6 часов она будет ждать в кафе.
— Я никуда не пойду, — ответила Лена.
— Нет, ты пойдёшь! — сказала Елизавета Федоровна. — Хватит уже этих страданий! Пойдём, развеемся, пообщаемся с людьми. В конце концов, поедим всяких вкусностей. А то на тебя уже смотреть больно, худая стала, как палка.
После нескольких минут противоборства Лена решила, что сходит в кафе хотя бы для разнообразия.
На день рождения к тёте Любе пришло человек 15. Среди них был какой—то незнакомый парень. Это был родственник тети Любы. Его, как назло, посадили рядом с Леной.
— Николай, — представился парень.
— Угу, очень приятно, — ответила Лена.
Весь вечер этот Николай проявлял к Елене интерес: попытался завести с ней разговор, пригласил потанцевать, расспрашивал у неё, чем она занимается.
— Слушай, отстань от меня, пожалуйста, — сказала Лена. — Ну чего ты ко мне подсел?
— Странная ты, — ответил Николай. — Мне сказали, что ты хочешь со мной познакомиться.
— Я? — удивленно спросила Лена. — Я не…Ну конечно, как я сразу не догадалась? Это все мама! Ты извини, ты очень симпатичный парень и все такое. Но я знакомств ни с кем не завожу.
Остаток вечера Николай не беспокоил Лену. Один раз Елизавета Фёдоровна подошла к парню и шепнула ему что—то на ухо. Но после того, как Николай сказал ей что—то в ответ, женщина прибавила глаза и покачала головой. А потом она с осуждением и возмущением посмотрела на свою дочь.
— Ну и зачем ты Николая от тебя отогнала? — спросила Елизавета Фёдоровна у Лены, когда они ехали в такси.
— Не надо ко мне подсылать сыновей своих подруг, родственников своих подруг — в общем, вообще никого, — ответила Лена. — Я сейчас не хочу ни с кем знакомиться.
— Ну и зря. Может быть, пообщалась бы с кем—нибудь, и быстрее бы забыла своего этого, как его. Даже я уже забыла, как его зовут.
Лена ничего не ответила матери. Она вообще не видела смысла разговаривать с ней. Ведь для Елизаветы Федоровны существовало одно единственное правильное мнение — её. А все остальные, по мнению Елизаветы Федоровны, говорили ерунду.
Через несколько дней Елене на телефон поступило сообщение от незнакомца с предложением пообщаться. Несколько дней Лена пыталась избавиться от надоедливого кавалера. Но он был очень настойчивым. В итоге девушке пришлось заблокировать его номер и поместить в черный список.
Естественно, Лена прекрасно знала, откуда у парня взялся её номер телефона — это любимая мама снова решила позаботиться о личной жизни дочери. Эта навязчивая материнская забота раздражала Лену.
Но через три дня раздражение девушки достигло своего апогея.
Лена пошла погулять с подругами, а когда вернулась домой, увидела за столом маму с гостями. Пришла подруга матери, тётя Кристина, и её сын Витя.
— Леночка, здравствуй, — сказала тетя Кристина. — А мы тут решили отметить с вами радостное событие — Витя ведь диплом получил.
— Очень рада, поздравляю, — ответила Лена. — Мне немного нездоровится, я пойду к себе в комнату.
— Лен, присоединяйся к нам, — пригласил ее Витя. — Посидим немного, поболтаем. Сколько мы с тобой не виделись, лет 7?
Лена решила согласиться и составить компанию маме и её гостям. Тётя Кристина так и нахваливала своего сыночка: Витенька такой молодец, закончил универ с красным дипломом, его пригласили на работу в одну хорошую компанию, будут платить большую зарплату, обещают перспективы и тому подобное. Лена слушала всё это и понимала, что гости сегодня пришли к ним не для того, чтобы разделить радость получения диплома.
Через час мама и тётя Кристина вдруг нечаянно вспомнили, что им нужно позвонить своей старой подруге по срочному делу. Женщины с хитрой улыбкой на губах вышли из гостиной, закрыли дверь, и удалились в спальню Елизаветы Федоровны.
— Я так понимаю, вы сегодня пришли к нам не для того, чтобы отмечать твой диплом, — ухмыльнулась Лена.
— К сожалению да, — кивнул Витя. — Я согласился сюда прийти только для того, чтобы наши мамы от нас, наконец, отстали раз и навсегда. Они ведь нас уже лет 5 пытаются свести.
— Слушай, ну с этим нужно что—то делать, — сказала Лена. — После того, как я рассталась со своим парнем, моя мама подсовывает ко мне сыновей своих подруг. Теперь вот до тебя очередь дошла. Нужно как—то раз и навсегда прекратить это сводничество. Чтобы меня хотя бы с тобой перестали уже сводить.
— Как ты предлагаешь успокоить наших мам? — спросил Витя.
— Да есть у меня один план, — улыбнулась Лена.
Елизавета Фёдоровна и её подруга Кристина спокойно сидели в спальне и болтали. Они думали, что во время их отсутствия молодежь разговорится, сблизится, и дело сдвинется с мёртвой точки. Но через 5 минут они услышали из гостиной грохот и ругань. Женщины быстро направились туда.
Лена и Витя ругались, на чем свет стоит. Лена бросала в молодого человека тарелки и кружки, а тот умело уворачивался и говорил, что Лена ненормальная. В ответ девушка обзывала Витю таким же ненормальным, и советовала ему читать побольше книг, чтобы улучшить свои умственные способности. Испуганная тетя Кристина подхватила сына под руку и решила увести его подальше.
— Ты в своем уме? — стала ругаться Екатерина Федоровна на дочь. — Ты чего на людей бросаешься?
— А я решила, что буду так поступать с каждым в женихом, которого ты ко мне присылаешь, — смеясь, ответила Лена. — Мне всё интересно — зачем ты это делаешь, мама? Я ведь просила тебя оставить меня в покое. Меня не нужно ни с кем знакомить. Я сама познакомлюсь и найду себе парня, когда захочу.
— Ага, в какой—нибудь глухом селе, тракториста, — съязвила мать. – Господи, что теперь Кристина про нас подумает? Стыд—то какой!
Лена засмеялась.
— Мама, я в шоке, — сказала она. – Тебя заботит, что о тебе скажут чужие люди. А то, что я говорю, тебе безразлично. Я только недавно рассталась с парнем, который предложил мне жить вместе. Заботливая мама пришла бы ко мне в комнату, обняла, поддержала. Дала бы мне время прийти в себя спокойно. А ты только масла в огонь подливаешь, когда мой номер телефона даёшь сыновьям подруг, когда этих сыновей к нам приводишь. Тебе на меня плевать!
— Стала бы я искать тебе парня, если бы мне было плевать на тебя, — стала спорить мать. – Ты неблагодарная! Могла бы и спасибо сказать.
— Да за что, мама? — стала кричать Лена. – Ты ведь меня не слушаешь, не слышишь, что мне нужно!
Она много чего сказала матери в тот вечер. Не молчала и мать. Лена в слезах выбежала на улицу, вызвала такси и уехала к бабушке.
С Татьяной Викторовной у Лены была какая—то особая связь. Они понимали друг друга с полуслова. Бабушка поддерживала внучку во всех начинаниях, дарила ей любовь и ласку, которой часто не хватало от матери.
Бабуля встретила Лену, напоила чаем, обняла, успокоила и уложила спать.
Утром Татьяна Викторовна попросила внучку в подробностях рассказать, что вчера произошло между ней и матерью. Лена рассказала.
— Мама тебя очень любит, — с улыбкой сказала бабушка. — Просто для неё любовь – это не обнять и выслушать. Это забота, иногда даже чрезмерная. Она вся в отца.
— Я понимаю, — ответила Лена. – Но мне сейчас нужен покой. Я ещё люблю Диму, мне нужно время, чтобы забыть его.
— Понимаю тебя, — сказала бабушка. – Хочешь, скажу тебе, что думаю? Нужно тебе помириться с Димой. Ты его любишь, он тебя тоже любит, не оставляет надежд с тобой помириться. Зачем вам расставаться?
— Нет, не получится ничего, — заплакала Лена. – Он хочет жить в деревне. Вот упёрся и всё. А мне зачем там жить? Ну какие там перспективы? Мне там светит работать только поваром. А я не хочу! В городе и возможностей больше, и работу нормальную найти можно. Вместе у нас никак не получится быть!
Татьяна Викторовна помолчала, а потом ответила:
— Не всегда нужно выбирать карьеру и перспективы, — сказала она. – Я думаю, что нужно выбирать любовь! А то потом можно пожалеть о том, что упустила её. Поверь мне, я знаю, о чём говорю.
На глаза бабушки навернулись слёзы.
— Ты всегда говоришь: «Нужно выбирать любовь», а потом плачешь, — сказала Лена. – А когда я спрашиваю, почему ты так говоришь, ты не отвечаешь. Мне уже давно понятно, что есть какая—то тайна у тебя. Что за тайна? Может быть, расскажешь.
— Да, расскажу, — ответила Татьяна Викторовна. – Может быть, ты мою историю послушаешь, и ошибок не наделаешь, как я в своё время.
Бабушка налила в чашки горячего чая, тяжело вздохнула и стала рассказывать.