Вечерний свет медленно угасал, когда Лиза спустилась в метро. Она всегда любила это время суток – город наполнялся особой атмосферой, в которой пересекались судьбы незнакомцев. Однако сегодня что-то было не так. По пути к станции она почувствовала, как за спиной нарастает ощущение тревоги, словно вечерний воздух сжимал её сердце в тисках.
После долгого рабочего дня Лиза решила встретиться с друзьями, но неудачный случай заставил её покинуть встречу раньше, чем планировалось. Она уверилась, что доедет до дома без проблем, однако, как только поезд отъехал от станции, исчезли все знакомые лица, и вокруг остались лишь молчаливые пассажиры.
Метро, обычно такое знакомое и привычное, казалось бесконечным лабиринтом. Лиза пересаживалась с линии на линию, пытаясь понять, где она находится. Смутные указатели, мимо проходящие люди, занятые своими мыслями, только усиливали её отчаяние. Каждый вагон, каждая станция казалась всё более призрачными. В какой-то момент она поняла, что её ноги больше не держат её. Лизе хотелось успокоиться, но страх и растерянность не оставляли ей шансов на отдохновение.
Наконец, опустившись на пластиковую скамейку, она закрыла глаза. Всё вокруг вдруг исчезло, как будто бы реальность трансформировалась в туман. Она погрузилась в сон, и в этом состоянии тревога постепенно улетучилась, уступив место глубокому спокойствию.
Когда Лиза открыла глаза, она обнаружила, что лежит на своём диване в уютной квартире. Свет фонарей пробивался через шторы, создавая мягкое свечение. Она не могла поверить своим глазам – словно это был сон в сновидении. Все лишние переживания, которые она испытала в метро, кажется, не имели никакого смысла. Она встала, проверила телефон, и поняла, что всего лишь уснула, так и не найдя выход из своего странного приключения.
Теперь, вспомнив о потемках и бесконечных коридорах из своего сна, Лиза улыбнулась. Это был просто кошмар, который закончился, как только она вернулась домой. Она вновь почувствовала себя в безопасности, но в глубине души прошла по улице с немного увеличившейся осторожностью. Ночь больше не казалась такой безоблачной, а метро – знакомым местом.