Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Олег Зоркий

«Да что об этом говорить, всё равно ничего не изменится…»

Примерно так сейчас принято рассуждать между людьми, такое мнение бытует в головах народа. Вроде бы логично – да, того, что произошло, не отменить, не вернуть, жизнь назад не возвратить. Но! Если говорить и обсуждать только то, что можно изменить, то это очень немного и для образованного человека малоинтересно. О чём могут быть такие разговоры? Кто что купил, собирается купить, кто на ком женился, кто что сказал о ком и прочая ерунда из набора «бабы, водка, мужики, телевизор-холодильник». …27 июля 1841 года состоялась дуэль поручика Михаила Юрьевича Лермонтова с отставным майором Николаем Соломоновичем Мартыновым. Майор убил великого поэта - трагедия, ничего изменить уже нельзя. Но почему об этом говорят на уроках в школе, на филфаках вузов? Вон, обыватель считает, что не надо говорить, ведь ничего не изменить, Михал Юрич не воскреснет. Или другой неотменный случай. Дантес (сволочь) убил гениального Пушкина. Выдающийся Лермонтов откликнулся сильным и гневным стихотворением «На смерть

Примерно так сейчас принято рассуждать между людьми, такое мнение бытует в головах народа.

Вроде бы логично – да, того, что произошло, не отменить, не вернуть, жизнь назад не возвратить. Но! Если говорить и обсуждать только то, что можно изменить, то это очень немного и для образованного человека малоинтересно. О чём могут быть такие разговоры? Кто что купил, собирается купить, кто на ком женился, кто что сказал о ком и прочая ерунда из набора «бабы, водка, мужики, телевизор-холодильник».

…27 июля 1841 года состоялась дуэль поручика Михаила Юрьевича Лермонтова с отставным майором Николаем Соломоновичем Мартыновым. Майор убил великого поэта - трагедия, ничего изменить уже нельзя. Но почему об этом говорят на уроках в школе, на филфаках вузов? Вон, обыватель считает, что не надо говорить, ведь ничего не изменить, Михал Юрич не воскреснет.

Или другой неотменный случай. Дантес (сволочь) убил гениального Пушкина. Выдающийся Лермонтов откликнулся сильным и гневным стихотворением «На смерть поэта».

«Какой глупый Лермонтов, - скажет нынешний эксперт с дошираком в бороде, - и зачем откликнулся? Ведь ничего изменить было нельзя уже! Мог бы и помолчать, не клеймить толпу, стоящую у трона, жил бы себе спокойно, не ища мятежно бури, как будто в бурях есть покой».

Лев Толстой, написавший в своей великой статье "Не могу молчать!" о семи смертных приговорах в один день, воскликнул: "Люди-братья! Опомнитесь, одумайтесь, поймите, что вы делаете. Вспомните, кто вы. Ведь вы прежде, чем быть палачами, генералами, прокурорами, судьями, премьерами, царями, прежде всего вы люди. Нынче выглянули на свет божий, завтра вас не будет".

А с историками совсем беда: они только и делают, что говорят, пишут, изучают не только то, чего изменить нельзя, но и то, чего, может быть, и не было на самом деле.

Так что прикажете, граждане-обыватели, любители ток-шоу с клоунами-экспертами, считать, что глуп был всемирно признанный писатель Толстой, когда не смог молчать?

Вы, конечно, можете так думать, но тогда ваша категория - номер три. См. ниже.

Верно подмечено: мудрецы обсуждают идеи, средние умы обсуждают события, дураки обсуждают людей.

Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда — всё молчи!..
Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждет;
Он не доступен звону злата,
И мысли, и дела он знает наперед.
Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:
Оно вам не поможет вновь,
И вы не смоете всей вашей черной кровью
Поэта праведную кровь!

М.Ю. Лермонтов