Журнал Hit Parader. 1991. Сентябрь. #324
SKID ROW готовы снести вам крышу! Если вы думаете, что шумные рокеры из Нью-Джерси были быстрыми, громкими и гордыми, когда выпустили свой мультиплатиновый дебютный альбом в 1989, то вам стоит повнимательнее присмотреться к этим парням прямо сейчас. Вокалист Себастьян Бах, гитаристы Дэйв «Снейк» Сабо и Скотти Хилл, бас-гитарист Рэйчел Болан и ударник Роб Эффузо вернулись на сцену с альбомом Slave To The Grind, и это чистый метал-хаос от первой до последней ноты. Забудьте обо всей шумихе в прессе вокруг Баха и Ко за последние два года. На этот раз SKIDS полны решимости напомнить нам всем о классическом метал-саунде от JUDAS PRIEST до AEROSMITH, постоянно разбавляя его собственными уникальными фишками.
Недавно мы встретились с Себастьяном в роскошной штаб-квартире группы в Нью-Йорке, чтобы обсудить последнее творение SKID ROW.
Себастьян, этот альбом намного тяжелее, чем ваш дебютник. Если предыдущая пластинка замечательно продалась тиражом более четырех миллионов копий, то зачем такие колоссальные перемены?
– Мы просто хотели взять энергию таких песен как Big Guns и Piece Of Me из последнего альбома и умножить ее на сто. Этот диск звучит так, словно мы все разогнались до предела прямо перед записью! Дело в том, что уровень энергии нашего последнего тура с момента как мы начали с BON JOVI и до момента, когда мы закончили с AEROSMITH, продолжал нарастать. И в конце гастролей это была уже не та группа, которая на них отправилась. Каждый вечер мы записывали шоу на пленку и говорили друг другу, переслушивая: «Вот та энергетика, которая нам нужна для следующего альбома». Эта энергетика – то, ради чего я живу. Я бы променял все «рок-звездные» дома и машины на то, чтобы чувствовать такую энергию каждый вечер. Когда я еду по шоссе со скоростью 95 миль в час под эту пластинку, мне кажется, будто молния пробегает по моему позвоночнику.
А не боитесь, что от вас отвернутся поклонники, фанатеющие от прошлых песен типа I Remember You?
– Если люди прониклись эмоциями прошлого альбома, им понравится и этот, потому что на нем усилены все те же самые эмоции. Это не какой-то конфетный рок-н-ролл, это ревущий хэви-метал. Если вам нравится – отлично. Если нет – очень плохо. Я знаю, что мне реально нравится. Если бы Remember You была единственной песней, которую люди услышали от нас в прошлый раз, то они, возможно, имели бы неправильное представление о том, что мы за группа. Я очень горжусь этой песней, не поймите меня неправильно, но она уже записана и выпущена. Эта концепция себя исчерпала. Мы не будем повторять одну и ту же пластинку только для того, чтобы кого-то осчастливить. Я лучше сразу уйду.
Но у некоторых классических групп типа AC/DC, есть то, что можно назвать шаблонным саундом.
– Да, но похоже, что группа типа AEROSMITH каждый раз изобретает себя заново. Это то, что мы попытались сделать. Посмотрим, удалось ли нам. Мы просто хотели создавать музыку, насквозь пронизанную энергией. Мы хотели сделать что-то, чего раньше не делали.
Расскажи о своих любимых треках на альбоме.
– Slave To The Grind будет нашей концертной открывашкой в этом году – это просто бомба! Когда я слушаю эту песню, у меня те же чувства, что я переживал, слушая впервые I Don't Know Оззи или I’m The One группы VAN HALEN. Это заставляет тебя прыгать до небес и играть на «воздушной» гитаре быстрее, чем когда-либо. В этом треке больше воплей на квадратный дюйм, чем в любой записи со времен Kiss Alive. Мы хотели сделать альбом, которым по-настоящему гордимся, и это именно то, что мы сделали.
Есть ли какое-то особое значение у термина slaves to the grind / рабы рутины?
– Мы рабы единственной вещи – музыки, рычания усилителя Marshall, сносящего чью-то крышу. Я горжусь тем, что являюсь рабом рутины тяжелого метала. Знаешь, очень многие музыканты, играющие в группах, не хотят называть себя «хэви-метал». Они говорят: «О, мы крутая рок-группа». Меня тошнит от такого отношения! Нужно иметь яйца, чтобы заниматься хэви-металом в Америке в 1991. Нельзя быть фанатом Vanilla Ice, а потом надеть майку SLAYER и ждать, что метал-тусовка примет тебя с распростертыми объятиями. Кого вы пытаетесь обмануть? А еще есть музыканты, которые говорят: «На меня влияют все, от Паганини до Howlin' Wolf» Я вас умоляю! Мой диапазон влияния – JUDAS PRIEST и MOTELY CRUE. Может, я фрик какой-то, не знаю.
Ты не так уж много написал для дебютного альбома SKID ROW, поскольку он был почти полностью сочинен, когда ты присоединился к группе. Сколько ты насочинял для Slave To The Grind?
– Я сочинил Mud Kicker, Slave To the Grind и еще пару треков. Мое имя присутствует на большинстве из тринадцати песен на пластике, а это много. Мы хотели убедиться, что даем поклонникам реальную ценность за их деньги. Мы всегда в это верили. Настоящий рок-н-ролл – это показать в своем домашнем видео кучу несведенного, сырого материала. Но на этом альбоме я был вовлечен больше, хотя песни Снейка, Рэйчела и парней звучат так, как будто я их сочинил. На пластинке есть песня The Threat с таким текстом, что вы бы поклялись, что его написал я, но его написал Рэйчел.
Ходят слухи, что ваша песня Monkey Business может появиться в следующем фильме с Арнольдом Шварценеггером. Это правда?
– Пока еще ничего не подтверждено, так что не хочу выглядеть глупо, разглагольствуя на эту тему. Но я слышал, что он прослушал кучу песен из новых релизов, и когда услышал Monkey Business, то сказал, что хочет, чтобы эта вещь появилась в Терминаторе 2. Я прямо вижу, как он ходит и мочит народ под эту песню, ревущую на заднем плане...
Итак, Арнольд фанат SKID ROW. Каково чувствовать, что буквально миллионы других фанатов ждут Slave To The Grind?
– Я это вижу по-другому. Мы просто играем лучше, и я пою лучше, чем на прошлой пластинке. Если бы в этот раз я пел как парень из INXS, то не оправдал бы ожиданий. Я не кусок мяса, который можно завести, когда придет время петь. Иногда чувствуешь себя товаром, который должен приносить деньги куче людей, а затем возвращаться в свою клетку. Иногда кажется, что рок-н-ролл – это своего рода конвейер. Вот против чего мы боролись на этот раз. Эта музыка заставляет мое сердце биться так быстро, как только возможно. Вот что должен делать настоящий хэви-метал.
Похоже, ты действительно получаешь удовольствие от разговоров об этом альбоме.
– На самом деле мне как-то странно говорить о самом себе. Я немного стесняюсь хвастаться тем, какой я замечательный, а фронтмен должен ходить и всем рассказывать, какой он замечательный. Но я не хочу. Говорят, что в рок-н-ролле все уже сделано, но я не хочу в это верить. Я хочу сломать шаблон. Пусть обо мне говорят что хотят – я же предпочел бы, чтобы за меня говорила музыка.
Так или иначе мы понимаем, что верить во что бы то ни было сложновато. Как успех, слава и удача изменили Себастьяна Баха за последние три года?
– Какое-то время я жил с установкой «покупай все, что хочешь». Я ходил по клубам, напиваясь в слюни. А потом, когда у тебя на стене висят платиновые диски, ты спрашиваешь себя: «И это все?» Как сцена в фильме Лицо со шрамом, когда парень задается вопросом о том, что смысл жизни – спать, есть, пить и трахаться. Это все, что вы думаете и чего хотите, когда вам пятнадцать лет. Но что отличает мужчин от мальчиков, так это осознание того, чего вы действительно хотите. Чего я по-настоящему хочу, так это делать отличный рок-н-ролл. На этот раз мы могли бы выпустить поп-альбом, который, вероятно, разошелся бы миллионами копий. Но почему бы не дать парню, который, возможно, пропустил классическую эру BLACK SABBATH, MOTORHEAD или KISS, шанс зажечь по-настоящему?
Как поживают ребята в группе?
– Очень здорово. У нас особо нет проблем, хотя в Японии я подрался с Робом. Он хотел, чтобы я больше разговаривал со зрителями между песнями, чтобы отдышаться. Я постоянно ему говорил: «Чувак, если хочешь с ними поговорить, так иди и поговори, а я не умею в японский». Как будто я должен зачитать им алфавит или типа того. Я очень на него разозлился, мы немного подрались за кулисами, потом обнялись, и все снова было прекрасно. Вот как обстоит дело в SKID ROW. В нас столько чертовой энергии, что порой это почти страшно.