- Как тебе там? - Джек сидел напротив двери, где содержится его отец. Он не видел его, но мог слышать, что происходит внутри.
- Сколько прошло времени? - послышался хриплый, от долгого молчания, голос из камеры.
- Больше недели. - Джек говорил, опираясь головой о руки, сжавшие лицо в ладонях.
- Ваши новшества для меня не имеют никакого смысла. - Было слышно, как мужчина внутри, с терпким желанием зачёсывает свои волосы руками.
- Больше восьми периодик, отец. Так понятнее? - Джек потирал глаза. Он явно не выспался с последней тренировки, но пообещал себе приходить каждое утро к отцу, чтобы проведать его. - Вчера ты не спрашивал.
- Восемь? - голос внутри казался удивлённым. - Это кажется много. Неужели вы успели меня покормить... - голос затих. Послышалось еле слышимое мычание. - Двадцать четыре раза?
- Нет, отец. Пищу выдают в момент поставки. Мы не питаемся так же часто, как и в сроки питчасов. Полевые условия, завозы устраивают раз в сутки. Зато хватает на весь день. - Джек отвечал устало и сухо. Он говорил так, будто невольно отчитывался перед отцом, но, частично, всё так и было.
- Грахт Хронес восу! А я говорил что ферму сносить была ужасная идея. Столько поколений выращено на наших грибах, а тут такое отношение! - отец ругался. По звуку казалось, что он кричит сам с собой, переходя из угла в угол, не находя себе места. Вдруг, стук по двери. - А я слышал что в диспансере стало больше постояльцев, не так ли? Выходит, ваше стремление к небу не все поддерживают, да? - голос начал звучать более задорно.
- Я тебе сам про это и сказал, если ты не забыл. А так же я сказал, что мы откроем диспансер, после того как закончим основной тренировочный отбор и уйдём на поверхность. - Джек встал и осторожно прикоснулся к двери. - И вы дальше сможете прогнивать в своей гадкой деревне.
Послышалось, как отец, с той стороны, облокотился на дверь. - Почему ты так относишься к родному отцу? Скажи честно, всё из-за Гриды, да? - сердце Джека вдруг застучало быстрее, а зрачки сжались в маленькие точки. Он, от того что не мог устоять на ногах, молча упал обратно на скамью сзади.
- Да, без сомнений. - продолжил голос за дверью. - Я осознавал что это испортит твою психику, а так же сильно повлияет на воспитание. Но я не такой сильный диктатор как твой дед. Всё что я мог, это надеяться на то, что ты сам пойдёшь по моим стопам. - голос опять затих. Похоже, что отец плакал. - Чтож, не судьба.
Джек тихо, медленно переступая ногами, пошёл на выход из диспансера, он держался ладонью за грудь, ощущая каждый ритмичный стук сердца, который постепенно становился всё острее и громче. Выйдя из здания, Джек тяжело вздохнул и облокотился о дверной проём. Рядом стояли Рэй и Бет, которые ждали Джека на входе.
- Что случилось, Джек, всё в порядке? - подбежал к другу Рэй.
- Он напомнил про маму... - с отдышкой сказал Джек.
- Вот же гад. Нельзя же до такой степени ненавидеть сына.
- Нет, ему тоже плохо. Да и ненависть у нас взаимная, семейная.
- Как ты можешь так говорить, Джек?! Я бы поверил, что ему плохо, если бы он так же как и Гриду, не довёл до смерти моего отца и всю их подпольную группу!
- Такова цена власти. - Джек, на удивление, сказал это жутко спокойно, после чего посмотрел на друга, без улыбки и без каких либо эмоций в глазах. Тут в разговор впряглась Бет. - Прошу, перестаньте. Я понимаю, что каждого из вас это касается на прямую, но, вам не кажется, что это можно обсудить позже? Нам надо спешить на собрание! - Джек до сих пор стабилизировал своё дыхание, и когда он уже, по большей части успокоился, он обратился к Рэю. - Так, ладно. Вы восстановили стену? - ребята направились на спуск к основной деревне. Джек перешёл к теме, связанной с задачей Рэйни, почему он и находится здесь.
- К слову об этом. Мой ручной бур оказал более серьезные повреждения для стены, чем казалось изначально, так что...