Сообщалось, что хабаровский клуб отказывался оплачивать игроку операцию, а также предлагал контракт с понижением зарплаты. В итоге игрок перешел в «Авангард» в результате обмена.
– Давайте немного вспомним ситуацию с «Амуром», вы долго находились в подвешенном состоянии с неопределенным игровым будущим. Какие мысли и переживания тогда были?
– Все равно тренировался, готовился с ребятами, у которых тоже не было контракта. Тяжело психологически было, потому что ты не понимаешь, куда это все приведет. Спасибо близким, жене, родителям за то, что поддерживали, пытались направить в правильное русло и создавали позитивную атмосферу, потому что с каждым днем начинал переживать все больше и больше.
– В чем была суть недопонимания между вами и «Амуром»? Вопрос был в деньгах?
– Не очень хотелось бы вспоминать эту историю, она не совсем приятная ни для меня, ни для команды. Скажем так, мы не смогли договориться, даже не в деньгах было дело, а в человеческом отношении. Мы неправильно друг друга поняли: они меня, а я их. Из-за этого конфликт и произошел. А когда он произошел, просто не получилось уладить дипломатично. Спасибо всем, кто принимал участие в решении данного вопроса.
– Вы не единственный игрок, попавший в подобную ситуацию. Как думаете, нужно ли создать профсоюз или арбитраж, в который игроки могли бы обратиться, чтобы урегулировать подобные конфликты?
– Считаю, что да, профсоюзы должны быть. Вопрос в том, в каком виде. Такой орган уже был или все еще есть. Не совсем понимаю, что он из себя представлял. Кто-то говорит, что был плохой, кто-то, что хороший. Наличие профсоюза – это защита для игроков, думаю, что хоккеисты должны быть за то, чтобы их права защищали. Нужно обсуждать, как это сделать, можно говорить об этом, но нужно, чтобы это кто-то сделал, – сказал форвард «Авангарда».
