Ариадна Эфрон написала в своих воспоминаниях:
Мама бесконечно перечитывала одну из своих любимых книг "Детские годы Багрова-внука", восхищалась образом матери Аксакова, и говорила, что она напоминает ей её собственную мать. Женщина с сильным и своенравным характером, не нашедшая применения своим духовным силам ни в семье, ни в хозяйстве.
Я давно собиралась эту повесть перечитать, а увидев ее в книжном шкафу своих родителей, решила, что дальше откладывать не стоит.
Само издание довольно скверное: мягкая истрепавшаяся обложка, мелкий шрифт, очень плотная компоновка текста, минимальный межстрочный интервал (есть развароты - сплошная простыня текста, без единого абзаца), нет иллюстраций, а книга вообще-то детская. Но мне все равно приятно было держать ее в руках - книга из дома родителей все-таки.
Две названные причины помогли мне все-таки одолеть эту повесть, несмотря на ее довольно архаичный язык и некоторую затянутость и однообразность.
В комментариях к книге приведен фрагмент письма С.Т. Аксакова к К.А. Трутовскому (1856г):
Я пишу историю моего детства с 3-х летнего возраста до 9-го года, пишу для детского чтения. Что из этого выйдет - не знаю. Есть места, которыми я сам очень доволен, но многое кажется мне написано для больших, а многое написано слабо - потому что у меня были в виду дети.
Собственно, в этих словах отражено всё: и содержание, и сильные, и слабые стороны. Мне как будто нечего добавить.
Сначала повествование меня очень захватило и даже чуть устаревший язык не отталкивал, а добавлял очарования тексту. Но примерно с середины я начала скучать (простите, поклонники Аксакова!):
📌 описание долгих утомительных переездов из одного имения в другое в первый раз было захватывающим, во второй, третий, четвертый - немного утомило;
📌 описание крестьянских работ, которые так поражали внимание главного героя, меня тоже не сильно впечатлило, потому что все это преподнесено слишком в идеализированном виде;
📌 а уж когда герой увлёкся рыбалкой и охотой, мне стало совсем не по себе:
Ни по воде, ни с лёту,
Ни пуха, ни пера, -
Я не люблю охоту:
Кровавая игра...
Но первый импульс к чтению повести дал интерес к образу матери главного героя (Сережи) - Софьи Николаевны. И до самого конца мне было интересно наблюдать именно за отношениями матери и сына, за тем, как в разных обстоятельствах по разному проявляют себя их тонкая, остро чувствительная душевная организация и вместе с тем непреклонность, категоричность.
Повесть начинается с описания продолжительной болезни главного героя в младенческом возрасте. Болезнь была столь долгой, что все уже примирились с неизбежным скорым концом. Все, кроме матери:
Моя мать не давала потухнуть во мне догоравшему светильнику жизни; едва он начинал угасать, она питала его магнетическим излиянием собственной жизни, собственного дыхания.
Это время, длившееся больше года, больше обыкновенного сблизило мать и сына. Впрочем, чувства, описываемые ребенком, показались мне очень знакомыми, узнаваемыми. При чтении отдельных сцен всплывали в памяти строчки детских стихов, причем вместе с иллюстрациями из любимой в детстве книжки:
Выходив сына, Софья Николаевна, сама ослабла здоровьем. И то, как бережно дети начали относиться к материнскому покою и отдыху, напомнило строки:
Когда, наконец, все выздоровели, в увольнительную с военной службы приехали братья Софьи Николаевны. В какой-то момент они начали подшучивать над маленьким Сережей, умиляясь его доверчивости и пылкой реакции на шутки. Сцена, конечно, неоднозначная. Нашли себе ровню великовозрастные дядья! Сережа вспылил, решил сам ответить своему обидчику, за что был наказан: поставлен в угол, лишен обеда и общества других людей... То, что чувствовал в этот момент Сережа, напомнило такие строки:
Когда у Софьи Николаевны родился еще один ребенок, старших детей (Сережу и его сестрицу) к ней долго не пускали. Роды были трудными, детей по понятным причинам хотели избавить от вида измученной, больной матери. Тоска и страх за мать, которые в эти дни чувствовал Сережа, вызвали в памяти такой текст:
Словом, вся эта повесть, подкрепленная ассоциациями с другими текстами и памятью о собственных детских переживаниях, прозвучала для меня как гимн любви к маме.
Читать эту повесть современным детям, боюсь, будет не просто. Благо сейчас есть большой выбор произведений для детей, которые демонстрируют те же чувства любви, привязанности, ответственности, преданности... Но окружают их более понятным для современного читателя жизненным фоном.
Спасибо, что дочитали до конца! Здоровья и благополучия всем матерям!