В 1925 году Игорь Северянин написал эти замечательные строки:
Ты потерял свою Россию.
Противоставил ли стихию Добра стихии мрачной зла?
Нет? Так умолкни: увела Тебя судьба не без причины В края неласковой чужбины. Что толку охать и тужить Россию нужно заслужить!
1925 г.
Рецензия на «В краю печали и любви 4» (Александр Грунский)
Саша, собирался завтра дочитать твой рассказ и не смог оторваться... Так близко всё, о чём ты пишешь, а стихи Николая Рубцова просто сразу легли на душу...
ЧТО ДЛЯ РУССКОГО РОДИНА
– Ждали твоего приезда, Коля, и вот... И снова яркий румянец появляется на ее щеках.
За столом уже сидят дядя с теткой, а рядом с ними мостится Светланка с неизменным белым бантом, водруженным на голове. Как водится, наливают по чарке водки и дружно выпивают: «За встречу!».
Идет разговор: «Как семья, как родные? Что думаешь делать дальше? И Николай рассказывает о своем житье-бытье. И все-таки в разговоре чувствуется какая-то недосказанность. Николай избегает прямых разговор о зарубежье, отделываясь общими фразами: дескать, живут, как везде. Есть, конечно, свои сложности и проблемы.
Возникает пауза. Николай явно не желает продолжать разговор на эту тему. И на то есть объективные причины. Слишком уж часто близкие и посторонние люди задавали ему этот вопрос: «Как там, на «диком Западе?» Чтобы закончить этот поднадоевший разговор, он резко отвечал: «Да что вы уцепились за этот Запад! Живете, как слепцы. Ничего хорошего у себя не хотите видеть!..».
И немного поостыв, говорил уже спокойно: «Ну, роскошь там. Все сытые, одетые, зарплату получают вовремя, как говорится, каждая птичка на своем месте сидит. Только, если хотите, вот этого нашего гостеприимства вы не найдете. Удивительно, но каждый там живет как бы в отрыве от всех и дальше своего «я» ничего не видит. Одним словом, мир эгоизма и бездушия...».
– Неужели все так плохо? – засомневалась тетя Клава.
– А вы вспомните классиков наших: Куприна, Бунина, Вертинского, Есенина, наконец!Могу процитировать: «Стою я на берегу паршивейшего Бель-Голландского моря, а вокруг меня тупые, свиннные морды европейцев...
И далее: Пускай у нас холод, голод, нищета, зато есть душа, которую здесь сдали за ненадобностью под смердяковщину». Возможно, тут Есенин немного сгустил краски, но что я скажу, Вертинский – ему долго не давали Советского гражданства – так вот, бывало, подъедет он к Советско-Румынской границе, станет на берегу Дуная, и смотрит в нашу сторону, а слезы по щекам ручьем бегут. Да что там говорить! В словах всего не выразишь...
Памяти Николая Рубцова, – тихо объявил он и начал читать:
Серебристая ночь приманила бессонные взоры, Предрассветные звезды ярко блещут, но тают уже. Я один в этом море из трав, в этой бездне узорной, Мне покойно и грустно, и как-то светло на душе...
– Хорошо-то как! – похвалил Спиридон Афанасьевич. – Я, пожалуй, закурю, а ты читай.
Океан надо мной из холодных алмазных скоплений, Диамантами сыплет этот вечный прекрасный простор. Я бреду по земле средь пахучих и сочных сплетений И как будто бы слышу светил ненавязчивый хор.
Я красой напоен, только все еще жажду и жажду...
Я окончу свой путь, когда выплывет чистый рассвет,
Там я солнце приму и кровинкой, и клеточкой каждой – Жизни нового дня удивительный алый букет!
Саша, сегодня с утра настроение какое-то юморное БЫЛО. Я знал, что по плану сегодня День Книги будет проводится в городском парке... Когда на него сходили, много мыслей возникло:
1) Просто здорово, что Белорецк, вроде, небольшой провинциальный город – глубинкаРоссии, но в нём мы чувствуем себя в центре Русской культуры, сразу рождается ощущение неразрывной связи со своим народом и его историческим прошлым. Как-то понимаешь, что всё это результат генетической памяти предков, правильного воспитания в семье и школе, и, в том числе, нормальной работе Администрации города.
В этом меня убедили: проведение праздников – дня Победы, день Российского флага, день ВДВ и пр., в том числе, и сегодняшнее мероприятие – Фестиваль Книги.
2) Не знаю, как тебе показалось, всё-три дня пребывания в Белорецке – это малый срок длятого, чтобы понять душу города, но мы тут живём около двух лет, и не забывай, я с батей поездил по стране, пока 11 классов закончил учился в 10 школах от Балтики до Дальнего Востока, и потом сам за 32 года службы в Морской авиации поменял 7 гарнизонов, т.е. мне есть с чем сравнивать. И, на мой взгляд, культура жителей, если говорить в общем, ни в чём не уступает Калининграду, Владивостоку, Иркутску, или Одессе, (с её незабываемым местным колоритом), где мне довелось жить или бывать.
3) На самой выставке мы увидели достаточно много книг, написанных лётчиками, жившимикогда-то в этом городе. Среди них есть и орденоносцы, и генералы Авиации, но большинство их уже на Небесах, а сами книги в единственном экземпляре, их даже в городских библиотеках нет. А ведь это наша история. Короче, познакомились с женщиной – председателем Белорецкого общества литераторов, и она взяла с нас слово, что все мои 20 книг, после переиздания будут иметь все библиотеки города Белорецка.
4) А вообще, Саша, я вот ещё о чём подумал: «Как же нам с тобой повезло, что мы родилисьи значительную часть жизни жили в СССР. Во-первых, без войны. Во-вторых, я ни в одной республике не чувствовал себя «чужим», даже в Эстонии, где с отцом жили 4 года. С эстонскими пацанами мы играли и соревновались на равных. В Таллине я занимался боксом. Певческий традиционный праздник – это был праздник для всех: и эстонцев, и русских!!!
Или, например, заходишь в магазин: «Два хлеба, пожалуйста», - тебе дают, и никто не делает тебе замечания, что ты говоришь по-русски. Но, если ты скажешь: «Какс лейба, палун», - тебе не только дадут хлеб, но и наградят белозубой улыбкой.
Или взять пример из Авиации – я с детства хотел стать лётчиком, и всегда знал, что смогу осуществить свою мечту, потому что в СССР работало полным ходом более 10 авиационных училищ военных и более 5-ти гражданских. Это только где учили ЛЁТЧИКОВ – ЛЕТАТЬ!!! А ещё были училища, в которых учили штурманов, бортинженеров, радистов, техников и т.д. А возьмите положение сейчас. Подавляющему числу юношей и девушек, мечтающих о лётной профессии, в небо никогда не подняться, особенно на Украине и др. «странах» СНГ.
Потому что «придурки», типа Сергея К., считающие, что развал СССР – это благо, пусть
«идут лесом» - мы их, после победы России в 3-ей Мировой войне, в новую жизнь не возьмём.
Сначала, пересажав на «лесоповал» ВСЕХ гнилых олигархов, ворующих у народа деньги из гос.бюджета, и отлучив их от власти, (процесс уже начался), обеспечим народам и нациям Российской Федерации нормальную, богатую для всех, жизнь. А потом, глядишь, и остальные республики обратно в семью примем, при условии, что они сами этого захотят, и, ГЛАВНОЕ – БУДУТ ЭТОГО ДОСТОЙНЫ!!!
В конечном итоге, БУДУЩЕЕ ПРИНАДЛЕЖИТ РОССИИ, как предсказывали великие махатмы Земли Константин и Елена Рерих, и наши дети, внуки… пра…правнуки будут жить в обществе, описанном в романе учёного писателя-фантаста Ивана Антоновича Ефремова «Туманность Андромеды», кстати, многие его научные предположения и догадки уже сбылись. Сбудется и это!!! Нужен только срок, да старание всех, кто понимает, что надо делать для наступления ВСЕОБЩЕГО БЛАГА. Само оно не придёт, для этого «мозги и руки» приложить надо!!!!!
А это значит – ЖИТЬ ПО СОВЕСТИ, И В ЛАДУ С ПРИРОДОЙ, как завещали нам наши великие предки!!!
Я РОДОМ ИЗ СССР
4 фев 2020
ГОРОД – САД (Владимир Маяковский)
По небу тучи бегают, Дождями сумрак сжат, под старою телегою рабочие лежат.
И слышит шепот гордый вода и под, и над: "Через четыре года здесь будет город-сад!"
Темно свинцовоночие, и дождик толст, как жгут, сидят в грязи рабочие, сидят, лучину жгут. Сливеют губы с холода, но губы шепчут в лад: "Через четыре года здесь будет город-сад!"
Свела промозглость корчею неважный мокр уют, сидят впотьмах рабочие, подмокший хлеб жуют. Но шепот громче голода он кроет капель спад: "Через четыре года здесь будет город-сад!
Здесь взрывы закудахтают
В разгон медвежьих банд, И взроет недра шахтаю соугольный "Гигант".
Здесь встанут стройки стенами. Гудками, пар, сипи.
Мы в сотню солнц мартенами Воспламеним Сибирь. Здесь дом дадут хороший нам и ситный без пайка, аж за Байкал отброшенная Попятится тайга".
Рос шепоток рабочего Над тьмою тучных стад, а дальше неразборчиво, лишь слышно - "город-сад". Я знаю - город будет, я знаю - саду цвесть, когда такие люди в стране в советской есть!
<1929>
Жму кисть, ВВЧ.
Виктор Мамонов
https://dzen.ru/video/watch/65fed37095d4e1136bf84a0b