Едва захватив власть в Тифлисе, грузинские меньшевики заявили о создании «Великой Грузии», куда по их мнению должны были войти помимо собственно грузинских территорий Батумский округ (Аджария), Южная Осетия, Абхазия, Сочинский округ. При благоприятной обстановке грузинские меньшевики планировали захватить часть Армении и Азербайджана (точной границы между вновь образовавшимися в Закавказье государственными образованиями не существовало), значительную часть Кубани, даже Новороссийск.
Первое поражение грузинское руководство потерпело на юге. Турецкие войска, пользуясь развалом Русского Кавказского фронта и результатами Брест-Литовского мира, согласно которому Турции передавались округа Карса, Ардагана и Батума, стремительно продвигались вглубь Закавказья, встречая поддержку местного мусульманского населения. 15 апреля турки без боя заняли Батум, а 25 апреля представитель Закавказского сейма грузинский меньшевик А.И.Чхенкели приказал без боя сдать мощнейшую крепость региона – Карс. Успешно противостояли турецким завоевателям лишь армянские войска под командованием генерала Андроника Сусанского. Грузинские вооруженные формирования турецким войскам не противостояли, их боеспособность была крайне низкой, хотя у Грузии осталось значительное количество вооружения бывшего Кавказского фронта. Турецкие войска вторглись на территорию бывшей Тифлиской губернии, угрожая даже грузинской столице. Турция была в состоянии полностью оккупировать Закавказье, однако это вызвало сильное противодействии не только воюющей с Турцией Англии, которая имела собственные интересы в регионе, но и не нашло поддержки и у союзной Константинополю Германии, строившей собственные планы оккупации Закавказья.
В апреле 1918 г. при посредничестве Германии в Батуме начались мирные переговоры между Турцией и ЗДФР, пока еще единой. Завершились они на первый взгляд безрезультатно, однако именно в Батуме германское руководство принимает решение о признании независимости Грузии (де-факто). ЗДФР распалась на независимые Грузию, Армению и Азербайджан.
27 апреля 1918 г. Германия заключила с Турцией секретный Константинопольский договор о разделе сфер влияния в Закавказье, согласно которому Турция получала помимо территорий, указанных в Брест-Литовском договоре (Карс, Ардаган, Батум) часть юго-западной Грузии и практически всю Армению.
26 мая 1918 г. Грузия провозглашает свою независимость, которая через два дня будет признано де-факто Германией. По мнению А.И.Деникина, решающую роль в этом сыграл «смертельный страх перед турецким нашествием».[1] Однако помимо турецкого фактора, грузинские меньшевики серьезно опасались как большевиков, имевших значительное влияние в Баку и ведших подрывную работу в самой Грузии, так и Белое движение с их принципом «единой и неделимой России».
4 июня 1918 г. (в продолжении секретного германо-турецкого договора от 27 апреля 1918 г.) под давлением Германии Грузия заключает мир с Турцией, согласно которому последней отходили Батумский округ, Ахалкалакский уезд и часть Ахалцихского уезда[2]. Грузинская экспансия в южном направлении была приостановлена до конца Первой мировой войны, когда Турция сохранит за собой лишь Батумский округ. Уход турецких войск с грузинских и армянских территорий спровоцирует грузино-армянскую войну декабря 1918 г., которая была прекращена лишь при вмешательстве Англии.
Успешнее продвигалась грузинская экспансия в северном направлении. В марте 1918 г. была оккупирована территория Южной Осетии, где на тот момент была провозглашена советская власть. В июне 1918 г. грузинские войска под командованием генерала Г.И.Мазниева (срочно изменившего фамилию на Мазниашвили) оккупировали Абхазию. Сам Г.И.Мазниашвили был назначен генерал-губернатором Абхазии, став фактическим правителем края.
Часть абхазских большевиков отошли на север, в район Сочи и запросили помощи у Кубано-Черноморской советской республики. Сил для борьбы с грузинами у этого государственного образования не было. Как и у образованной в июле 1918 г. Северо-Кавказской советской республики.
Грузинские представители участвовали в Парижской мирной конференции в январе 1919 г., в ходе которой стремились заручиться поддержкой Антанты в своих притязаниях на Сочинский округ. Грузия так мотивировала притязания на Сочи и Адлер: «С точки зрения этнографической присоединение к Грузии территории между рекой Макопсе и рекой Мзымта, которая [территория], кстати, принадлежала ей [Грузии] в прошлом [во времена царицы Тамары], не может вызвать возражений. После насильственного выселения отсюда в XIX в. местных кавказских племен этот край уже не имеет определенного этнографического характера»[3].
А.И.Деникин описывает захват Сочинского округа следующим образом: «Причиной (захвата) послужила слабость Черноморья, поводом борьба с большевиками, гарантией – согласие и поддержка немцев, система захвата была до крайности проста и однообразна и сильно напоминала деятельность румын в Закавказье»[4].
2 июля 1918 г. грузинские войска при негласной поддержки Германии захватили Адлер. В это время в Сочинском округе была провозглашена советская власть, округ входил в марионеточную Кубано-Черноморскую советскую республику. Северокавказские большевики испытывали нажим с двух сторон, если с юга захватнические цели преследовали грузинские войска, то с севера наступала Добровольческая Армия. Поэтому, по предложению Г.К.Орджоникидзе все советские образования на Северном Кавказе 7 июля 1918 г. были объединены в Северо-Кавказскую советскую республику.
Войска Г.И.Мазниашвили продолжили свое наступление, и, не встречая противодействия со стороны красных сил, 5 июля 1918 г. вступили в Сочи. Предлог для оккупации был найден быстро – защита населения города от большевиков и защиту интересов грузинского меньшинства округа. Хотя грузинское население в Сочи было пришлым элементом, издавна устраивавшимся на Черноморском побережье в качестве наемных рабочих. На 1917 г., из 50 сочинских селений 36 были русскими, 13 – со смешанным населением и только одно село было "грузинским". Причём грузин в нём насчитывалось всего 10,8% от числа его жителей. Более того, большая часть защищаемого Тбилиси "грузинского населения" Сочи явилась туда в качестве рабочей силы в годы Первой мировой войны, а то и вовсе в обозах армии генерала Мазниашвили[5]. Однако грузинские политики все равно изыскали, как уже было сказано ранее, «исторические права» на Сочинский округ. Ряд грузинских политиков даже предлагала создать буферное государство горских племен.
Отвечая на вопрос - почему грузинские войска вошли в Черноморскую губернию, Г.Мазниашвили писал, что хотя данная территория «никогда не принадлежала не только Грузии, но и Абхазии", он получил из Тбилиси и из Абхазский национальный совет "аналогичные приказы: продвинуться вперед и занять Сочи. Причиной, как передали по прямому проводу, являлись будто бы просьбы и мольбы живущих в Сочи грузин, а некоторые члены Абхазского Национального Совета уверяли меня, что границы Абхазии в древности доходили до Анапы»[6].
Воинство Мазниашвили не остановилось на взятии Сочи, а стало продвигаться вдоль Черноморского побережье на встречу германским войскам, оккупировавшим в июне Тамань. Продвижение было также весьма успешным. Только в Туапсе местные большевики сумели организовать оборону, однако после 12-часового боя 26 июля город был взят грузинским отрядом. После захвата Туапсе Г.И.Мазниашвили планировал взять Новороссийск.
Местное Русское подвергалась грабежам и гонениям. По данным А.И.Деникина, «… с первых же дней грузинские власти приступили к разорению его (Сочинского округа), отправляя все, что было возможно в Грузию. Так, была разграблена Туапсинская железная дорога, причем увозились рельсы, крестовины, материалы, даже больничный инвентарь; распродано с аукциона многомиллионное оборудование Гагринской климатической станции (до 1917 г. Гагры входили в Сочинский округ)… уведен племенной скот, разорены культурные имения и т.д.»[7].
Грузинское руководство в захвате Сочи преследовало явно грабительские цели, а войска Г.И.Мазниашвили больше напоминали не армию, а банду, коих в годы Гражданской войны возникло бесчисленное множество. В будущем, столкнувшись с регулярной и хорошо организованной Добровольческой Армией, грузинские части не принимая открытого боя либо сдадутся в плен, либо разбегутся.
Грузия пыталась придать оккупации Сочинского округа видимость законности. Для этого в Сочи в сентябре 1918 г. был срочно созван «Объединенный совет социалистических партий», этот орган, не обладавший легитимностью, принимает 18 сентября резолюцию[8], угодную грузинским меньшевикам.
Ст.2 Резолюции говорит: «Демократия страны (имеется в виду России) находиться в гражданской войне с большевизмом, с одной стороны, и с монархическими тенденциями отдельных лиц и групп населения, с другой стороны». Таким образом, резолюция четко указывала главных врагов Грузии на тот момент – Белую и красную Россию. Причем Белые, в пример красной пропаганды, представлены исключительно в образе монархистов.
Ст.3 Резолюции выглядит еще абсурднее: «Единственною частью бывшего Российского Государства, где не только признан… республиканский строй, но и закреплен в его основных законах, является Грузинская республика», задачей которой, согласно ст.4 Резолюции является «объединение разных частей России в одну мощную демократическую республику». О грузинской демократии эпохи Гражданской войны можно рассуждать долго, только эта демократия больше напоминает диктатуру определенных грузинских кланов, политика которых была основана на национальном шовинизме, сопровождаемом притеснением Русского, осетинского, армянского и абхазского населения. Что касается «основных законов», где якобы закреплен «республиканский строй», то стоит, что конституция Грузии будет принята лишь 21 февраля 1921 г., в последний год существования марионеточного меньшевистского правительства.
Ст.5 и ст.6 Резолюции указывают на «основания», по условиям которых осуществлялась оккупация: «Развитие свободы округа (Сочинского) на основах фактической свободы права и народовластия…возможны лишь при условиях присоединения округа к Грузинской демократической республике».
Стоит отметить, что принятие резолюции происходило в условиях, когда в округе безраздельно хозяйничали грузинские солдаты, а выработке резолюции принимал участие один из лидеров грузинских меньшевиков, министр иностранных дел Е.П.Гегечкори. Он же выступил на общем собрании граждан Сочи, состоявшимся 20 сентября. Собрание подтвердило основные положения резолюции от 18 сентября 1918 г., и приняло обращение к Грузии с просьбой присоединить Сочинский округ особым декретом. О «добровольности» этого присоединения говорить не приходиться. Заметим, что подобная резолюция была принята уже после оккупации и зачистки округа грузинскими войсками. В будущем, население Сочи восторженно встретит белые войска, освободившие город от грузинской оккупации, грузинские войска не получат от местных жителей никакой поддержки.
Боеспособность грузинских военных формирований была крайне низкой. 1(13) сентября отступающая красная Таманская армия, преследуемая добровольцами, выбила грузин из Туапсе. Так был положен конец грузинской экспансии в северном направлении, мечты о Новороссийске так и остались мечтами. 8(21) сентября Добровольческая Армия вошла в Туапсе, войдя тем самым в соприкосновение с грузинскими войсками.
Добровольцы первоначально стремились наладить отношения с Грузией и даже заключить с ней союз на антибольшевистской основе. Еще 16(29) августа 1918 г. М.В.Алексеев отправил телеграмму генералу Г.И.Мазниашвили, в которой выразил радость, что «судьба … сделала нас союзниками, борющихся пока за одно и то же дело…».[9] Добровольцы, сами испытывающие сложности в снабжении, отослали отряду Г.И.Мазниашвили продовольствие. Сам грузинский командующий был бывшим генералом Российской Империи, Георгиевским кавалером, и потому легко шел на контакт с добровольцами. Грузинское правительство, недовольное пророссийской ориентацией Г.И.Мазниашвили, срочно отозвало его, заменив новоявленным генералом А.Кониевым, до этого руководившего подавлением восстания в Южной Осетии. В районе Адлера для поддержки грузинских формирований высадился немецкий отряд.
В Добровольческой Армии существовали разные точки зрения на то, как вести себя с грузинами. Часть командования, включая командующего Армией генерала А.И.Деникина, выступала за силовое решение конфликта и немедленное освобождение Сочинского округа от грузинских войск. Сдержать наступление мог лишь немецкий отряд, ибо вступать в открытое противостояние с Германией добровольцы не могли, силы были не равны. Осторожный генерал М.В.Алексеев выступал за переговоры, и пригласил грузинскую делегацию в Екатеринодар.
Переговоры в кубанской столице открылись 12(25) сентября. Добровольческую Армию представлял генерал М.В.Алексеев (для него это было последнее участие в государственной работе), грузинскую делегацию возглавлял министр иностранных дел Е.П.Гегечкори, в составе делегации присутствовал близкий добровольцам по духу Г.И.Мазниашвили. Стоит отметить, что в Екатеринодар Гегечкори прибыл из Сочи, где, как уже было указано ранее, была принята так называемая резолюция о «добровольном» присоединении Сочинского округа к Грузии. То есть, грузинское руководство уже изначально намеривалось аннексировать округ, а на переговорах ставило своей целью добиться признания аннексии Добровольческой Армией.
М.В.Алексеев преследовал в ходе переговорах иные задачи, он пытался решить Сочинский конфликт мирным способом, убедить Грузию передать Сочинский округ добровольцам, после чего установить с Грузией добрососедские отношения и договориться о совместной борьбе с большевиками.
Алексеев заявил грузинской делегации, что Сочинский и Гагринский округа являются неотъемлемой частью Кубанского края, и «та граница, которая была установлена в 1905 году, должна быть сохранена и только при этом непременном условии мы должны столковаться с вами»[10].
В ответ Е.П.Гегечкори заявил, что «борьба с большевизмом – это вопрос нашей жизни и смерти», но тут же оговорился, что это борьба происходит лишь на Черноморском побережье, а вскоре и вовсе сказал, что «в действительности же ни в каком союзе (с Добровольческой Армией) мы не состоим…»[11].
Переговоры явно зашли в тупик. В ответ на доводы М.В.Алексеева о том, что Сочинский округ является неотъемлемой частью Черноморской губернии, грузинская делегация упрямо повторяло о большевистской угрозе и необходимости защиты от этой угрозы грузинского меньшинства Сочинского округа (по словам Гегечкори грузинское население в округе составляло 22 %, хотя на самом деле оно не превышало 10%). В качестве аргумента легитимности аннексии Сочинского округа грузинская делегация предоставила решение «Сочинского объединенного совета социалистических партий» от (5)18 сентября 1918 г. В довершении всего Е.П.Гегечкори заявил:
«На каком основании Добровольческая Армия выступает защитником этого населения (населения Сочинского округа)? …Ни вы, ни мы не имеем права решать судьбу каких бы то ни было округов, так как вы представляете не Российское государство… Ведь Добровольческая Армия – организация частная…»[12]
После таких слов М.В.Алексеев 13(26) сентября был вынужден прервать переговоры, которые изначально были обречены на провал. Стороны заняли диаметрально противоположенные позиции. Грузинская делегация пыталась добиться от командования Добровольческой Армии признания аннексии Сочинского округа, а когда стало ясно, что добиться этого не удастся, когда грузины поняли, что Добровольческая Армия является внушительной силой, с которой необходимо считаться, то они перешли в область демагогии, запев длинные арии о защите грузинского меньшинства, о борьбе с большевиками (отдельно от Добровольческой Армии) и о собственном демократизме. М.В.Алексеев седлал все, что мог, он пытался привлечь грузинское руководство к общей борьбе с большевиками, пытался видеть в Грузии союзника, взамен требовав лишь очисть незаконно оккупированный Сочинский округ. Но его гибкая позиция не встретила понимания у грузинской делегации. Дальнейшие переговоры не имели никакого смысла, ибо были далеки от конструктивности, и превратились бы в пустую демагогию, от которой Россия уже устала в 1917 г.
Добровольцы были полны решимости очистить Сочинский округ от грузин, 13(26) сентября, в день срыва переговоров ими было освобождено Лазаревское. Стоит отметить, что свободных войск у Добровольческой Армии в тот момент не было, и поэтому пришлось снимать части с фронта, что задерживало освобождение Северного Кавказа от большевиков. Ко всем прочим трудностям в конфликт вмешалась Англия, предложившая нейтрализовать Сочинский округ под британским протекторатом.
Грузинские войска не могли противостоять хорошо организованной и обученной Добровольческой Армии. Отряды Мазниашвили и Кониева могли подойти для подавление крестьянских восстаний в Абхазии и Южной Осетии, но никак не для борьбы с кадровыми офицерами. Единственным спасением для меньшевистского режима могла быть поддержка одной из великих держав. Как известно, основную роль в становлении Грузии в 1918 г. сыграла Германия, при согласии которой и была предпринята оккупация Сочинского округа. В конце того же 1918 г. Германия капитулировала в Первой мировой войне. Грузии пришлось искать нового покровителя. Поиски были недолгими, Англия согласилась взять грузинских меньшевиков под свой протекторат, в Лондоне давно вынашивалась идея вытеснения России из Кавказского региона.
В декабре 1918 г. грузинское правительство развязало очередную войну, на этот раз с Арменией. Большая часть грузинского корпуса была эвакуирована из Сочи. Настал удачный момент для освобождения округа. По словам командующего Добровольческой Армией А.И.Деникина, «помимо принципиального непризнания захвата (Сочинского округа), добровольческая власть не могла оставаться равнодушной к тем расправам, которые чинились над Русским, армянским и абхазским населением, населением… В эту распрю мы вовлеклись невольно и неизбежно – не только в силу побуждений государственных, но и под напором единодушного в этом вопросе общественного мнения»[13].
Грузия проводила в Сочинском округе политику, схожую с той, которая осуществлялась в Абхазии и Южной Осетии. Местное население всячески притеснялось, поощрялся переезд на завоеванные территории лиц грузинской национальности. Все это подкреплялась ссылками на грузинскую историю, якобы во времена царицы Тамары эти земли были грузинскими. Русские и армяне просили Добровольческую Армию о помощи, а временами и вовсе с боями прорывались через грузинские кордоны.
9(22) декабря 1918 г. А.И.Деникин отдает приказ войскам о наступлении на Сочинский округ, грузинские войска в этот момент перебрасываются на армянский фронт. В соприкосновение с грузинами в эти дни добровольцы не вступали. 16(29) декабря белые части достигли реки Лоо, на рубеже которой отход грузинских войск преостановился. В этот же день грузинский командующий генерал Кониев отдает распоряжение, согласно которому грузинским войскам приказано освободить Сочинский округ, который «…по соглашению с англичанами признается нейтральным. В силу этого соглашения вступление войск какой бы то ни было армии или государства на территорию округа не может иметь места… Управление округа остается грузинским»[14].
А.И.Деникин выразил протест английскому представителю генералу Пулю, предлагав оказать содействие созданию Русской администрации в Сочинском округе. Начался длительный дипломатический конфликт. 9(22) января 1919 г. командующий 27-й британской дивизии генерал Ф.Уоккер сообщил командующему Добровольческой Армией о том, что он «получил инструкции поддерживать грузин, пока их поведение удовлетворительно», и поэтому «дальнейшее продвижение войск Добровольческой Армии без предварительного сношения с генералом Уоккером не должно иметь место»[15]. Таким образом, Англия в ультимативной форме запрещала добровольцам двигаться в направлении к Сочи. А ведь А.И.Деникин считал англичан союзниками России по Антанте. Однако Англия преследовала на Кавказе свои цели, стремясь установить свой протекторат над регионом.
Тем временем в самом Сочи начались стихийные антигрузинские восстания, повстанцы запросили помощи у добровольцев. 24 января(6 февраля) 1919 г. А.И.Деникин, не смотря на протесты англичан, приказал возобновить наступление на Сочи, хотя в это время почти все части добровольцев были заняты в тяжелых боях с красными на Северном Кавказе и на Дону. Грузинские войска оказались совершенно деморализованы и не готовы к отражению наступления. 8 февраля грузинские гарнизоны Сочи и Адлера капитулировали. В плен попало около 700 солдат и 43 офицера. Потери были просто ничтожными: добровольцы потеряли трех человек убитыми, грузины -12.[16] В числе пленных оказались сам командующий грузинскими войсками генерал Кониев и начальник его штаба полковник Церетели. Причем Кониев был захвачен при весьма комичных обстоятельствах: его автомобиль задержали, когда он возвращался со свадьбы одного из грузинских офицеров. Вскоре все пленные были выданы грузинским властям.
Добровольцы продолжили наступление на юг с целью полного освобождения бывшей Черноморской губернии, южная граница которой до 1917 г. проходила по реку Бзыбь. 6 февраля были освобождены Гагры, а 10-го – добровольцы вышли на рубеж реи Бзыбь. Как пишет А.Б.Широкорад, «тут вмешалась «мировая общественность» – русских признали агрессорами, и на войска добровольцев на Черноморском побережье были наведены 343-миллиметровые орудия британских дредноутов. Деникин тогда решил сперва разгромить большевиков, взять Москву и уже потом разобраться с грузинскими экспансионистами»[17].
Англия была возмущена действиями добровольцев, английские представители обещали Грузии, что Деникин не будет наступать на Сочи, поэтому грузинские войска спокойно перебрасывались на армянский фронт. Этим же обстоятельством объясняется и странное поведение Кониева во время наступления добровольцев: он попросту не ожидал подобного развития событий, и был уверен во всемогуществе англичан.
Сразу после освобождения Сочи генерал Ф.Уоккер послал в город полковника Уайта, который предъявил требования о немедленном выводе добровольцев из Сочинского округа, над которым будет установлен английский контроль, его требования были отклонены.
В конце февраля 1919 г. генерал Мильн писал А.И.Деникину:
«...Судьба Сочинского округа – это, несомненно, вопрос, который должен быть разрешен по окончании войны, и всякая попытка решить его теперь же силою должна повести к осложнению с Грузией.
Я прошу Ваше Превосходительство прийти к дружелюбному соглашению с Грузией, по крайней мере, о Сочинском округе, и тем избежать военного столкновения с этой страной. Операции против Грузии никоим образом не способны облегчить ваших действий против большевиков, для чего британское правительство снабжает вас оружием и военным снаряжением..»[18]
В том же духе было выдержано и обращение генерала Бриггса, который прибыл в Екатеринодар вместо генерала Пуля 3(16) февраля:
«Я получил указание военного министерства предложить вам немедленно прекратить операции против Сочи… Если генерал Деникин не согласиться ожидать решения из Парижа (решение Парижской мирной конференции)…, то правительство его величества может оказаться вынужденным задержать (или отменить) помощь оружием, снаряжением и одеждой»[19].
Англия в открытую угрожала добровольцам отказом в снабжении, однако А.И.Деникин остался не приклонен, на все протесты англичан он твердо отвечал: «Сочинский округ очищен не будет». Британия, опасавшаяся большевизма, была вынуждена уступить добровольцам. Результатом кризиса стало то, что генерал Ф.Уоккер был отозван вслед за генералом Пулем, а в Гаграх разместился английский отряд полковника Файнса. Англичане стали оказывать помощь Грузии в подготовке контрнаступления против добровольцев.
Грузия помогала формировать отряды так называемых «зеленых», действующих в районе Сочи. По сути это были обычные бандиты, только с политической окраской, таких банд в эпоху Гражданской войны насчитывалось бесчисленное множество. В конце марта 1919 г. они организовали бандитский налет на Сочи. Весь Сочинский гарнизон на тот момент состоял из одной батареи и нескольких сборных рот. В городе на излечении находился генерал П.Н.Врангель, чей конвой также принял участие в обороне города. На месте был срочно сформирован сборный отряд штабс-ротмистра Чайковского, но действия отряда были неудачны, «зеленые» одержали победу, а сам Чайковский был убит[20].
Добровольческие войска весной 1919 г. вели упорные бои за очищение Северного Кавказа от большевиков, поэтому А.И.Деникин не мог позволить себе держать большую группу войск в Сочинском округе. Этим воспользовались грузины, их отряды, приведенные в порядок английскими инструкторами, готовились перейти в контрнаступление. 4(17) апреля командующий грузинскими войсками в Абхазии генерал Гедеванов направил телеграмму на имя Деникина, в которой в частности говорилось:
«Во избежание возможного кровопролитного столкновение между грузинской и Добровольческой армиями необходимо немедленно разрешить вопрос об установлении пограничной линии, которою, по нашему мнению, является река Мехадырь»[21].
Таким образом, грузинское правительство предлагало добровольцам оставить Гагры и занять позиции южнее Адлера. Руководство добровольцев было крайне обеспокоено грузинской угрозой, свободных войск не было, оборонять Сочи было практически некому. Английский представитель генерал Бриггс заверил А.И.Деникина, что грузинские войска не перейдут в наступление против добровольцев и что Англия заинтересована в мирном разрешении конфликта.
В тот же день грузинские войска обошли английские посты на реке Бзыбь, англичане не сделали равным счетом ничего, чтобы предотвратить конфликт. Грузинское наступление развивалось неудачно, малочисленный Кавказский офицерский полк генерала Ушака отбил атаки грузин, однако оказалось, что все высоты в тылу отряда заняты «зелеными», офицеры оказались в окружении, и были вынуждены с боями прорываться в сторону Адлера, что ими было успешно выполнено. Только 7(20) апреля вышедшие из Сочи подкрепления очистили от банд «зеленых» Адлер и центр повстанцев – село Пластунское. Добровольцы начали подготовку к операции по разгрому грузинских войск. К 20 апреля (3 мая) в районе Сочи было сосредоточено 2800 солдат и офицеров при 13 орудиях[22].
Но тут в дело вновь вмешалась Англия. Генерал Бриггс вновь стал убеждать А.И.Деникина в необходимости мирного разрешения конфликта, в середине мая он даже ездил на переговоры в Тифлис, окончившиеся безрезультатно. Демаркационная линия между добровольцами и грузинскими отрядами была установлена по реке Псоу.
Сочинский конфликт в очередной раз раскрыл экспансионистские замыслы грузинских меньшевиков, бредивших идеей «великой Грузии». Они конфликтовали как с красной, так и с Белой Россией. Самостоятельно осуществить свои агрессивные замыслы грузины были не в состоянии, поэтому они опирались на поддержку великих держав, сначала Германии, подтолкнувшей Грузии к оккупации части Черноморского побережья, затем Тифлис нашел надежную опору в английском плече.
Сочинский конфликт это не только борьба России и Грузии, если взглянуть глубже, то опять виден, наверное, вечное противостояние России и Запада. Англия мечтала вытеснить Россию если не со всего Кавказа, то хотя бы из его части – Закавказья. Это и является истинной причиной столь яростной поддержки англичанами меньшевистского режима, ради чего Лондон был готов разорвать отношения с Добровольческой Армией, боровшейся с большевиками.
[1] А.И.Деникин «Очерки Русской смуты. Белое движение и борьба Добровольческой Армии. Май-октябрь 1918». – Мн.: Харвест, 2002. – с.77
[2] А.Б.Широкорад «Кавказский капкан. Цхинвал – Тбилиси - Москва», - М.: Вече, 2009 – С.76
[3] http://www.sololaki.ru/2008/03/22/6.htmlpervaya_respublika_19171921/
[4] А.И.Деникин «Очерки Русской смуты. Белое движение и борьба Добровольческой Армии. Май-октябрь 1918». – Мн.: Харвест, 2002. – с.80
[5] http://www.pravda.ru/world/former-ussr/georgia/281018-2/
[6] http://abkhazeti.info/history/12345043182.php
[7] А.И.Деникин «Очерки Русской смуты. Белое движение и борьба Добровольческой Армии. Май-октябрь 1918». – Мн.: Харвест, 2002. – с.81-82
[8] А.Б.Широкорад «Кавказский капкан. Цхинвал – Тбилиси - Москва», - М.: Вече, 2009 – С.80-81
[9] А.И.Деникин «Очерки Русской смуты. Белое движение и борьба Добровольческой Армии. Май-октябрь 1918». – Мн.: Харвест, 2002. – с.398
[10] А.Б.Широкорад «Кавказский капкан. Цхинвал – Тбилиси - Москва», - М.: Вече, 2009 – С.83
[11] А.И.Деникин «Очерки Русской смуты. Белое движение и борьба Добровольческой Армии. Май-октябрь 1918». – Мн.: Харвест, 2002. – с.401
[12] Там же, с.403
[13] Деникин А.И. «Очерки Русской смуты: Вооруженные силы юга России. Распад Российской Империи. Октябрь1918-январь 1919.»-Мн.: Харвест, 2002 – с.250
[14] Деникин А.И. «Очерки Русской смуты: Вооруженные силы юга России. Распад Российской Империи. Октябрь1918-январь 1919.»-Мн.: Харвест, 2002 – с.282
[15] Там же
[16] А.Б.Широкорад «Кавказский капкан. Цхинвал – Тбилиси - Москва», - М.: Вече, 2009 – С.85
[17] Широкорад А.Б. «Истоки незатухающего конфликта»// «Независимое военное обозрение», 22 августа 2008
[18] http://filobiblon.narod.ru/PROEKT/BRITICH_DOOR.html
[19] Деникин А.И. «Очерки Русской смуты: Вооруженные силы юга России. Распад Российской Империи. Октябрь1918-январь 1919.»-Мн.: Харвест, 2002 – с.286
[20] Врангель П.Н. «Записки. Ноябрь 1916 г. – ноябрь 1920 г.»,т.1 – Мн.: Харвест,2003 – с.179
[21] Деникин А.И. «Очерки Русской смуты: Вооруженные силы юга России. Распад Российской Империи. Октябрь1918-январь 1919.»-Мн.: Харвест, 2002 – с.292
[22] Там же, с.293