На стене гаража висел большой чёрно-белый портрет Гитлера, отпечатанный на принтере. Выпученные глаза фюрера неодобрительно взирали на троих подростков – двух парней и девушку, сидящих прямо на полу.
- Ненавижу свою фамилию, - лениво протянул худой темноглазый парень лет пятнадцати – Игнат Шарипов. – Отстойная, в натуре неарийская.
- Ты чё, не ариец? – вытаращилась на него изрядно прожённая Ленка Новикова и даже захлопала жирными от туши ресницами.
- Я те дам – не ариец, - показал ей кулак сидевший в углу лошадеподобный Денис Пузатов. – Фильтруй базар, а то в репу съезжу!
- Ты чё взъелся, - осадил его Игнат, - Ленка тупо не в курсах. Это отчим мой, козлина, меня на себя записал. А отца я ваще не знаю. Может, реально немец был… - Он сложил руки за головой и мечтательно вздохнул: - Вот будет мне восемнадцать, сразу фамилию сменю. Например, Игнат Гиммлер. Или Игнат Шелленберг.
- Или Мюллер, - хихикнула Ленка. Мюллер был единственным из всех отрицательных героев бессмертной киносаги про Шт