ТЮЗ им. А. А. Брянцева открыл свой 103‑й сезон премьерой — «Маскарадом» Лермонтова

Зал был полон. Нашлись те, кто не знал сюжета. «Я прочитала треть пьесы», — признавалась хрупкая барышня подруге.

Сусанна Цирюк предполагала подобное. «Я могу биться об заклад, что, хотя «Маскарад» входит в школьную программу, ни один нормальный школьник не дочитал его до конца», — говорила она, приступая к работе над пьесой. Соответственно, одна из задач, которые поставила перед собой режиссер, — создать спектакль для молодых. Увлечь их, сделав акцент на романтическом противостоянии уникальной личности всему миру в целом и социуму в частности. Тема очень лермонтовская и всегда созвучная юным. Всегда — ключевое слово.

Пьеса написана в 1835 году, но в спектакле время действия размыто. В костюмах, которые придумала Жанна Усачева, элементы исторического кроя смешаны с отсылками к Серебряному веку и дополнены оригинальными деталями. Только черный, белый и красный цвета. Асиммет­рия: одна пола камзола длиннее другой, кружевными манжетами украшен только один рукав и так далее. Ботинки типа «берцы», кожаные штаны, каркасы-кринолины, выглядывающие из‑под юбок. Прически тоже абсолютно разновременны.

Драма разыгрывается не в блес­тящем Петербурге, а в его словно бы поломавшейся, параллельной версии. На заднике — серп луны, обрамленный подобием ледяной бахромы, абрис ее повторяет силуэты главных храмов города. Есть и Александровская колонна, но накренившаяся, падающая, с неожиданно, непропорционально маленьким ангелом. На первом плане — развалившаяся карета. Зеркальный пол, сугробы, помосты, конструкции которых ассоциируются с конструкциями мостов, кружево чугунных оградок… Все узнаваемо, и все не так.

Визуальный образ спектакля — его камертон. Именно он задает и ритм, и способ актерского существования. Герои с самого начала тоже словно надломлены, скованы холодом петербургской зимы, маскарадного зазеркалья. Они переживают, страдают и интригуют, но они не вполне живы. Их страсти ограничены масками, правилами игры, карточной и не только. Даже Нина (Анна Потакова) не находит в себе сил ­выйти за рамки, приоткрыть лицо, стать искренней.

Исключение составляет Арбенин (Дмитрий Ткаченко), который сам запирает себя в клетке приличий и морали, но сам же пытается эту клетку сломать. В первом действии он объясняет князю Звездичу (Семен Толов), что слишком хорошо играет в карты, игра утратила для него элемент риска и потому наскучила: «И вот зачем я нынче не играю»… Арбенин нарушает общепринятые правила, чтобы хоть на время почувствовать себя живым, и гибнет.

В нем как бы сосуществуют два человека (Джекил и Хайд?), которые периодически превращают его монологи в диалог. В финале второе «Я» выходит из зеркала, материализуется. Незнакомец, который у Лермонтова мстил за давние обиды, в постановке оказывается одной из субличнос­тей Арбенина, герой разрушает сам себя.

В целом к тексту оригинала авторы спектакля отнеслись с уважением. Сделали некоторые купюры, в том числе убрали историю Незнакомца. Ввели новое действующее лицо — Старую княжну (заслуженная артистка России Наталья Боровкова). И передали ей один из монологов баронессы Штраль (Екатерина Бездель) — рассуждение о нелегком положении женщины в обществе. Выпустили на сцену Безумную маску (не то изломанную душу города, не то девочку-смерть), которая сопровождает героев на протяжении всего действия, берет на себя роли слуг и поет хрустальным голосом грустные романсы. Дополнили драму стихами самого Лермонтова, Джорджа Байрона, Игоря Северянина, Анны Ахматовой, песнями и танцами.

Александра Блока в ткань постановки не вводят, но опытный зритель и сам наверняка припомнит его «Балаганчик». В данной версии «Маскарад» — вариация и на эту тему. «Это будет хорошим примером того, как можно потерять свою душу», — говорит о своем Арбенине Дмитрий Ткаченко. Но суть в том, что в уличном балагане у кукол душ быть не может изначально, а если они вдруг и просыпаются, то оказываются лишними, ненужными довес­ками к прописанной роли.

Что значит быть собой? Способен ли человек управлять ­своей судьбой? Как выстраивать взаимоотношения с социумом? Как не затеряться в чужой игре? Спектакль не дает ответов, но вопросы поставлены.

Читайте также:

Ангел-фокусник и человек-время. Сегодня Александринский театр поздравляет народного артиста России Николая Мартона с 90‑летием

Ложи блещут и сверкают. В театрах Петербурга идет подготовка к приему зрителей