Вот, всем хорошо известный (я надеюсь) эпизод из фильма "Место встречи изменить нельзя": высокоморальный и смелый, недавно демобилизованный командир разведроты Шарапов пытается разобраться в тонкостях правоприменительной практики МУРа.
Ему странно, что с бандитом нельзя разобраться "по-простому" - взять при встрече, а, уж, опосля, на допросе все из него и вытянуть...
Опытные товарищи на это ему втолковывают - что, мол, будет с немецким "языком", если он на вопросы отвечать не желает?
На что получают вполне ими ожидаемый ответ: известно, что будет - "по законам военного времени"...
И опытные товарищи с ним соглашаются!
Между тем, "язык" - это самый обыкновенный военнопленный. И обращаться с ним полагается не по мифическим "законам военного времени", а по действующему в СССР законодательству, конкретно: Приложению к постановлению СНК СССР № 1798-800С от 1 июля 1941 г.
Положение о военнопленных10
I. Общие положения.
1. Военнопленными признаются:
а) лица, принадлежащие к составу вооруженных сил государств, находящихся в состоянии войны с СССР, захваченные при военных действиях, а также граждане этих государств, интернированные на территории СССР;
б) лица входящие в состав вооруженных отрядов, не принадлежащих к вооруженным силам противника, если они открыто носят оружие;
в) гражданские лица, сопровождающие с соответствующего разрешения армию и флот неприятеля, как-то корреспонденты, поставщики и другие лица, захваченные при военных действиях.
2. Воспрещается
а) оскорблять военнопленных и жестоко обращаться с ними;
б) применять к военнопленным меры понуждения и угрозы в целях получения от них сведений о положении их страны в военном и иных отношениях.
в) отбирать находящиеся при военнопленных обмундирование, белье, обувь и другие предметы личного обихода, а также личные документы и знаки отличия.
Ценные вещи и деньги могут быть взяты у военнопленных на хранение под официальные квитанции уполномоченных на то лиц.
3. Инструкции и правила, издаваемые НКВД СССР в развитие настоящего Положения. вывешиваются в местах, где они могут быть прочитаны всеми военнопленными Эти инструкции и правила, а также приказы и распоряжения, относящиеся к военнопленным, объявляются им на русском и на знакомых им языках."
Другими словами, оказывается, моралист Шарапов, нимало не думая, совершал воинское преступление уже одной только угрозой поступить с "языком" по "законам военного времени". Хотя, судя по его решительности, одними угрозами он не ограничивался...
И опытные товарищи из МУРа, почему-то, отнеслись к его добровольному признанию на редкость снисходительно! Да, что там - прямо поддержали! Так и надо! А чо?..
О чем это говорит? О нас это говорит. Об отношении к законам собственной страны, которая, не в последнюю очередь и развалилась именно из-за такого вот отношения. Из-за нежелания некоторых "старших" товарищей исполнять присягу страны, где законы были, что дышло: ну, да, говорили что-то такое перед строем, торжественно клялись и подпись ставили... Но, тут такие обстоятельства возникли, что, ну, его все это в ж...
