Найти в Дзене
Книжная Невежда

Письма сына Евгении Гинзбург Василия Аксенова - «Ловите голубиную почту»

Книга, посвященная «эпистолярному наследию Василия Аксенова, сохранившемуся в американском архиве», содержит переписку писателя 1949–1991 годов с родителями, друзьями, коллегами по литературному делу, письма в официальные инстанции, а также три текста мемуарного характера. Письма размещены с незначительным нарушением хронологии – в соответствии с тем, как ранее они публиковались в журнальных подборках. Каждый раздел предваряет предисловие составителя, литературного агента писателя 2003–2009 годов, В. Есипова. Подробные, полные материальных забот письма Евгении Гинзбург своему непутевому сыну. Трогательная записка 1949 года из заключения: «Васенька! Принеси мне серое ватное одеяло, две кофточки (отдай сначала в стирку, они в грязном белье), две простыни, две смены белья»... Вот он обманывает всех и, чтобы поехать к ней, самовольно назначает себе местом институтской практики Магадан… А потом бегло рассуждает о прочитанном, пересказывает сюжеты рассказов, делится планами, жалуется на отс

Книга, посвященная «эпистолярному наследию Василия Аксенова, сохранившемуся в американском архиве», содержит переписку писателя 1949–1991 годов с родителями, друзьями, коллегами по литературному делу, письма в официальные инстанции, а также три текста мемуарного характера.

Письма размещены с незначительным нарушением хронологии – в соответствии с тем, как ранее они публиковались в журнальных подборках. Каждый раздел предваряет предисловие составителя, литературного агента писателя 2003–2009 годов, В. Есипова.

Подробные, полные материальных забот письма Евгении Гинзбург своему непутевому сыну. Трогательная записка 1949 года из заключения:

«Васенька! Принеси мне серое ватное одеяло, две кофточки (отдай сначала в стирку, они в грязном белье), две простыни, две смены белья»...

Вот он обманывает всех и, чтобы поехать к ней, самовольно назначает себе местом институтской практики Магадан… А потом бегло рассуждает о прочитанном, пересказывает сюжеты рассказов, делится планами, жалуется на отсутствие печатной машинки и просит денег.

Мы узнаем, что молодого и удачливого в Советском Союзе писателя Аксенова однажды буквально выдумал другой писатель – В. Катаев.

«Говорят, это с ним часто случается», – скажет он матери о главном редакторе «Юности», предложившем написать «Коллег».

Пунктир писем, не имеющий иных скреп и подшивки, кроме последовательности, обозначает карьерный взлет и… высылку из страны.

Какая-то часть переписки неизвестна, какая-то – недоступна по причинам правового характера (как в случае с Бродским, с которым они разругаются из-за романа «Ожог»). Черновики мыслей, черновики текстов. Бесчисленное множество имен.

Доступные и разрешенные ответы респондентов, как в случае с Ахмадулиной, чей экспериментальный, поэтический стиль мечется, как бабочка в скомканном скафандре, когда она переходит в рассказе от одного трагического события к другому. По выбору составителя, письма опубликованы с купюрами.