Пробуждение как и всегда было внезапным, ощущение будто ты находишься в чужом теле закончилось буквально через пару минут мурашками в кончиках пальцах ног и только приторно-сладкий привкус во рту (из-за которого нас дальников и называли Сладкоежками) говорил о том, что я проснулась не после обыкновенного сна, а после многомесячного гипобиоза.
- С пробуждением, Василиса Вениаминовна! - поприветствовал Третьего помощника капитана андроид-штурман Лобачевский попытавшись изобразить на своём гладком глянцево-белом лице нечто вроде улыбки.
- Привет-привет, - опустив ноги вниз села в капсуле я, сглотнув тошнотворно сладкую слюну и нащупывая пальцами в складках теплоизоляционного матраса позади, зеркальце, которое всегда под рукой. В отражении на меня смотрела бледная, голубоглазая двадцатишестилетняя девушка-брюнетка с причёской… хм, ну какая может быть причёска после гипобиоза? Зато косая чёлка явно была мне к лицу.
Ковалевская-лапочка (второй андроид-штурман дежуривший на мостике во время полёта «Ю.Ф. Лисянского» до Бородина-4 без перерывов на обед, ужин и отпуска, шучу) как всегда угадала моё желание протянув стакан холодной воды.
Залпом выдув живительную влагу и почувствовав, что становлюсь человеком, я спрыгнула на пол и взглянув на всё ещё пытавшегося изобразить улыбку Лобачевского спросила:
- Робман чего тебя так и не починил? Что с лицевыми мышцами?
- Зигфриду Анатольевичу было не до меня. Он сделал анализ всех бортовых систем, обновил макро… - нёсся за мной по коридору Лобачевский (каюсь, любила я после сна ноги размять) пока Ковалевская просто села в лифт и поднялась сразу куда нужно.
- Я не об этом тебя спросила.
- Формально я не сломан, - тут же ответил андроид, - просто на заводе где меня собирали у главного инженера ушла жена и…
- Ясно-ясно, - бросила я через плечо, поднимаясь по ступенькам ведущим на мостик. – Так… что у нас тут?
Циолковский быстро просканировав меня отменил тревогу для роботов-охранников («НА МОСТИКЕ ТРЕТИЙ ПОМОЩНИК КАПИТАНА БУБЛИК В.В. ДОСТУП РАЗРЕШЁН») и осветив приборную панель синим цветом поместил виртуальную клавиатуру в воздух на уровне моей прекрасной (ха-ха-ха!) груди. Умничка, помнил наш прошлый разговор. В конце концов не все тут два метра с гаком. Есть и помельче… и посимпатичнее. Одно плохо молчун слово не вытянешь. «Ничего, тут за всех Лобачевский болтает», - подумала я пока пальцы мои бегали по клавишам вспыхивающим после нажатия.
Общий анализ систем корабля, несущего колонистов (и меня) в галактику Медвежьего когтя никаких сбоев и нарушений не выявил. Для летящего через космос четвёртый год ККДП всё в пределах нормы, и даже лучше. Три дня назад «Ю.Ф. Лисянский» вышел из гиперпространства и теперь накапливая энергию для нового прыжка шёл на маршевых двигателях. Впереди нам на встречу двигался довольно крупный астероид, но уклониться от него большого ума не надо. К тому же наши «математики» уже всю работу проделали. Хвалю. Раздав команды «машинистам» (пусть малыши ещё раз проверят трудящиеся во всю мощь маршевые двигатели, лишним точно не будет), я, улыбнувшись в предвкушении, обернулась к замершим за мной андроидам-штурманам.
- Разбудите подпоручика Сахарова №Д213409.
Я так соскучилась по Толе, что сил не было.
- Опять? – выдал мне Лобачевский даже руками в стороны разведя. Походу дела эмоциональный блок у него тоже шалит.
- Не опять, а снова! – отбрила надоеду я, думая, что нужно быстренько принять душ, приодеться, и может быть даже сделать маску для лица (а то уж очень бледненькая). – Сахаров, между прочим, мой жених.
- Но за месяц вахты вы израсходуете в два раза больше ресурсов «Ю.Ф. Лисянского»… - попытался спорить андроид-штурман заранее зная, что проиграет, ведь ресурсы теперь на кораблях доставляющих дальников до планет-колоний все возобновляемые. Даже вода.
- Формально запрета нет, - упёрла кулаки в бока я, топнув босой ногой.
- Но и разрешения, нет, - парировал Лобачевский.
- Ой, не будь занудой! – использовало своё главное оружие – улыбку, я. - Забыл кто тебе поставил нестандартные, более вместительные аккумуляторы?
Лобачевский признав поражение вздохнул одёрнув белую курточку с нашивками космофлота:
- Помню. Пошёл будить.
* * *
Всё успела. Даже освежающую маску для лица сделала и смыла. Результат здоровый румянец на щёчках. Сама себя бы потискала. Когда Толик очнулся я уже при полном параде, в безукоризненно белом комбезе с шевронами Третьего помощника, скалилась ему во все три тридцать два зуба.
- Бублик, мой (дал же бог фамилию)! - улыбнулся серыми глазами (так только он умеет) Толик, поцеловав меня в протянутую руку.
Удерживая ладонью готового уже выскочить из капсулы жениха, я ещё раз просканировала его на предмет тромбофлебита. Есть такой неприятный эффект после гипобиоза у солдат, неоднократно получавших при ранениях полевую помощь инъекциями внутри брони, или тех, кто в бою использовал дедетрин. Ту саму пресловутую «Яркость». Тромбофлебит конечно дело пятнадцати-двадцати минут, а вот если его проглядеть можно и в погребальный контейнер сыграть пересекая вселенную уже не с комфортом, а на своих двоих.
- Милая, у меня всё нормально, - пытался вырваться Толя взъерошив рукой короткие светлые волосы. - Я же не из криосна вышел! Вот там да, каждая разморозка минус десять лет жизни.
- Молчи лежи! – прикрикнула на жениха я рассматривая результаты обследования на диагностическом экранчике капсулы. Только убедившись, что всё в порядке я разрешила ему подняться и обнять меня. Боже какие же горячие у него были руки. Впрочем, как всегда.
- Я так соскучился по тебе, любимая, - поцеловал меня в ушко Толя отчего я немедленно залилась краской. – Сильно-сильно.
- Очень-очень? – улыбнулась я и тогда Толик схватил меня на руки и крутанул вокруг так, что нога моя чуть не заехала в кислую физиономию Лобачевского.
- Я тоже соскучилась. У нас с тобой целый месяц до следующей вахты. Всё успеем. Будешь мне помогать. Робман механику проверить не успел, вот по ней и пройдёмся. Хорошо?
- Помогать? Когда угодно и с чем угодно! – счастливо расхохотался Толя наконец поставив мою тушку на ноги.
При одном взгляде на любимого, на озорные морщинки в уголках глаз, на глубокий шрамик на скуле, меня наполняла какая-то ненормальная забота и чувство… уюта.
- Давай быстренько в душ и жду тебя на мостике, - клюнула губами в небритую щёку Толика я, еле-еле сдержавшись чтобы не прыснуть от смеха.
Разочарованию его не было придела (вон даже широкие, мускулистые плечи поникли, куда-то исчезла обаятельная улыбка, погас свет в глазах), но спорить со мной Толя не стал. В конце концов он сейчас был в роли «зайца» на чужой вахте.
Сделав быстрое движение к жениху, я легонько прикусила мочку его левого уха зубками тем самым как бы давая обещание на ночь. Ох мужчины-мужчины! Он снова весь засветившись воспрял духом и поспешил в свою каюту. Нашу каюту.
- Циолковский бортовой журнал! Третий помощник капитана Бублик вахту приняла. Число, месяц, год, время, -громко произнесла я, по-хозяйски усаживаясь с синее кресло капитана Боброва. – Да, и кофейка мне быстро организуйте. Лавандовый Раф, пожалуй, подойдёт.
* * *
Я ещё первую кружку кофе не допила, только-только проверила температурный режим в трюме, работу климат-контроля внутри контейнеров с семенами, животными и полезными микроорганизмами как Толя стрелой влетел на мостик.
Красавец, ничего не скажешь. Серая форма пилота шагохода с орденскими планками на груди удивительно ему шла. Всё по уставу только фуражки нет. Но в ней Толя просто бомба. Девчонок палкой отгонять придётся.
- Я здесь, сладкая моя. Чем помочь?
«Тридцать четыре, а уже полный ветеран, и кандидат в новые дворяне», - размышляла я пока губы мои как заколдованные растягивались в дурацкой улыбке. А ещё три серьёзные контузии, титановый позвонок в спине, искусственные почки и протез кисти на левой руке. В армии его понизили в категории, а для дальников сгодился. Даже страшно представить, что он бедный испытал. Я-то не служила, после Инженерной академии сразу поступила на гражданский флот.
Встав позади Толя коснулся подушечками пальцев моего затылка и по спине словно орда мурашек пробежала. Мысли о работе тут же вылетели из головы.
- Милый, ну так не честно! Мы так не договаривались. Ты сказал будешь помогать, а не мешать… - поймав горячую ладонь в свои руки произнесла я когда приборная панель перед нами вдруг засветилась тревожным оранжевым.
«АСТЕРОИД СБЛИЗИЛСЯ С КОРАБЛЁМ. ПРОВЕДЁН МАНЁВР УКЛОНЕНИЯ»- скрипучим голосом сообщил Циолковский. РАССТОЯНИЕ МЕЖДУ «Ю.Ф. ЛИСЯНСКИМ» И НЕБЕСНЫМ ТЕЛОМ 1120 МЕТРОВ».
- Откуда интересно такую громадину сорвало? – спросил Толик разглядывая виртуальное изображение астероида пролетающего мимо нас.
- Кто его знает, - ответила я, выводя на экран вес и размер небесного тела. – Главное, что он движется с высокой скоростью несмотря на приличные размеры. Каменюка чуть меньше земной Луны.
- Пусть летит себе по своим делам, - склонился надо мной любимый, поймав жаркими губами мои губы.
«ТРЕВОГА!»
Мы почти одновременно вздрогнули и кажется я до крови укусила Толю. Вот засранка!
- Что стряслось? – будто даже не заметил он сплетя пальцы с моими.
- Циолковский докладывай!
«ОТ АСТЕРОИДА ОТДЕЛИЛСЯ ОБЪЕКТ ИСКУССТВЕННОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ И ДВИЖЕТСЯ В НАШУ СТОРОНУ».
- Приехали, - сразу стал серьёзным мой любимый (складка на переносице из морщинки превратилась в Большой каньон на Марсе). - Может осколок какой откололся?
«ИСКЛЮЧЕНО. ИСКУССТВЕННЫЙ ОБЪЕКТ УСКОРЯЕТСЯ ПРОПОРЦИОНАЛЬНО…»
- Толя — это корабль! - нервно сдула косую чёлку с глаз я. - Циолковский, активировать фотонные пушки!
«АКТИВИРОВАНО».
На виртуальном мониторе схематичное изображение пушек заполнилось красным цветом.
- Первая батарея огонь!
«ЗАЛП»,- хладнокровно прокомментировал действие искусственный интеллект.
Поток частиц тяжёлых резонансных фотонов белыми молниями понёсся в приближающуюся к кораблю цель. С недавнего времени Его Величество приказал оснащать корабли колонистов системами вооружения. Вот именно из-за таких случаев.
- Вторая батарея огонь!
«ЗАЛП».
- Сообщить о статусе враждебного корабля! - выдохнула я подавшись вперёд да так что чуть со своего места не вывалилась.
В этот момент комфортное кресло Боброва, больше похожее на трон, показалось мне твёрдым и неудобным. Интересно капитан точно так же себя чувствует отдавая отсюда приказы от которых зависит жизнь команды?
«НЕ ПОВРЕЖДЁН, - нарушил тишину Циолковский. СЛИШКОМ ВЫСОКАЯ СКОРОСТЬ И МАЛЕНЬКИЙ РАЗМЕР НЕ ПОЗВОЛИЛИ УНИЧТОЖИТЬ ЦЕЛЬ».
- Ещё бы! – хмыкнул рядом Толя сложив руки на груди. - Это же как из гаубицы по муравьям стрелять. Циолковский где сейчас корабль?
На вопрос Толика искусственный интеллект «Ю.Ф. Лисянского» вообще ничего не ответил (его тут как бы и быть не должно), тогда вопрос повторила я.
«ВРАЖДЕБНЫЙ КОРАБЛЬ ПРИШВАРТОВАЛСЯ К ШЛЮЗУ НОМЕР 11. СЕЙЧАС НЕИЗВЕСТНЫЕ ВСКРЫВАЮТ ГЕРМОВОРОТА».
Весь мостик запульсировал глубоким красным цветом. Сердце вдруг переместилось из грудной клетки в горло, так что я ни глотнуть, ни сказать что-либо не могла.
Толя же расправил плечи и рявкнул так, что стоящие в углу андроиды-штурманы на месте подпрыгнули.
- В соответствии с протоколом безопасности пункт 17/4 я подпоручик Сахаров как единственный офицер находящийся в состоянии бодрствования принимаю на себя командование инцидентом!
Цвет на мостике из глубокого красного сменился на тёмно-оранжевый.
«САХАРОВ Т.А. ДОСТУП РАЗРЕШЁН, - неожиданно покладисто отозвался ИИ. ИЗЛУЧАЮ ВНИМАНИЕ».
Последняя фраза заставила улыбнуться правда улыбка эта превратилась в какую-то гримасу сковавшую лицо судорогой.
Толик же мой тем временем вовсю листал объёмные голограммы впившись взглядом в схему корабля. В общем жёг не по-детски:
- Приказываю заблокировать коридоры К-1, К-3! Внутренние заслонки гермодверей в коридоре К-2 ведущем из шлюза закрыть! Активировать роботов-охранников вооружив их АДСЛ-7!
Сняв с запястья розовую резиночку для волос, я забрала их в хвост и заколкой прихватила долбанную чёлку. Сейчас уж точно было не до красоты. За этими вроде бы простыми действиями волнение моё испарилось. Толино присутствие рядом тоже действовало благотворно. Только одна мысль о том, что я могла сейчас оказаться тут одна-одинешенька ужасала.
«ВСЕ ИСПОЛНЕНО, ПОДПОРУЧИК. ШТУРМОВАЯ БРОНЯ И ШТУРМОВАЯ ВИНТОВКА ЖДЁТ ВАС В ОРУЖЕЙНОЙ. КОД ОТ ШКАФЧИКА СРЗ2131».
Милого моего прямо на месте подбросило, только ступеньки под подошвами застучали. Чтобы удержать Толю пришлось в него прямо-таки вцепиться.
- Ты это куда?
- Василисушка, ты оставайся на связи. Я всё решу.
- Зубы мне не заговаривай! – нахмурилась я. - Вот ещё! Чего это ты решишь? Как?
- Циолковский что с астероидом? – проигнорировал меня он, пряча глаза.
Вы даже не представляете как меня это взбесило. Кулаки сжались, страх… какой страх в гробу я его видала!
«НЕБЕСНОЕ ТЕЛО СКРЫЛОСЬ С РАДАРОВ. НИКАКИХ ИСКУСТВЕННЫХ ОБЪЕКТОВ КРОМЕ ТОГО, ЧТО СЕЙЧАС НАХОДИТСЯ В ШЛЮЗЕ НОМЕР 11, НЕТ. ИСКУССТВЕННЫЙ ОБЪЕКТ (КОРАБЛЬ) ОБЕСТОЧЕН».
- Они что сидели на этом астероиде в надежде, что мимо проплывёт что-то подходящие. Как блоха пожелавшая сменить хозяина? – засмеялся Толик, но смех его был скорее натужным призван успокоить меня.
- Ага! Блоха, которая покинула мёртвого хозяина и мечтает перебраться на живого, - перебила я. - Циолковский сколько чужаков снаружи?
«ИНОПЛАНЕТЯНЕ ГУМАНОИДНОГО ТИПА В КОЛИЧЕСТВЕ ТРИДЦАТИ ОСОБЕЙ. ВООРУЖЕНЫ ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО ОГНЕСТРЕЛЬНЫМ ОРУЖИЕМ. ЗАЩИЩЕНЫ БРОНЕЙ».
- Тридцати! – как дура заорала я. - Ты слышишь Толь!
- Слышу, моя сладкая.
- Ты не космодесантник, не штурмовик, ты пилот шагохода! Очнись! Ты не справишься один!
Толик только открыл рот, как Циолковский подлил масла в огонь. От души так:
«ПРОТИВНИК ВСКРЫЛ ГЕРМОВОРОТА И НАЧАЛ ВСКРЫВАТЬ ГЕРМОДВЕРИ».
- Какого плохого ты мнения обо мне, сладкая. Да и не один я буду. Дюжина роботов с автоматическими дробовиками - это сила. Жаль не Захары, у этих мозгов, почти нет.
Говоря со мной Толя спустился по лестнице и вышел в коридор. Я же тем временем не отпуская руку буквально тормозила его упираясь пятками в пол.
- Тут нет твоего шагахода, а там противник о котором мы ничего не знаем!
- Это всё не важно. У нас нет времени на другой план, - словно ребёнку объяснял он. - Мерзавцы вот-вот окажутся внутри корабля. А тут только спящие колонисты и женщина, которую я безумно люблю. На пробуждение нужно сколько? Сорок пять-пятьдесят минут? Ещё пятнадцать ребята на активные действия будут неспособны. По себе знаю. У нас нет этого часа.
Я всеми силами старалась не разревется, но руки всё-так отпустила. Потому что Толя был прав, а я старший офицер корабля и обязана вести себя соответствующим образом, а… а не как глупая баба.
В оружейной я помогла надеть любимому «Гризли» пожалев, что у нас нет новых КПУЗДов (название их я забыла, а возможно и не знала никогда), такую надёжную и лёгкую динамическую броню делали только на Копернике-3.
- Не вздумай погибнуть! – шлем плотно сел на голову Толи и потянув вверх гофрированный воротник с гибкими пластинами брони до щелчка, я пристыковала его нагрудник к остальной части защитного костюма. – Слышишь?! Ты ещё обещал сфотографировать меня в кабине своего шагохода!
Врубив сервомоторы и пневмоприводы брони, любимый мой задвигался значительнее шустрее, и вот уже я неслась за ним по переходам корабля к злополучному коридору, дверь которого сейчас курочили какие-то инопланетяне решившие поиграть в пиратов и абордаж.
- Обещаю сфотографировать тебя в шагоходе! – пообещал он следуя за роботами-охранниками.
Через открытое забрало было неудобно целоваться, и всё-таки я, встав на носочки, дотянулась до Толи поймав себя на мысли вдруг это в последний раз.
Когда дверь в коридор М-2 закрылась я бегом бросилась на мостик чтобы наблюдать за происходящим.
* * *
Инопланетяне (две руки, две ноги, вот только как голова помещалась в треугольный шлем я ума не приложу) первыми открыли огонь и не каким-то там фантастическим лазерно-лучевым оружием, а банальными пулями. Циолковский не ошибся.
- Слава богу хоть не мирные беженцы! - только и бросил мой жених-юморист, прижимая приклад крупнокалиберной штурмовой винтовки «Арес» к плечу. Роботы по его приказу ровной шеренгой дружно сделали шаг вперёд дав залп из дробовиков по противнику. Сидя на мостики как на иголках, благодаря камерам я видела, что не мазали, попадали куда надо. Вот только серые доспехи и треугольные шлемы мерцающие странным, неровным, будто больным белым светом выдержали залп «Мётел» (так кажется называли их ребята из отдела безопасности). Крупная калённая дробь всего лишь опрокидывала врага на пол коридора. Тот поднимался и открывал огонь вновь. А вот штурмовая винтовка любимого кашлянув вспышкой буквально разнесла голову одного из незваных гостей.
Пули выбивали искры из стен коридора, рикошетя и впиваясь в потолок, отстреливали конечности роботам, а мой Толик не упускал своего шанса. Прячась за очередным охранником, он добивал оглушённых и вёл огонь с нескольких метров по идущим вперёд инопланетянам меняя один магазин за другим. Это было очень красиво и одновременно чертовски страшно. Наверное, второго всё же больше.
Когда в коридоре осталось всего три робота и пятеро еле-еле держащихся на ногах инопланетян, я поняла, что Толик ранен.
- Этот «Гризли», старая рухлядь, не выдержал! – заорала я чем вызвала удивлённый взгляд «математиков».
- А может быть всё дело в оружии противника? – кротко спросила Ковалевская.
Скоротечная, но жестокая перестрелка, закончившаяся громким хлопком (и когда только Толя прихватил с собой гранату) из-за которого связь с любимым пропала, ознаменовала нашу победу. То есть это я поняла только когда мы втроём примчались к раскрывшейся двери в М-2 и увидели лежащего на спине Толю с поднятой вверх рукой. Рукой, сжатой в кулак с оттопыренным большим пальцем. А потом он пробормотав что-то про какие-то «волны страха» потерял сознание, а чёртов разъём на груди оказался разбит, а значит о состоянии моего героя ничего узнать было нельзя… Тсссс! Спокойствие, только спокойствие, - так кажется какой-то швед говорил.
Вооружившись лазерным резаком, я срезала истерзанную броню, и Лобачевский на руках принёс Толика в медицинский отсек. Я сразу этому зануде всё простила. На два года вперёд, как раз к тому времени мы должны добраться до Бородина-4. Уютной планетки земного типа.
Пока Ковалевская с «машинистами» обследовала корабль инопланетян, чинила гермоворота, гермодвери, избавлялась от трупов (парочку вместе с оружием я ей приказала сохранить в нашем холодильнике) мы с андроидом-штурманом и медицинским роботом которого все почему-то звали Борменталь занялись осмотром Толи.
И что же мы узнали? Три огнестрельных ранения. Гадство, целых ТРИ!!! А если бы брони не было? Было бы тридцать три или сто тридцать три! Осколки от гранаты поранили внешнюю поверхность левого бёдра, правый бок! Прекрати истерику! – успокаивала я сама себя. Получилось, по-моему, никто даже не заметил.
Остановив кровотечение в медицинской капсуле и залив раны специальным клеем, мы убедились, что больше ничего сделать пока не сможем. «В результате перелома рёбер повреждено лёгкое. Пневмоторакс. Нужна операция, которую делать я не уполномочен. Лучшее решении это снова погрузить подпоручика в гипобиоз. Оставлю одному из докторов сообщение», - заявил нам Борменталь.
Да я и сама помнила, что через месяц на вахту как раз кто-то из них заступает.
Зачем-то дура притащила из нашей комнаты лоскутное одеяло, сшитое руками моей бабули. Думала дура, а Толя оценил. Разолубался и на пару мгновений мне даже показалось, что он снова такой же как утром. Здоровый, а не бледный и осунувшийся с фиолетовыми тенями под глазами.
- Доктор тебя вылечит, - говорила я заботливо подоткнув одеялко под любимого. – Борменталь ваш, консервная банка, сказал, что жизни твоей сейчас ничего не угрожает.
Толик будто и не беспокоился даже, повернулся на бочок и лёг щекой на ладошку. Так мило. Я изо всех сил держалась, чтобы не зареветь.
- Через месяц Чёрный заступает, - сказал мой любимый. Увидит меня скажет: «Херня, вылечим». Но сначала по шее даст конечно.
- Чёрный это кто? – встала на колени перед Толиком я коснувшись щекой его локтя.
- Белов. Бывший бестужевец.
- А-а-а! – хлопнула себя я по лбу. – Вспомнила! Серьёзный дядька. Тот что с семьей летит?
- Он самый.
Уже запустив процесс гипобиоза, я закрыла помигивающую огоньками капсулу и снова села на пол рядом с ним. Кто знает через сколько месяцев мы увидимся. Нет, я-то конечно каждый день вахты буду сюда приходить, но это же не то, другое…
Толя увидев это дыхнул на стекло и нарисовал пальцем домик с треугольной крышей, заборчик и яблоньку. Художник он был так себе, но я всё поняла. Мы же дали друг другу слово, что поженимся после того как у нас появится собственный дом с садом.
- Я люблю тебя, - произнесла я прижавшись лицом к стеклу.
А в ответ, уже погружаясь в сон одними губами мой побидитель пиратов произнёс:
- И я тебя, Бублик.
Эх, дал же мне бог фамилию…
Автор: Владимир Сединкин
Источник: https://litclubbs.ru/articles/58690-probuzhdenie.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Подписывайтесь на наш второй канал с детским творчеством - Слонёнок.
Откройте для себя удивительные истории, рисунки и поделки, созданные маленькими творцами!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: