22 сентября 1969 года на экраны вышел фильм Георгия Данелии «Не горюй!». В основу сценария лёг любимый роман матери режиссёра «Мой дядя Бенжамен» — единственное переведённое на русский язык произведение французского писателя Клода Тилье. Сам Данелия впервые познакомился с этим романом в пятом классе, потом не раз его перечитывал и в конце концов решился на экранизацию.
Вместе с драматургом Резо Габриадзе режиссёр поселился в гостинице в Тбилиси и сутками не выходил из номера, работая над сценарием. Действие оригинальной французской истории решили перенести в Грузию на рубеже двадцатого столетия.
Почти одновременно со съёмками «Не горюй!» французский комедиограф Эдуар Молинаро запустил в производство собственную экранизацию под названием «Мой дядюшка Бенжамен» с известным бельгийским шансонье Жаком Брелем в главной роли.
Данелия же выбрал актёра на роль молодого лекаря Бенжамена Варламовича Глонти по совету матери. Мери Анджапаридзе предложила сыну кандидатуру музыканта ансамбля «Орэра» Вахтанга Кикабидзе. Поначалу режиссёра тот совсем не впечатлил: был совершенно не похож на литературного героя — толстого, рыжего и потеющего. Зато женская половина съёмочной группы от Кикабидзе была просто в восторге. Именно с этого фильма началось сотрудничество актёра и режиссёра. В «Не горюй!» впервые прозвучала фамилия Мизандари — в фильме так звали аптекаря, а впоследствии эту же фамилию будет носить герой Кикабидзе в «Мимино».
В картине появилась целая россыпь блистательных грузинских актёров. В образе пожилого лекаря предстал Серго Закариадзе — звезда фильма «Отец солдата». Режиссёр представлял деревенского врача в кавказской рубахе, мягких сапогах и сванской шапке, но актёр настоял на накрахмаленной рубашке с галстуком. Перед съёмками сцены похорон Серго Закариадзе толком ничего не ел две недели и похудел на рекордные 17 киллограмов.
Роль сестры главного героя Данелия писал специально под свою собственную двоюродную сестру Софико Чиаурели. На площадке брат постоянно ругал актрису — в перерывах между съёмками та постоянно щёлкала семечки и подсадила на это дело половину киногруппы. Поначалу Данелия ругался, а потом и не заметил, как сам пристрастился к семечкам. В картине снялась и тётя режиссёра — мать Софико, актриса Верико Анджапаридзе.
На съёмки в Тбилиси уже известная актриса Анастасия Вертинская прилетела в экстремальном мини. Чтобы отбивать актрису от толпы грузинских поклонников, режиссёру пришлось приставить к ней круглосуточную охрану. Актёр Серго Закариадзе, впервые увидев Вертинскую в откровенном наряде, пришёл в ужас и накинулся на Данелию: «Где ты её нашёл?». Однако на площадке усилиями гримёров и костюмеров Анастасия совершенно переменилась — превратилась в настоящую скромницу.
Георгий Данелия оставил в фильме несколько зашифрованных посланий. Так в нескольких кадрах можно увидеть нацарапанное на стене слово УШАЦ. Это фамилия художника Михаила Ушаца, а по совместительству — кодовое слово студентов Московского архитектурного института, который окончил Данелия.
В титрах фильма появился загадочный Рене Хобуа — хотя такого актёра никто не знал. Когда Данелия и Габриадзе жили в гостинице и работали над сценарием, то познакомились с неким Рене Хобуа, который приехал в Тбилиси за стройматериалами. Кинематографисты затащили его к себе и до вечера читали сценарий будущего фильма. Рене внимательно слушал и кивал, иногда восклицая по-грузински «Гадасаревиа!» — «Так хорошо, что можно с ума сойти!». Как оказалось позже, русского языка Рене почти не понимал. За такой восторженный приём режиссёр решил внести имя благодарного слушателя в титры. Так сложилась традиция — впоследствии имя Рене Хобуа появлялось почти во всех фильмах режиссёра.
Картину «Не горюй!» обожал знаменитый итальянский режиссёр Федерико Феллини. В знак уважения он даже передал Георгию Данелии персональную награду — медаль «Амаркорд». История медали оказалась крайне занимательной. Сидя в тюрьме, её изготовил режиссёр Сергей Параджанов из фольгированных крышек от молочных бутылок. За освобождение режиссёра ратовали многие западные деятели культуры, в том числе и Феллини. Через пять лет Параджанов вышел на свободу, а тюремную медаль подарил Тонино Гуэрре. Тот в свою очередь отлил её в серебре и преподнёс лежавшему в больнице Феллини. Итальянец же велел отправить медаль Геогрию Данелии — в награду за фильм «Не горюй!».