Кажется, неделю или две назад я узнала об очень интересном эксперименте Ричарда Ленски, длящемся уже более 35 лет. Если кратко, то его суть состоит в наблюдении за эволюцией кишечной палочки. А привлек к себе внимание этот эксперимент тем, что даже в неизменных условиях бактерии вдруг стали преобразовываться. Другими словами, даже простейшие организмы в идентичной среде все равно будут меняться. По определению. Потому что это живые организмы. А то, что живо, не может быть постоянным.
Ну, почитала, послушала – и отложила эту информацию на одну из полочек в своей голове. А мысль, видать, дала корни и незаметно проросла. Как я это поняла? А вот как!
Несколько дней назад мы решили на ночь рассаживать петухов определенным образом. Раньше такого не было: они все сами заходили в домик, кто куда хотел, а мы их просто закрывали. Потом появился Цезарь, которого надо было перемещать на отдельную полочку: сам он туда забраться не мог, а ночевать с остальными петухами он не мог по соображениям безопасности. Постепенно к нему на полочку стал забираться Беша (сам), иногда там появлялся и Бургер. А Цезарь в сентябре даже пару раз переночевал вместе со всеми. Но все равно как-то неспокойно.
И вроде мы так и оставили: Цезарь отдельно, Беша и Бургер – там, где хотят, а Наггетс с Кимчи внизу, на старой полочке. Все бы ничего, но внизу вдруг стали находить много черных перьев. Явно не трусливо-боевого Кимчи. Остается Бургер. То ли он сам себя выщипывал (то есть стрессовал), то ли Кимчи его бил (больше некому). И было принято решение, что теперь Бургер, как и Цезарь, в принудительном порядке ночует наверху.
Казалось бы, ничего в жизни петухов мы особо не меняли. Разве что Цезаря в конце июня привезли. Да Банти на Бургера поохотилась (к счастью, не очень удачно), из-за чего петух на пару недель «выпал» из общественной жизни (а вместе с ним немного и я – просто выпала, не из общественной жизни). Но последнее событие предугадать последнее событие было невозможно. Да и мало ли непредсказуемых случайностей в мире происходит? Однако как сильно порой они предопределяют дальнейший ход нашей жизни.
Цезарь и нападение на Бургера – это то, что я смогла заметить. Возможно, внутри нашей петушиной тусовки произошло еще что-то, недоступное нам. В конце концов, молодые птицы растут, матереют и в них тоже происходят перемены. И пусть я не вижу их в процессе, но зато вижу результат. А он заключается в том, что у милого Наггетса (из-за переизбытка общения с Кимчи, на мой взгляд, пока болел Бургер) сильно испортился характер. И в том, что ухейилюй, кажется, стал еще драчливее и наглее по отношению к петухам (но остался таким же трусом по отношению к людям). И в том, что пернатых с гребешками сейчас приходится разделять на ночь, хотя днем они вполне себе мирно, я бы даже сказала заодно, воруют еду у Бэкона.
И, возвращаясь к кишечным палочкам, хочу подытожить, что жизнь – это постоянные изменения, хотим мы того или нет. Признавать их, конечно, сложно, но зато благодаря этому получается жить в большем согласии с миром. И если даже бактерии в неизменной среде умудряются эволюционировать и преобразовываться, то что уж говорить о нас, многоклеточных, живущих в очень непростом мире.
Подписывайтесь нанаш канал , чтобы узнавать еще больше историй о жизни с животными в лесу! И, конечно,приезжайте в гости!