Во время авиаударов по территории Ливана были убиты руководители оперативных подразделений Хезболлы — всего около 12 человек, включая командира группы «Резван», — это что-то типа спецназа, подразделение, которое может проводить наземные операции. Видимо, именно ликвидация руководства (а не начало полноценной войны с Ливаном) являлось целью трехступенчатой операции, на каждом этапе которой анализировалось изменение коммуникации в Хезболле, чтобы выявить их центры управления.
Сначала подорвали пейджеры — наиболее массовый канал связи, потом рации, которые могли быть уже у среднего звена Хезболлы, а дальше, видимо, перехватили сигнал от какого-то третьего типа аппаратуры для руководства либо выявили расположение лидеров через перемещения известных Израилю лиц или агентуры.
Похоже, был общий расчет, что руководство организации перейдет на более старые, а то и «дедовские» средства связи (в отличие от пейджеров, которые завезли 5 месяцев назад, конкретная модель японской рации не производится более 10 лет, это реплика) либо на открытые каналы, типа обычных телефонов. Интересно, что рации взрывались в том числе со снятой батареей, то есть потенциально нельзя доверять никакой аппаратуре вообще, которая завозилась в Ливан крупными партиями.
Чем на все это может ответить Иран? Традиционно — ракетными обстрелами (расширить зону ударов по Израилю) и действиями хуситов в Йемене. Видимо, оба варианта Израиль просчитывает, поэтому к Ливану подогнали армию, чтобы ограничить иранский ответ. Но, судя по всему, наземной операции на территории Ливана не будет.
Опыт операции в Секторе Газа показал, что ничего не возможно сделать с ХАМАС, кроме как полностью ликвидировать инфраструктуру, устроить зону бедствия и заставить арабов уйти с территории. Примерно такая же контрпартизанская тактика была на заключительном этапе ВОВ в Беларуси, когда уничтожались не сами партизаны, а «выжигалась земля», то есть создавались непригодные условия для нахождения в прифронтовой полосе около 40 километров от линии.
В случае Ливана эта тактика «выжженной земли» еще менее перспективна, так как страна имеет сухопутный коридор через Сирию и ее невозможно взять в блокаду. В 2006 году Израиль уже создавал буферную зону примерно в 20 километров наземной операцией, но в длительной перспективе это ничего не дает. Поэтому конфликт с двух сторон, скорее всего, будет иметь ограниченные формы — Израиль продолжит уничтожать полевых командиров и руководство Хезболлы, Иран будет пытаться отвечать ассиметрично и в других точках, типа Йемена.
К большой войне ни одна из сторон не готова и ее не хочет. Однако есть большая разница в информационном фоне: Иран сейчас делает акцент на теме мученичества, вероломного нападения и консолидации арабского мира вокруг Ирана; Израиль же пытается унизить Иран, показать их слабость и низкий авторитет среди арабов.
Конечная ставка в этой игре — это не убийство тех или иных лиц и разрушение отдельных районов в городах, а разрыв связей Ирана с арабским миром, которые сейчас активно строятся после нормализации с Саудовской Аравией. Израиль своими активными действиями вроде бы медийно «побеждает», но реально он толкает саудитов и иранцев в одну коалицию, чего не было никогда. Примерно такая же история произошла у США после начала СВО на Украине, когда неожиданно для них появился новый антиамериканский блок, который ранее считался невозможным. Сейчас Израиль создает такой же ирано-арабский блок против себя, поэтому для Ирана, как ни удивительно, чем хуже — тем лучше.
При этом Израиль, вероятно, просчитывает негативные последствия, но там действует логика выборов и сохранения власти Нетаньяху: «день простоять, ночь продержаться». Поэтому они будут и дальше создавать эскалацию, чтобы оставаться на коне, а все возникшие проблемы, если что, будет решать следующее правительство.
Автор: Андрей Лазуткин