У сериала о старопитерских гетерах одно бесценное преимущество: все девки голые. На это можно сердиться (и сердятся), рассуждать о несоответствии мировым трендам (и рассуждают), дать слово женщинам, которые не одобрят (и не одобряют), - но ясно, что кино этого рода снимается для мужчин. Это как с фильмами с Брижит Бардо. Годар однажды снял такой и показал продюсерам, а те ему: «Годар, ты с дуба рухнул? Тебе дали бюджет на фильм с Бардо, а там ни одной голой сцены!» «А, забыл», - сказал Годар и доснял трехминутный пролог с бардовской попой. Всем понравилось, фильм стал классикой, назывался «Презрение», если целевой аудитории интересно.
«Чистые» классикой не станут (хотя задатки были), но точное знание спроса и рынка налицо.
А теперь о высоком.
На протяжении всей кинобиографии режиссер Хомерики питал наклонность к душевному мазохизму, а сценарист Родионов ему в том потворствовал. Первый же их фильм «Сказка про темноту» был посвящен тихому аду, в который погружают ближние дальневосточную милиционершу-страстотерпицу. Капричос гнусных рож родни, одноклассников, сослуживцев доводит барышню до счастливого уик-энда в обществе блатного туза, который один только и способен на светлое душевное движение. Всем, кто в курсе уголовных нравов Отечества, ясно: вспомни хоть один из босяков, что где-то видел эту шмару в погонах, и ей конец - о чем она знает, но плюет с присвистом, до того хоть разового счастья хочется.
Прочие хомерикины фильмы также были сказками про темноту - пока он и не дошел до этого воистину программного высказывания. «Чистые» - кино о пансионе барышень-сирот, натасканных с юности выуживать деньги у благородных господ жалостными историями и мимолетным сексом. Растлены они были еще в детстве, ответа за грех не несут, хотя их к нему и принуждает вся разномастная дрянь Петербурга 1903 года выделки. Немало возмутившая благочинных дам 5-я серия, в которой красоточка Ксения (Софья Синицына) делит досуг с отвратным желеобразным чудовищем (Борис Каморзин) - брюхатым, зловонным, в струпьях дурной болезни тайным советником, - рисует подвиг добровольного послушания за обольщение стрелявшего в себя влюбленного гимназиста (Марк Эйдельштейн).
Когда-то великий магистр Федор Михайлович задал сверхвысокую планку разговора о падших девах - и Сеть резонно высказалась об особой отталкивающей притягательности этих сцен (дергающаяся на ангеле свиноподобная туша - одно из самых тягостных зрелищ современного кино). Противление злу ненасилием мучительно для глаз - но предполагает разговор о грязи в самых высоких моральных регистрах (исполнителям отдельное почтение). Обычное в те годы самолечение от сифилиса мышьяком, свинцом и ртутью - символ христианского самомучительства, на которое обрекали себя лучшие и впрямь чистые (Диана Милютина). Системные же воскрешения наглухо убитых и спущенных в Тартар растлителей (Виктория Исакова и Федор Бондарчук) явно сигналят, что речь идет о дьяволиаде, и девкам помочь способно только крестное знамение. Ну, или большевики, если кому милей шоковая терапия и прочий лечебный свинец.
Все это могло бы быть прекрасно - но Хомерики начисто лишен способности снимать эзотерику. Его мазохизм сугубо реалистического свойства, с обязательными для интеллигентской нудьги намеками на русскую карму («Вам все равно без нас не будет добра. Побудете на свободе недельку-две, а там глядь - опять под хозяином»). Сценарий ему всякие кунштюки подкатывает: и люки в невскую бездну, и порочных лицедеев в рогах фавна, и мелких бесов Департамента охраны общественной нравственности - но инфернальщине потребен чуть вульгарный постановочный радикализм, а это моветон, да и призраков красного колеса будить не хочется (а что адовы пожарища неизбежно зарифмуются с классовой борьбой - это к бабке не ходи).
В итоге Достоевского теснит Леонид Андреев: мутная гадость пополам с блатной арлекинадой. Какие-то урки в желтых клешах, пулеметная пальба с балконов усадеб, старческие проповеди воскресших мерзавок, великокняжеские БДСМ, выкидыши, банкротства и три великодержавных портрета больших артистов в звездах и эполетах: Каморзина, Бондарчука и Даниила Воробьева (редкий случай, когда хороши и артисты, и портреты, и привкус парадворянской профанации).
Только и остается сказать: скоро красные всех вас вылечат. И от ипохондрии, и от сифилиса, и от стигматов, и от чарующей атмосферы порока. От голых девок, к сожалению, тоже. На иной путь даже в художественном кино пороху не хватило. Жаль, заявка была.
P.S. А девчонкам-актрисам респект, они храбрые и глубокие, и хотелось бы напророчить им большое будущее, но в переломные моменты истории пророчествам веры нет.
« Чистые»
2024.
Реж. Николай Хомерики.
Wink, 18+
Автор: Денис ГОРЕЛОВ