Найти в Дзене

Юнна МОРИЦ (Москва): НЕ БЫВАЕТ ПРЕКРАСНОЕ НАПРАСНЫМ

Я с гениями водку не пила
И близко их к себе не подпускала.
Я молодым поэтом не была,
Слух не лелеяла и взоры не ласкала.
На цыпочках не стоя ни пред кем,
Я не светилась, не дышала мглою
И свежестью не веяла совсем
На тех, кто промышляет похвалою.
И более того! Угрюмый взгляд
На многие пленительные вещи
Выталкивал меня из всех плеяд,
Из ряда - вон, чтоб не сказать похлеще.
И никакие в мире кружева
Не в силах были напустить тумана
И мглой мои окутать жернова
И замыслы бурлящего вулкана.
Так Бог помог мне в свиту не попасть
Ни к одному из патриархов Музы,
Не козырять его любовью всласть,
Не заключать хвалебные союзы,
Не стать добычей тьмы и пустоты
В засиженном поклонниками зале...
Живи на то, что скажешь только ты,
А не на то, что о тебе сказали!
ХХХ
Что делать?.. Быть собой. Никем другим. Иначе
Вы станете никем и, ничего не знача,
Сотрётесь в порошок, но прежде сами, сами
Отравитесь мечтой, чужими чудесами,
Надеждою пустой, и призовёте нечисть,
Чтоб научила вас меняться, искалеч

Я с гениями водку не пила
И близко их к себе не подпускала.
Я молодым поэтом не была,
Слух не лелеяла и взоры не ласкала.

На цыпочках не стоя ни пред кем,
Я не светилась, не дышала мглою
И свежестью не веяла совсем
На тех, кто промышляет похвалою.

И более того! Угрюмый взгляд
На многие пленительные вещи
Выталкивал меня из всех плеяд,
Из ряда - вон, чтоб не сказать похлеще.

И никакие в мире кружева
Не в силах были напустить тумана
И мглой мои окутать жернова
И замыслы бурлящего вулкана.

Так Бог помог мне в свиту не попасть
Ни к одному из патриархов Музы,
Не козырять его любовью всласть,
Не заключать хвалебные союзы,

Не стать добычей тьмы и пустоты
В засиженном поклонниками зале...
Живи на то, что скажешь только ты,
А не на то, что о тебе сказали!

ХХХ

Что делать?.. Быть собой. Никем другим. Иначе
Вы станете никем и, ничего не знача,
Сотрётесь в порошок, но прежде сами, сами
Отравитесь мечтой, чужими чудесами,
Надеждою пустой, и призовёте нечисть,
Чтоб научила вас меняться, искалечась, –
У нечисти методика свирепа,
Зато проста, как пареная репа:

Своё воспринимайте, как чужое,
Чужое – как своё!.. Хлестать вожжою
Вас будут, обучая – кем не быть, –
Не быть собой, себя уничтожая,
Своя страна должна быть, как чужая,
Она должна сама себя срубить
И выдрать с корнем, отправляясь в печь
Под хохот нечисти, которая развлечь
Способна публику, хлестать её вожжою,
Чтобы своё воспринимала, как чужое,
Чужое – как своё, расчеловечась,
И хохоча, и обожая нечисть!

Что делать?.. Быть собой, не уподобясь брёвнам.
Своё, родное, не считать чужим, а кровным,
Родным считая, а не травмой родовой,
Которой славен русофобский вой,
Имеющий проблемы с головой.
Что делать?.. Быть! Собой! Душой! Живой!

ХХХ

"Терпи, мой родной, терпи!"

Терпи, мой родной, терпи!
Страдай, мой родной, страдай!
В чужой постели не спи,
Кусок чужой не съедай.

Не зарься на скарб чужой,
Не пачкай чужую честь —
Не будешь горбат душой,
А будешь такой, как есть.

Надежды чужой не гробь,
Досады чужой не множь.
Ты — человек, ты — дробь,
Правды и кривды дрожь!..

Пестуй детей чужих,
Падок не будь на месть —
Будешь не дрянь мужик,
А будешь такой, как есть.

Храмов чужих не хай,
Веры чужой не пни,
С нищим дели сухарь,
Родине долг верни.

В худшие дни не трусь,
В лучшие не наглей, —
Может быть, я вернусь
Матерью быть твоей.

СЛУЧАЙ С АФРОДИТОЙ

Эта женщина вышла из пены морской,
Наготу на свету заслонила рукой
И в толпе затерялась людской.

Потный пекарь дышал над мешками с мукой,
Потный плотник сколачивал доску с доской,
Два цирюльника в окна смотрели с тоской.
Эта женщина вышла из пены морской
И в толпе затерялась людской.

Мухи жрали навоз за стеной городской,
Убегала от смерти старуха с клюкой,
Ложку каши младенец держал за щекой.
Эта женщина вышла из пены морской
И в толпе затерялась людской.

Люди кланялись ей, возвращаясь с полей,
Узнавали ее, зазывали в жилье
И шептали, прижавшись к младенцу щекой:
- Эта женщина вышла из пены морской,
И она преисполнена воли такой,
Что внушает блаженный покой.

Х Х Х

Так много желающих быть холуями,
Что конкурс огромен и я не пройду.
Поэтому я оказалась при деле,
Где конкурса нет никакого совсем,
Где всё на пределе небес над полями,
Где все времена, как в саду, на виду,
Поэзия - роскошь, мне платят люблями,
И я времена выбираю сама.
Для этого много не надо ума.
Так много желающих быть холуями,
Что конкурс огромен и я не пройду.
Поэтка поэтому будет при деле,
Где всё на пределе и платят люблями.

2004

Из книги "НЕ БЫВАЕТ НАПРАСНЫМ ПРЕКРАСНОЕ"