В эти первые сентябрьские дни исполняется ровно двадцать лет со дня трагических событий в Беслане – захвата заложников в городской школе № 1 (Северная Осетия), совершённого террористами утром 1 сентября 2004 года во время торжественной линейки, посвящённой началу учебного года. В течение двух с половиной дней они удерживали в заминированном здании более 1100 заложников (преимущественно детей, их родителей и сотрудников школы) в тяжелейших условиях, отказывая людям даже в удовлетворении минимальных естественных потребностей.
… Скупые строки официальной информации в Википедии, конечно же, не дадут нам полноты представления о произошедшем в те дни в пригороде Владикавказа. Ведь мы уже привыкли к практически ежедневным трагическим новостям, приходящим из разных точек планеты.
Проезжая недавно мимо Беслана в направлении аэропорта, мы, – группа участников Лаборатории региональной киножурналистики «Наш экран», возвращаясь каждый в свой регион, преимущественно через Москву, решили посетить это омытое слезами и скорбью место, получившее название «Города ангелов».
Приехав туда, увидев тот самый памятник с летящими в небо детьми-ангелами, мы, не сговариваясь, рассредоточились, стараясь оказаться в одиночестве. Ярко светило солнце, рядом с каменными мраморными плитами, выстроенными длинными рядами, я ходил и всматривался в фотографии совсем ещё юных ребят, вчитывался в слова, высеченные на памятниках, представлял истории жизни детей и родителей. Было не по себе от сатанинской дикости произошедшего здесь в начале ХХI века…
А вот впечатления человека, возглавлявшего Лабораторию «Наш экран», – Филиппа Кудряшова, члена Гильдии продюсеров и организаторов кинопроцесса Союза кинематографистов России, после посещения этого места, которыми он поделился в своей страничке в соцсети…
«20 лет прошло с того момента, как первое сентября окрасилось в чёрно-белые цвета. 350 погибших и сколько оставшихся в живых, но с умершими сердцами...
Первый раз я столкнулся с темой Беслана через год после трагедии, когда моя мама работала на фильме, посвящённом этим событиям, ездила в эту школу и подорвала здоровье из-за нервного срыва. Не знаю, мог ли я прочувствовать тогда глубину боли, понимал, что это огромная трагедия, но вот именно почувствовать...
Неделю назад я благодаря участникам нашей Лаборатории оказался на кладбище, где похоронены жертвы трагедии. Решился бы я один туда приехать? Нет... Это было коллективное желание. У меня нет фотографий оттуда, не было сил и желания доставать телефон для фото, все мы, кто-то одиночно, кто-то группами, разошлись по разные стороны. Говорить... дышать было сложно... В один момент я увидел девушку с лейкой, подумал, что, может быть, это работница кладбища помогает убирать могилы, но, подойдя ближе, я увидел, что у памятника сидела женщина, видимо, мать, а девочка, вероятно, дочка и чья-то сестра... Лет ей + - 20, а, значит, она, скорее всего не была прямой свидетельницей тех событий, но то, как она ухаживает и помогает, для меня стало символом жизни, продолжения жизни.
В этот день случаются свадьбы, дети идут в школы, семьи гуляют на улицах... Жизнь продолжается, но она уже другая, для тех, кто помнит и скорбит вместе со всем осетинским народом».
… Эти слова невольно наводили на мысли и о прошедшей работе кинолаборатории, имевшей целью научить журналистов «отличать зёрна от плевел» в нынешнем киномире, во времена развития отечественного кино, которому пока сложно «удержаться на плаву» без помощи настоящей объективной работы (как журналистов, так и кинематографистов). Многие представленные на мастер-классах фильмы заставили меня (уверен, и моих коллег) поверить в целебную силу и потенциал российского кино. Ведь настоящее искусство направлено на Добро и борьбу со Злом. Чем больше в нас Добра, тем мы реже будем сталкиваться с событиями, подобными тому, что случилось в Беслане…