Сергей Куликов продолжил: «В начале декабря в Штаты прилетел Рустам. Генка совсем выпустил из вида, что почти каждый год Рустам прилетает в Америку на рождественские праздники всей семьёй. Рустам позвонил Генке уже из своей американской служебной квартиры…
(часть 1 - )
По телефону договорились, что на рождественские праздники Генка приедет к Рустаму и они «по-семейному» отметят этот праздник. Сразу же после рождественских праздников, Рустам улетел в Пакистан, но жена с детьми остались в Штатах ещё недели на две.
Новогоднюю ночь Генка провёл в одиночестве, но это обстоятельство его нисколько не смутило. Так сложилась Генкина жизнь, что семьёй не обзавёлся и потому к одиночеству, ему было не привыкать. На улице шёл снег, а с океана дул сильный ветер, закручивая снежные вихри среди небоскрёбов.
В квартире у Генки было тепло и уютно. Генка в новогодний вечер приготовил себе нехитрую закуску, взял из домашнего бара бутылку виски «Johnnie Walker» с чёрной этикеткой, коньячный бокал и устроился на диване, напротив телевизора. Прошло несколько дней нового, 1985 года. Как-то, ближе к концу рабочего дня, Джейк вызвал Генку к себе.
- С Новым Годом, Генри! – поприветствовал Джейк Генку, - Мы ещё не виделись в новом году, не получилось. Новый год, новые проблемы и заботы. Пока со всеми делами разобрался - несколько дней пролетело.
- Здравствуй Джейк! И тебя поздравляю с наступившим Новым Годом! – ответил на приветствие Генка, - Что-то случилось, раз позвал в неурочное время? Обычно ты меня вызываешь по утрам.
- Я бы не сказал, что что-то случилось… Ну, в общем, завтра состоятся похороны Мервина. Только что определилось. Гроб с телом Мервина мы уже отправили на кладбище Вудлон. Там есть специальные помещения для проведения панихиды и всего прочего. Короче, завтра в 9 часов утра от здания нашей лаборатории поедет служебная машина. Я поеду на похороны Мервина, хотел бы и тебя с Тимом видеть на этом мероприятии. Всё-таки, какое-то участие ты в его жизни принял, да и после смерти тебе пришлось спускать его с огромной горы. Народу на похоронах будет немного. Родственников и близких у Мервина уже почти не осталось. Самый близкий родственник, брат отца Мервина, живёт в Австралии, и на похороны приехать не сможет. Я уже разговаривал с ним по телефону. Обзвонил его старых друзей-альпинистов. К сожалению, их тоже осталось очень мало. Кто в горах погиб, кто умер, а кто-то перебрался в другие края, не оставив своих координат. Придут только человек 7-8 его старых друзей, которых я смог найти, да от нашей лаборатории придут три человека: я, ты и Тим. Может, ещё кто-то подойдёт, я не знаю. Вот, это главная новость, которую я хотел сообщить тебе, - сказал Джейк.
- А далеко кладбище? – поинтересовался Генка.
- Кладбище Вудлон самое большое кладбище Нью-Йорка. От нашей лаборатории в милях 12-13 на север. Это не только кладбище, но и красивый парк. Правда, сейчас зима, а зимой, сам понимаешь, как всё выглядит. Но весной или летом, рекомендую посетить это кладбище и побродить по тенистым аллеям, - дал объяснение Джейк.
- Я в той стороне города ещё не был. А вот советом твоим, как-нибудь воспользуюсь. Хорошо, завтра в 9 часов утра буду у входа в лабораторию. Тима предупрежу, - сказал Генка и поднялся, чтобы покинуть кабинет Джейка, сочтя разговор законченным.
- Подожди, Генри, - остановил Джейк Генку, - я ещё не всё тебе сказал. В ближайшие дни будет готов официальный отчёт об обследовании тела Мервина. Там будут освещены все вопросы, которые нас интересовали. Но, увы, на некоторые вопросы мы так и не получили ответы. Копию отчёта я потом тебе передам. Подошьёшь к своим бумагам проекта «Зелёный луч». Но и это ещё не всё, - Джейк пристально посмотрел на Генку, - ты к отпуску приготовился?
- Я ещё об отпуске не думал, - неуверенно произнёс Генка.
- А пора об отпуске уже подумать, - сменив строгое выражение лица на улыбку, сказал Джейк, - мы же, вроде, договаривались. В январе – в отпуск!
- Да, но мы как-то об этом больше не говорили, - смутился Генка.
- Ладно, не смущайся! Два месяца назад я тебе обещал устроить отдых у тёплого моря, пришла пора выполнять обещание. Представь себе зима, а ты на пляже загораешь возле тёплого моря. Красота! Всё! Через пять дней улетаешь на остров Барбадос. Обратно жду тебя не раньше, чем через две недели. Вот твой билет на самолёт, - Джейк достал из ящика своего стола большой конверт и вытряхнул его содержимое на стол, - а вот бумаги для отеля. Остановишься в отеле «Сэнди-Лэйн», на западном побережье Барбадоса. Это самый фешенебельный отель острова. На твоё имя заказан одноместный номер с видом на море. Трёхразовое питание в ресторане отеля включено в стоимость проживания. Кстати, в ресторане очень хорошо готовят. Был я в этом отеле лет шесть назад. На острове проводили трёхдневный международный семинар, в котором я тоже принимал участие. Так что ещё? А, вспомнил. Когда прилетишь на Барбадос, на выходе тебя встретят. У встречающего тебя будет в руках табличка с надписью твоего отеля. Подойдёшь к встречающему человеку, скажешь, что у тебя заказан номер в этом отеле. Встречающий заберёт твой багаж и проводит тебя в микроавтобус. Микроавтобус принадлежит отелю и тебя доставят прямо в отель. Отель от аэропорта находится не так далеко, миль 15-16. Точно не помню, но не больше. На острове говорят по-английски, так что языковых проблем у тебя не должно быть. Считай, что эта поездка - твоя премия за работу в экстремальных условиях на горе Мак-Кинли и за спуск тела Мервина с горы Тирич Мир. Ну вот кажется и всё.
- Джейк, это как-то несправедливо по отношению к Тиму. Он же тоже был и на Мак-Кинли и вместе со мной спускал Мервина. Думаю, что он тоже чего-то заслуживает. А то некрасиво получается - вместе работаем, так сказать, тянем одну лямку, мне поощрение, а ему ничего, - попытался Генка замолвить слово за своего подчинённого.
- Похвально! Не забываешь своих сотрудников, меня это радует. За Тима не беспокойся. Я немного знаю его вкусы и увлечения. Для него я приготовил соответствующий сюрприз. Он любитель покататься на горных лыжах. У меня есть рекламный каталог европейских горнолыжных курортов. Я планировал завтра, после похорон Мервина, поговорить с ним и предложить выбрать что-нибудь из этого каталога дней на 10, где-нибудь в феврале. Естественно, после того, как ты вернёшься со своего отдыха. Февраль, март – это самый сезон для занятия горными лыжами. Я думаю, что такая поездка для него будет не хуже твоего отпуска возле тёплого моря зимой, - развеял Генкины сомнения по поводу поощрения Тима, Джейк.
- Это другое дело! Мне нравится такой расклад, - удовлетворённо согласился Генка.
На похоронах Мервина, как и сказал Джейк, было мало народу. Генка насчитал всего 11 человек, не считая служителей кладбища. Джейк, Генка, Тим и ещё 8 человек, старых друзей альпинистов Мервина, которых удалось разыскать Джейку, отдали последние почести погибшему товарищу. Генка, перед тем как покинуть кладбище, успел прочитать на установленном на могиле кресте дату смерти – «23 июня 1967 года». «Всё правильно, - про себя подумал Генка, - так оно и должно быть».
После похорон Мервина, через четыре дня, Генка сидел в самолёте, летевшего на остров Барбадос. Самолёт приземлился в единственном на острове международном аэропорту. Как и предупреждал Джейк, у выхода из зала прилёта аэропорта стояла толпа встречающих с табличками. Кто-то держал свою табличку в руках, кто-то повесил табличку на шею. Генка сразу же увидел табличку с надписью своего отеля.
Табличку с надписью - «Отель Сэнди-Лэйн» держал высоко над головой темнокожий молодой человек в белой рубашке и белых брюках. Белая одежда здорово контрастировала с тёмным цветом кожи и явно выделяло его из толпы встречающих. После паспортного контроля Генка продолжал держать в руках паспорт и документ удостоверяющий, в какой отель и на какой срок прибыл Генри Кулен, гражданин США. Подойдя к молодому человеку, державшего табличку с названием нужного Генке отеля, Генка поздоровался и назвал своё имя, подав свой паспорт и документ для отеля.
Молодой человек тут же опустил свою табличку, представился служащим отеля «Сэнди-Лэйн» и предложил Генке пройти в микроавтобус, взяв из его рук багаж. На улице раскалённый воздух, так Генке показалось после холодного Нью-Йорка, обдал его жаром, и он невольно поднял глаза к полуденному солнцу.
- Что, жарко? - улыбнулся молодой человек, - Ничего, это первое впечатление. Вообще-то, январь не самый жаркий месяц, но и не самый холодный. Вы выбрали самое удачное время для отдыха на нашем острове. Сегодня вы единственный гость нашего отеля, прибывший этим рейсом. Так что никого ждать нам не нужно. Минут через 30, максимум 40, мы будем в отеле. Проходите, пожалуйста, вот в этот микроавтобус и устраивайтесь, - сопровождающий открыл дверцу, а сам пошёл укладывать Генкины вещи в багажник.
Уложив багаж с помощью водителя, служащий отеля сел рядом с водителем и автобус поехал. Генка был единственным пассажиром небольшого микроавтобуса, оборудованного кондиционером. Гид, а именно им и был встретивший Генку молодой человек, всю дорогу до отеля не умолкал.
Коротко рассказал историю государства Барбадос, географические и климатические особенности острова, а также выдал много полезной информации о достопримечательностях острова, обычаях и нравах местных жителей. Уже возле самого отеля гид протянул Генке небольшую стопку рекламных буклетов и свою визитную карточку со словами, что в любой момент будет рад помочь организовать любую экскурсию по интересным местам острова.
Генку поселили в одноместном номере. Из окна небольшого, уютного номера открывался вид на море. До берега было всего каких-то 50-60 метров. Генка быстро распаковал свой багаж, принял душ, переоделся и пошёл в ресторан. После обеда подошёл к стойке администратора, где на светящемся табло светились цифры, показывающие температуру воздуха и воды. Температура воздуха была - + 29, а воды - + 27.
Генка посмотрел на часы, которые показывали три часа пополудни. «Можно уже идти на пляж», - подумал Генка и направился в свой номер, чтобы переодеться для водных процедур. На немноголюдном и хорошо обустроенном пляже рядом с отелем, он пробыл до самого захода солнца. Понаблюдав, как солнце садится в море, собрал свои вещи и отправился в отель.
Пока ополаскивался под душем и переодевался, на улице стало совсем темно. Генка впервые находился в тропических широтах, и такая быстрая смена дневного света на ночную тьму поразила его. Буквально через полчаса после того, как солнце скрылось за горизонтом, на небе стали появляться первые яркие звёздочки. Как таковых, вечерних сумерек здесь не наблюдалось.
Словно выключили лампочку под названием «Солнце». Однако с наступлением темноты жизнь в курортной зоне только просыпалась. Везде зажглись фонари, всевозможные подсветки и разноцветные гирлянды. Из многочисленных кафе и баров доносилась музыка. На остров опустилась вечерняя прохлада, зовущая гостей острова прогуляться по освещённым набережным, под шум морского прибоя.
Две недели пролетели незаметно. Генка чередовал морские процедуры с экскурсиями. Один день на пляже, другой - на какой-нибудь экскурсии, что позволило Генке загореть без болезненных солнечных ожогов. Лет 20 тому назад Генка сильно обгорел и желания испытать ещё раз это состояние, у него не было. Дело было летом, находиться в большом душном городе не хотелось, и он рано утром, с первым автобусом, отправился на Медео.
Миновав горнолыжную базу Чимбулак, поднялся на Талгарский перевал, а потом ещё выше – на ледник Богдановича. Возле самого ледника пристроился на большом плоском камне. А потом, часа полтора, раздетый по пояс наслаждался горным солнцем и прохладным ветерком. Солнце изредка скрывалось за лёгкими тучками.
В этот момент становилось даже прохладно. Всё было хорошо, но, когда Генка спустился на Талгарский перевал, снизу пахнул тёплый ветер и он понял, что получил сильнейший солнечный ожог.
Кое-как добрался до автобусной остановки, но сев в автобус - тут же вышел. Ехать в переполненном автобусе, когда со всех сторон задевают твоё обожжённое тело, было невозможно. С трудом поймав такси, доехал до дому и два дня провалялся с высокой температурой.
На второй день всё тело покрылось волдырями, а ещё через день стала облезать обожжённая кожа. Этот урок Генка запомнил на всю оставшуюся жизнь. Поэтому, находясь на острове Барбадос, Генка с большой осторожностью принимал солнечные ванны жаркого тропического солнца.
Генка никогда ещё не отдыхал с таким комфортом. Ему нравилось всё: и пляжный отдых, и экскурсии. Барбадос сам по себе не очень большой остров, и Генка, практически, побывал во всех интересных уголках маленькой страны. Особенно его поразили своей красотой карстовые пещеры.
Это целые галереи, украшенные сталактитами и сталагмитами. Генка посетил самую известную сеть пещер острова – «Харрисонс», расположенную в центре острова. Общая протяжённость сети пещер составляла 2,3 километра, а возраст - 20 тысяч лет! Путешествие по пещерам «Харрисонс» проходило в электрических вагончиках. По дну пещер протекали реки, образуя подземные водопады и озёра.
Побывал он и на севере острова, в заповеднике дикой природы Барбадоса, где охраняются леса красного дерева. По восточному побережью острова Генка проехал на экскурсионном автобусе. Здесь преобладали скалистые берега, о которые бились мощные волны Атлантического океана. Вдоль автомобильного шоссе восточного побережья находились многочисленные смотровые площадки, с которых можно было полюбоваться живописными пейзажами, и Атлантическим океаном.
В один из вечеров, Генка отправился на южный берег острова. Эта часть побережья страны известна, как центр ночной жизни острова и виндсёрфинга. В основном «тусовочном» месте южного побережья, курортном городке Сент-Лоуренс-Гэп, Генка бродил чуть ли не до утра. Повсюду устраивались различные представления, концерты карибской музыки, танцы.
Генка отдыхал по полной программе – душой и телом. Неудивительно, что две недели пролетели, как один день. Улетая с острова, Генка дал себе слово, опять посетить остров через несколько лет…»
(продолжение - https://dzen.ru/a/ZtnVozkvRgtUUBK1)
