С этого года в школах появится новый предмет – семьеведение. Новая дисциплина должна подготовить школьников к созданию семьи, научить уважительному отношению к родственникам и сформировать у подростков «традиционные семейные ценности».
Инициатива рыхлая и, возможно, даже неуместная. Сама практика показывает, что подобные темы не приживаются и внедрение таких предметов не приводит к нужному результату. Для начала давайте спросим, а кто будет учить детей семьеведению? Помню, как в 90-е, когда в школах вводили этику и психологию семейной жизни, преподавание этого предмета дали мне, человеку ещё не женатому и не имеющему детей – мол, ты же историк, должен справиться. Думаете, сейчас будет иначе? Уверен, что преподавание семьеведения будут поручать по принципу дозагрузки учителям биологии, освещающей взаимодействие полов, или истории, к которой примыкает обществознание, рассматривающее типы семьи, брачные договоры, воспитательную и репродуктивную функции. Какие-то вопросы семьи рассматривает и литература – вспомните тему семьи Ростовых, например. Также что-то из семьеведения ухватывают «разговоры о важном». А если так, то, может, и не надо концентрировать все кейсы в одну дисциплину семьеведения? Ведь у неё как отдельного предмета просто не остаётся смысла. Кроме разве что идеологии и высоких слов о духовности.
Потому как я сомневаюсь, что авторы новой дисциплины решатся затронуть действительно важные аспекты семейной жизни – секс, психологию, измены, брачные контракты, правовые вопросы, домашнее насилие… Всё, связанное с реальной жизнью. А если об этом не говорить, то какая польза от нового предмета? Но даже если об этом и разрешат говорить, готовы ли сами педагоги к таким разговорам? Беседы на подобные темы изначально рассчитаны на полное доверие между людьми. Но я предполагаю, что обстановка доверия почти всюду разрушена или вовсе не была построена. На изучение химии или математики это не влияет. А семьеведение без доверия, внутренней связи и компромиссности с обеих сторон станет профанацией и имитацией. Тут потребуется только доверие, которое надо формировать годами, что в нынешнем школьном хаосе – почти невозможно.