День двадцатый. Среда. Старики. IV.

- ОЧНИТЕСЬ!!! ОЧНИТЕСЬ!!!

- О, Боже! Как громко… - Рихард стоял в ярких блестящих доспехах, в руке его был меч, он поднял забрало и вздохнул, - Аххх…

Все товарищи сидели на конях белых, с ярко-огненными хвостами, которые и трепетали-то словно огонь, вбрасывая искры вверх…

Конь Рогволода выдыхал пар, его грива переливалась всеми цветами радуги и от копыт струились длинные холодные чёрные тени… там, где были на своих конях соратники – вся земля была выжжена. Прямо в головах вдруг раздался ужасный гром у всех, Гаврила едва не потерял сознание – и тут же яркий свет показался впереди, настолько яркий, что сейчас, будучи далёкой, как край Вселенной малой точкой – он прожигал душу насквозь, так словно не утаить душе ничего в уголках своих:

- Всем закрыть глаза, затаить дыхание! Ожидать команды!!!

Вдруг гром и грохот в душах их начал обретать слова, струясь внутри и обжигая языки их своими пронзающими словами:

- …ИБО ГРЯДЁТ ДЕНЬ! ВОССТАНОВИТЕ МИР И СПАСИТЕ НЕВИННОГО!

Ладони Рогволода обожгло ужасным жаром, правая же и вовсе горела, охваченная красным колеблющимся пламенем, лизавшим кожу, но не спалявшим её. Грохот пропал. Перед соратниками возникло белесое облако. Лев посмотрел вниз, где-то внизу струилась река…

- Слушайте! Что бы это значило?

Рогволод посмотрел на свою ладонь: на ней было выжжено: ذ ه ر

- Что это? – спросил Рогволод.

Богдан посмотрел и покачал головой:

- Захар. Кажется, Захар. Кто-нибудь знает о Захаре?

Дед Коли посмотрел на всех:

- Вперёд – по туману!

И их кони, выдыхая огненную пену и чуму, и оставляя за собой ледяной след в небе – устремились вперёд…