В сентябре 1941 года Красная армия, несмотря на отдельные локальные успехи, потерпела ряд тяжелых поражений: был полностью окружен немецкими войсками и взят в кольцо Ленинград; на Юго-Западном фронте положение было не лучше – враг захватил Киев. А в конце сентября гитлеровские войска приступили к реализации операции «Тайфун», целью которой был захват Москвы.
Очевидно, что руководство страны, объективно учитывая положение вещей, должно было начать готовиться к тому , что столицу советского государства придется оставить врагу. Как это уже было во время Отечественной войны 1812 года.
Но никаких действий, похожих на подготовку к сдаче столицы нашей Родины до поры до времени не проводилось. Ну, а то, что еще в сентябре из Москвы начали в разные регионы страны эвакуировать детей от 4 до 12 лет, лишь с натяжкой можно назвать этапом такой подготовки .
Однако уже в октябре 1941 года руководство СССР приняло реальный документ, связанный с тяжелым положением Красной Армии на фронте. Это было Постановление ГКО от 15 октября.
Как утверждают историки, в этот же день в Москве началась реальная паника, охватившая значительную часть населения. Любопытно, что в числе самых первых столичных беглецов, воспользовавшихся постановлением ГКО, то есть вполне законными обстоятельствами, оказались руководители ЦК ВКП(б) и сотрудники партийного аппарата.
Отмечается, что чиновники разных рангов и руководители предприятий зачастую бежали из Москвы, бросив ценные документы и оборудование, но, не забыв прихватить денежные средства, находившиеся в кассах. В то же время оказалось, что рабочим и всем тем, кто оставался занятым непосредственной подготовкой к эвакуации организаций и предприятий, за работу заплатить было нечем.
Наверняка глава государства Иосиф Сталин был в курсе того, что происходит. Более того, он лично смог оценить ситуацию и понять, что ему покидать столицу ни в коем случае нельзя. Известен случай, когда он проезжал по Москве и стал свидетелем ограбления продовольственного магазина. Говорят, что он вышел из автомобиля и пообщался с народом, убедив людей в том, что он не покинул столицу и не собирается этого делать, потому что верит в победу.
Скорее всего, Иосиф Виссарионович тогда понял, что одна только новость о том, что он покинул Москву, может привести к катастрофическим для этого города последствиям. И он остался, потому что так было, хотя в Куйбышеве для него было готово надежное убежище.
Вскоре после этого Государственный Комитет Обороны ввел в Москве чрезвычайное положение, по которому нарушители порядка, воры, грабители и паникеры могли быть расстреляны на месте. И порядок был, в той или иной степени, не сразу, но восстановлен. И в конечном итоге, победа, как говорится, была за нами.
P.S.
Историки из числа фантазеров утверждают, что в любом случае эта победа была бы за нами, потому эвакуированным советским людям были открыты Урал и Сибирь, откуда могло начаться возрождение страны.