Так военный аналитик Алексей Васильев комментирует сообщения о первом испытательном полёте беспилотника-невидимки Model 437 Vanguard, разрабатываемого американской компанией Northrop Grumman и способного нести до девятисот килограмм полезной нагрузки. «Кабина для пилотов – это в рамках испытаний или смысл полуавтономности в том, чтоб резко снизить требования к квалификации летчика, по сути превратить его в оператора дрона прямо на борту? В этом есть свой смысл: такая концепция позволяет решить проблему с кадрами, снизить к ним требования за счёт "мозгов" аппарата. И при этом исчезает уязвимость канала связи, решение о применении оружия принимается не машиной, а человеком», – рассуждает Алексей Васильев. Он называет концепцию нового американского аппарата «полуавтономным беспилотником». Обозреватель отмечает, что для снижения его стоимости и возможности массового выпуска производитель использует компоненты из невоенных отраслей. «Для колониальных войн, вообще, очень любопытная концепция
Так военный аналитик Алексей Васильев комментирует сообщения о первом испытательном полёте беспилотника-невидимки Model 437 Vanguard, разрабатываемого американской компанией Northrop Grumman и способного нести до девятисот килограмм полезной нагрузки.
«Кабина для пилотов – это в рамках испытаний или смысл полуавтономности в том, чтоб резко снизить требования к квалификации летчика, по сути превратить его в оператора дрона прямо на борту? В этом есть свой смысл: такая концепция позволяет решить проблему с кадрами, снизить к ним требования за счёт "мозгов" аппарата. И при этом исчезает уязвимость канала связи, решение о применении оружия принимается не машиной, а человеком», – рассуждает Алексей Васильев.
Он называет концепцию нового американского аппарата «полуавтономным беспилотником». Обозреватель отмечает, что для снижения его стоимости и возможности массового выпуска производитель использует компоненты из невоенных отраслей.
«Для колониальных войн, вообще, очень любопытная концепция. Против равного противника, возможно, не имеет смысла», – резюмирует Алексей Васильев.