В 2000 году Римас Туминас вывел на сцену «Современника» двух королев, поставив одну из известнейших трагедий Фридриха Шиллера – «Мария Стюарт».
Убрав из названия своего спектакля имя Марии, Туминас как бы уравнял двух королев. Режиссер значительно сократил линию Стюарт: за рамками сцены осталась значительная часть первого акта пьесы, где Мария уже находится в заключении и рассказывает о гибели своего мужа, о том, почему именно она должна занимать британский трон.
Спектакль выстроен на поединке двух женщин. Две королевы: английская - Елизавета (Марина Неёлова) и шотландская - Мария Стюарт – (Елена Яковлева) предстают в борьбе, втягивая в схватку все свое окружение. Мужчины в спектакле скорее вспомогательные персонажи, которые лишь подыгрывают главным героиням.
В разное время в борьбу за британский трон на разных театральных подмостках вступали Федотова и Ермолова, Яблочкина и Пашенная, Степанова и Тарасова. Сейчас в БДТ можно увидеть еще одну трактовку этой пьесы, где в постановке Темура Чхеидзе свои притязания на трон высказывают Марина Игнатова и Ирина Патракова. Чхеидзе, в отличие от Туминаса, сохранил в спектакле название и не сократил сюжетную линию Марии Стюарт, он скорее симпатизирует ей, а Туминас – Елизавете. На сцене БДТ постановка получилась более традиционной, ни в оформлении, ни в костюмах авторы не вышли за пределы эпохи, обозначенной в пьесе. Несмотря на большое количество различий в постановках, есть и общее: оба режиссера выбрали на главные роли актрис ярких, красивых и умных. По мнению многих, Елизавета – чудовище. Но ни Чхеидзе, ни Туминас не пытались сделать из нее исчадие ада, которое только и жаждет власти.
Марина Неелова играет Елизавету молодой, не старше Марии. Ее героиня - это строгость и аскетизм: коротко стриженные, гладко уложенные волосы, чеканный шаг, сдержанные реакции. Яковлева же – страсть: мокрые растрепанные кудри, нервные движения, путаница в мыслях и дрожь в голосе.
Казнить или не казнить Марию? Как поступить? Кажется, что у Елизаветы, в отличие от Марии, есть выбор. Однако его нет, за нее уже все решили. Ей осталось лишь подписать приказ о казни.
Спектакль Римаса Туминаса аскетически красив в игре цвета, света и тени. Темное пространство, резкие очертания предметов. Посреди сцены – огромная разрезанная труба, из нижней части которой временами валит пар. Сценография Адомаса Яцовскиса чем-то напоминает один из последних спектаклей Туминаса – «Царь Эдип». На сцене тоже труба, только расположенная горизонтально, и из нее в самые «пиковые» моменты действия также валит пар. Минимализм на сцене – одна особенностей постановок этого режиссера. Предметов практически нет. Только кресло, несколько стульев и стог сена, которое в ярости разбрасывает Елизавета, а после казни Марии пытается в нем укрыться.
Строгая музыка Фаустаса Латенаса звучит на протяжении всего действия. Она то «подвешивает» сердце на ниточке, то резко эту ниточку обрывает. Звук в спектакле рождает практически каждый предмет: плеск воды в сцене истерики Марии и эта же утекающая из чаши вода перед казнью - как символ утекающей жизни; звон высоких бокалов на подносе, гром падающего из ведер зерна, которым засыпают мертвеца; и звон хрусталя, о который бьются зерна, наполняющие бокалы, – как слёзы Елизаветы.
Каждая мизансцена в спектакле словно законченное произведение. Первый выход Елизаветы контрастен по отношению к сопернице. Английская королева выходит гордо, чеканя шаг, с какой-то даже армейской выправкой. Мария же появляется весьма театрально и метафорически, проходя по верхнему горизонту сцены и спускаясь вниз на люстре. Сцена свидания Марии и Елизаветы в парке Фотиренгей - одна из ключевых в спектакле. Королевы пытались поменяться местами. Елизавета старалась быть мягкой и великодушной, она почти протянула руку Марии, но быстро одернула ее, вспомнив, что королеве негоже жалеть преступницу. Стюарт же примерила роль королевы. Она пыталась быть смиренной, но всё-таки упала к ногам Великой с мольбой о милосердии. Не получив его, Мария ударяет по воде так, что брызги долетают до Елизаветы, а это хуже пощечины, смирения не получилось.
Сильно решен финальный монолог Елизаветы. Вначале огромное платье несут позади маленькой королевы – жесткое и негнущееся, оно словно клетка для птицы. В ноги королеве ложится безногий калека, поднимает две палки с подлокотниками, на которые опирается Елизавета, и она превращается в марионетку: в одной руке перо, в другой - лист с приказом о казни, который нужно только подписать. Елизавета (Марина Неелова), будто в безумии, что-то быстро и непонятно говорит, заходится от смеха, руки «живут» отдельно, - ими управляет Бастард (Евгений Павлов). Миг - и приговор подписан.
Сцена казни Марии - одна из самых сильных в спектакле. Стюарт вся в черном, голова затянута в чепец и единственное яркое пятно – алая повязка на глазах. Героиня подбородком опирается на спинку стула. Миг. Другой свисающий стул, с грохотом падает вниз, только при помощи театрального света голова шотландской королевы мистическим образом отделяется от туловища, а руки ненавистников уносят «добычу» в черное пространство сцены. Стюарт приняла смерть достойно, без страха, даже как бы торопя последнее в своей жизни причастие.
Несмотря на разный звуковой фон, в спектакле есть настоящая внутренняя тишина, тишина тревожная, тишина предостережения и отсутствия надежды. Трагический итог: здесь нет выигравших, есть только проигравшие.
Донскова Евгения