Хорошо ведь жили, какая вожжа ей под хвост попала?
Чесноков и его сожительница Иванова познакомились ещё в прошлом веке, когда Чеснокова все звали просто Чеснок без имени и отчества, а Иванова лихо запрыгивала на рок-концертах на плечи незнакомых парней и орала на весь стадион, размахивая футболкой.
Однажды Иванова забралась на плечи Чеснока, и завертелось. Через неделю они уже жили в квартире Чеснока под гудящее, писклявое, как ночной комар, недовольство его матери и младшей сестры.
-Это надолго ты девицу в дом привёл? – поджав губы, спрашивала мать, делая вид, что нет тут никакой Ивановой за спиной голого по пояс сына, выглянувшего на ее стук из комнаты.
-А пока не надоест, - махнул рукой Чеснок и потрепал Иванову по макушке, которая едва доставала ему до плеча. – А надоест, новую приведу.
-Ага, - ухмылялась лохматая со сна Иванова. – Мы же просто так, от скуки.
Любви между Чесноком и Ивановой не было. Они еще в первый вечер уговорились, что только спать вместе будут. Чеснок считал, что женщину надо завоевывать, а Иванова ему сама в руки упала. Вернее, на шею залезла. Так что если он когда-то и надумает жениться, то уж точно не на легкомысленной Ивановой.
А Иванова и не спорила. Ну какая любовь до смерти в восемнадцать лет. Так что она безо всяких обязательств обстирывала Чеснока, готовила ему еду и подрабатывала после колледжа. Чеснок учился в серьёзном ВУЗЕ, его на пустяки отвлекать было нельзя.
Тем более, у них же все несерьёзно. Так. Пока не надоест.
Мама с сестрой продолжали Иванову терпеть, но когда та залетела именно мама встала на сторону Ивановой.
-Будет рожать. А тебе думать надо было, что от «просто так» тоже дети бывают.
Может, она сына хотела проучить, кто его знает, но в итоге родился Артур – крепкий, розовощекий, тьфу, тьфу, тьфу. Такие только от таких как Иванова в девятнадцать лет получаются.
Мама Чеснока к малышу привязалась, а через него и с Ивановой смирилась. Сестра, правда, ещё дулась, но в восемнадцать вышла замуж и съехала.
Мама Чеснока уступила семье сына две смежные комнаты.
Только, какая же эта семья? Штампа в паспорте до сих пор нет.
-Ма, - отмахивался Чеснок. Правда, его так теперь мало, кто называл. Он уже окончил университет, вышел на первую работу. Платили мало - Иванова в столовке больше зарабатывала - зато перспективы у него хорошие. – Кому в наши дни штамп в паспорте нужен? Институт семьи себя изжил давно. Это раньше мужик в дом работницу только после венчания приводил. А я тебе и без ЗАГСА работницу привёл. Шутка.
Мама на него только полотенцем замахивалась. Любила сына, сил нет.
А по чесноку, Чеснок свое будущее рядом с Ивановой не видел. Хотя она тоже после рождения ребёнка изменилась. ЕГЭ сдала, на заочку в педагогический поступила. Но себе Чеснок не так свою спутницу представлял. Иванова так, временно, пока не им не надоест.
Когда родился второй сын, мать Чеснокова снова стала в брак его толкать. Неродная она ему что ли? Разве не видит, где Иванова, а где Дмитрий Валерьевич?
Чесноков к тому времени прилично зарабатывать стал, поэтому, чтобы мать мозг не выносила, квартиру снял и съехал. С Ивановой и детьми. Пока им хорошо вместе, пусть живут.
После тридцати Чесноков, которого уже все называли Дмитрий Валерьевич стал начальником, отрастил пузико, но искать чистую да недоступную для брака все не торопился. Да и лень уже было за кем-то охоту начинать.
Зато Иванова вдруг изменилась. Одеваться по-другому стала, краситься, прическу что ли сменила, или волосы покрасила, не понять.
А однажды Чесноков увидел, как Иванову до дома мужик какой-то провожает. Прямо у подъезда встретились. Он её сумки из продуктового нес.
Иванова, зараза, даже не смутилась.
-Дима, познакомься, это Виталик, мой коллега, - потом к мужику обернулась. – Виталик, а это Дима. Мы с ним пока вместе живём.
У Чеснокова тут что-то в груди полыхнуло. Из носа даже пар пошёл. И горячо, и больно, и злость такая, что охота прямо сейчас при этом Виталике Иванову обнять и поцеловать так, чтобы ей тоже больно не было.
Еле дождался пока Виталик свалит.
-Ты чего ему сказала, что мы Пока вместе живём. Я же тебе фактически муж!
-Но ведь не муж, - пожала плечами Иванова. – А Виталик сказал, что у него ко мне чувства и серьёзные намерения.
-Это какие такие намерения? – обалдел Чесноков.
-Замуж, может, позовёт.
Тут Чеснокову словно под дых коленом дали.
-Не пойдёшь ты за него замуж. Чего ещё. У нас двое детей.
-Ничего. Виталика это не смущает.
-Я не позволю, чтобы у наших парней появился отчим.
-И что же ты сделаешь?
-Я сам на тебе женюсь!
-Штамп в паспорте, это пережиток прошлого, - напомнила Иванова. – И, может, я сама за тебя не пойду.
Чесноков молча вырвал у Ивановой сумку, нашёл там ее паспорт, после чего схватил Иванову на руки, и поскакал в сторону районного ЗАГСА. Заявление подавать.