Значительная власть оставлена за штатами, которые имеют свои конституции и где законодательные собрания, губернаторы, а в большинстве штатов — и верховные судьи, также периодически избираются. Региональные и местные правительства обладают сильной властью и способны противостоять федеральному правительству; в частности, большинство вопросов правопорядка, образования, семейного права и землепользования решаются штатами. На местном уровне к выборным должностям могут относиться не только депутаты представительных органов, мэр и мировой судья, но и прокурор, шериф, ревизор, глава налоговой службы, члены советов по образованию и др. В целом из полумиллиона выборных должностных лиц в США менее 8500 относятся к федеральному и региональному уровню, а остальные работают в местных органах самоуправления.
- Значить власть на местах имеет какую - то независимость?
- Формально имеет. В некоторых штатах даже проводятся референдумы, круг вопросов которых может включать налоги, политику борьбы с дискриминацией, права иммигрантов, отзыв выборных лиц.
- Референдумы? Не это ли показатель народовластия? Не это ли говорит о реальной власти народа в Америке?
- Поставим вопрос так: что вообще значит «реальная власть»? Отложим в сторону разные политологические или философские объяснения и термины и сформулируем это понятие следующим образом: «реальная власть» значит то, что народ, большая часть населения хотя бы иногда (желательно часто) оказывает реальное воздействие на процесс принятия стратегических решений в стране, или, иначе говоря, на судьбы страны, государства.
- И в Америке есть такая возможность?
- Критики прямой демократии утверждают, что референдумы могут приводить к непоследовательной политике, снижать значение институтов представительной
демократии и ослаблять политические партии. Как сказал Джеймс Мэдисон: Если бы люди были ангелами, в государстве не было бы необходимости.
- Так оказывает или нет, народ Америки, большинство рядовых американцев, решающее или хотя бы очень серьезное влияние на принятие стратегических решений в США? И если оказывает, то насколько часто?
- Вся история Соединенных Штатов, особенно последние примерно 150 лет, говорят о том, что такое влияние наблюдается лишь в единичных, исключительных случаях. За точку отчета мы взяли период после формирования в США жесткой двухпартийной системы.
- То есть американская демократия полна несовершенства?
- Именно. Для американской демократии характерно недоверие не только ко власти, но и к народу. Её особенностью является наличие институтов, сдерживающих власть большинства и относительно слабо зависящих от него. К таким институтам относятся, прежде всего, Верховный суд США и Сенат США. Заметную общественную роль играют неправительственные организации и частный бизнес, в особенности свободные и разнообразные средства массовой информации.
- Всё - таки бизнес на первом месте?
- Да. Поначалу народный суверенитет вызывал настолько сильные опасения, что отдельные идеологи США намеревались ограничить избирательное право имущественным цензом, и некоторые штаты так и поступили. Как объяснял Бенджамин Франклин, лица, которые не владеют земельными участками, составляют мигрирующее население и слишком слабо связаны с благосостоянием штата, чтобы обладать привилегией голосовать на выборах. Джон Адамс полагал, что если власть окажется под контролем большинства населения, они вначале отменят долги, затем введут высокие налоги на богатых и наконец поделят поровну всё остальное.
- Я так понимаю, если пошло расслоение, то ни о какой демократии речи и быть не может?
- Не всё так просто. Ведь народ американский тоже не молчал. Избирательное право стало постепенно распространяться на всех белых мужчин к концу 1850-х, а на всех взрослых граждан США ещё спустя 100 лет. Следует отметить, что избирательные списки составляются путём добровольной регистрации граждан, поэтому в большинстве штатов для участия в голосованиях гражданам необходимо зарегистрироваться. Кроме того, отдельные регионы до сих пор не имеют собственных представителей в Конгрессе с правом голоса: Вашингтон, Пуэрто-Рико, Гуам.
- А как же выборы на всех уровнях, причем даже судей и шерифов? Свобода прессы и выражения мнений? Ведь всё это существует?
- Да, всё это существует формально и даже реально, но все же сей факт никак не приводит к выводу, что американский народ реально когда-либо оказывал или оказывает влияние на процесс принятия стратегических решений в этой стране. Исторически выборы были прямыми и проводились по мажоритарной системе путём открытого голосования, за исключением выборов Президента США, которые были непрямыми. В настоящее время стандартом считается тайное голосование и по-прежнему преобладает использование мажоритарной системы. Несмотря на непрямой характер выборов Президента, за всю историю были лишь единичные случаи, когда отдельные делегаты Коллегии выборщиков (недобросовестные выборщики) голосовали против воли избирателей или воздерживались от голосования. Выборы Президента сопровождаются наиболее высокой явкой избирателей, поскольку от их исхода зависит проводимая внутренняя и внешняя политика.
- Прямо порадокс какой - то. Система заявлена демократическая, а демократией и не пахнет.
- На самом деле тут нет никакого парадокса. Давайте, рассмотрим политическую систему США и ее функционирование. Главный вывод после такого анализа состоит в том, что Соединенные Штаты Америки представляют собой великолепно организованную олигократию, где фасадность и иллюзорность замаскированы лучше всех в мире, но в то же время, уровень реальной демократии не только не выше, чем во многих других странах, а значительно ниже. Олигократия или олигархия означает форму правления, где власть находится в руках меньшинства, малочисленной группы, класса или слоя. Именно такое правление в Соединенных Штатах. Как и во всем мире, кстати. Элита этой страны представляет собой одну из самых организованных в мировой истории групп, которая в течение многих десятилетий последовательно, монопольно и на основе преемственности управляет страной. Причем уже давно эта элита является «плутократической» по сути, то есть, грубо говоря, основанной на власти «денежных мешков».
- И как же это у них получилось?
- Вот видимая часть демократии. Мажоритарная избирательная система стимулировала создание двух противоборствующих коалиций. На рубеже XIX века последователи Томаса Джефферсона защищали интересы фермеров и делали упор на разделении властей, в особенности на законодательной власти. Им противостояли федералисты, возглавляемые Александром Гамильтоном, которые отражали интересы городской буржуазии, поддерживали сильную судебную власть и предпочитали энергичное правительство. Вскоре на основе обеих коалиций возникли две крупные партии. По мере появления новых актуальных политических и
социально-экономических проблем, менялся состав образующих ведущие партии коалиций и их избирательная база. В середине 1850-х в американском обществе возник раскол вокруг вопроса о рабовладельчестве на западных территориях страны. Стала набирать силу третья партия, республиканская, которая вытеснила партию вигов. Тем не менее, конфликт не удалось решить демократическими способами, и в 1861 году вспыхнула гражданская война.
- Мирно не договорились? - хмыкнул ведущий.
- Именно. Окончание войны привело не только к ликвидации рабства, но и к формальному запрету дискриминации в обеспечении избирательного права. Война также способствовала переосмыслению демократии. В своей Геттисбергской речи Президент Авраам Линкольн сказал, что одним из источников свободы для американской нации является «правительство из народа, созданное народом и для народа».
- Новый вброс демагогии?
- Как сказать? Посмотрим на американскую партийную систему. Как известно, она состоит из двух традиционных, основных партий, а другие партии не играют почти никакой роли, во всяком случае, на федеральном уровне и при принятии важных решений. Все попытки создать третью влиятельную политическую партию. А такие попытки предпринимались несколько раз, провалились. Политическая элита, истеблишмент блокирует любые поползновения на монополию власти и сохраняет «дуалистичный» характер. В то же время, двухпартийной системы в чистом виде не существует практически нигде в западном демократическом мире. Даже в Великобритании, причем и во время существования британской империи в 20-м веке, время от времени усиливалась третья политическая сила, кроме консерваторов и лейбористов.
- А сегодня, что?
- С 1860-х в американской политике доминируют демократическая и республиканская партии, каждая из которых пользуется поддержкой широкого спектра политических движений. Президентом США становился кандидат то от демократов, то от республиканцев. На местном и региональном уровнях одной из партий иногда удаётся удерживать преимущество на протяжении длительного периода, хотя внутри доминирующей партии по-прежнему возможна конкуренция между различными группами, составляющими коалицию. Основные права электорального меньшинства защищаются различными способами, прежде всего, федеральным
правительством. Усилению других партий препятствует не только мажоритарная система, но и ряд положений в законодательстве. Несмотря на это, более мелкие партии и независимые кандидаты иногда оказывали влияние на проводимую политику, и подобные эпизоды имели место на всех уровнях власти.
- Своих десидентов они гасят плотно, зато наших защищают очень рьяно, - хмыкнул ведущий.
- Так они понимают свою демократию. На рубеже XX века в обществе стала расти озабочённость концентрацией власти в руках крупных частных корпораций. Американское прогрессивное движение поставило своей целью усиление надзора над соблюдением законов и усиление контроля над осуществляемой государством политикой. В результате реформ, женщины получили право голоса, Сенат США стал формироваться на основе прямых выборов, партии стали в обязательном порядке проводить предварительные выборы, шире стали практиковаться референдумы, повысилась управляемость местных властей и их подотчётность выборным лицам.
Движение также дало начало традиции нетерпимости американцев по отношению к коррупции чиновников, управляющих частных корпораций, профсоюзных лидеров и любых других власть имущих. Активную роль в разоблачении злоупотреблений играет пресса и другие СМИ. Ряд агентств, занимающихся аудитом и расследованием действий органов власти, почти не подверженны политическому влиянию. Однако в последние годы лоббирование выборных лиц и спонсирование их избирательных кампаний со стороны различных кругов негативного сказалось на восприятии правительства.
- Тогда смогли предвратить сращивание власти и капитала, а что потом?
- Как сказать. Американская двухпартийная система – прекрасный пример олигократии, когда искусственно разделенная на две части правящая элита полностью контролирует политическое пространство и не допускает никого «извне». То, что эта система едина, хорошо видно на примерах отдельных эпизодов политической жизни. Вспомним 2000 год, выборы президента. Фактически победивший на этих выборах А. Гор, который даже по официальным данным набрал больше голосов по стране, чем Буш-младший, был объявлен проигравшим из-за нескольких тысяч голосов во Флориде. Начались протесты, массовые выступления, особенно в упомянутом штате. Однако Гор решил не бороться и признал свое поражение, хотя поступала информация о грубейших нарушениях во время выборов во Флориде, губернатором которого, кстати, на тот момент был Джэб Буш, родной брат республиканского кандидата. Выборы же проводились под руководством назначенной губернатором администрации, где работали активисты республиканской партии, в том числе приближенные к семье Буша. Курьез, но факт. Почти то же самое повторилось в 2004 году, на этот раз в штате Огайо. И в этом случае, объявленный проигравшим Дж. Кэрри безропотно признал свое поражение, хотя все опросы
накануне выборов и даже экзит-полы после окончания голосования, просочившиеся в масс-медиа, говорили в его пользу.
- То есть неугодные правящей элите к власти не пройдут?
- Получается так. Кстати, такие факты некоторые эксперты и информационные средства подают как доказательство «высокой политической культуры» в США.
- И тут вывернулись?
- С одной стороны, можно рассматривать это и так, но с другой стороны, совершенно ясно, что даже ведущие политические персонажи в этой стране являются деперсонализованными марионетками, винтиками мощной политической машины. Это очень важный факт, который показывает фундаментальное свойство американской политической системы: личность не решает ничего, от него ничего почти не зависит и все находится в руках всесильной «невидимой» элиты, которая и является реальной властью в стране.
- А как же их фильмы, пропагандирующие как раз личность?
- Это только кино для народа, - усмехнулся професор. - Американскому правлению идеально соответствует не только система политических партий, но и выборная система. Вспомним, что президента США формально избирает не народ этой страны. Его избирает т.н. коллегия выборщиков, представляющих отдельные штаты. Хотя эти выборщики обязаны голосовать согласно результатам выборов в их штатах, но теоретически всенародное голосование все равно не является решающим. Не только теоретически, но и на практике, например, в том же 2000 году А. Гор получил больше голосов избирателей, чем его соперник, но победителем все же был объявлен Буш. Но это еще не главное.
- А что главное?
- Вспомним, как происходит сам процесс выбора кандидатов от каждой из двух партий. Это весьма странная процедура, которая, кстати, меняется от выборов к выборам. Партия, точнее ее руководящие органы, составляет график и условия проведения т.н. праймериз, то есть внутрипартийных выборов. Однако эти самые праймериз проходят по сложной, можно сказать, запутанной схеме, разобраться в которой сложно подчас даже политическим комментаторам. Прекрасный пример этого – праймериз к президентским выборам 2008 года, особенно среди демократов. Не только рядовые граждане, но и информационные агентства запутались, кто
же лидирует в этой гонке, кого именно поддерживают большинство делегатов партийного съезда. И не удивительно, учитывая все эти экзотические схемы, разные категории делегатов, различные правила проведения праймериз в разных штатах и пр. В каждом отдельном штате существует три типа внутрипартийных выборов: т.н. caucus, выборы, по результатам которых делегаты распределяются пропорционально полученным голосам и выборы по принципу «победитель получает все». Caucus-ом называется собрание партийных активистов штата, которые голосуют непосредственно за кандидатов. Причем очень часто результаты этих caucus не совпадают с результатами popular vote (голосования зарегистрированных избирателей, а не партийных активистов), если бы они проводились. Крометого, перенос даты праймериз, определенной партийной верхушкой, в том или ином штате приводил к отмене этих выборов, что вносил дополнительную неразбериху в этом процессе. Все это дает широчайшее поле для этой самой верхушки «регулировать» возможные результаты партийных выборов и практически на
любом этапе «отфильтровать» неугодного по тем или иным причинам кандидата.
- Крутая схема, - хмыкнул ведущий. - И чему служит такой «управляемый хаос»?
- Конечно, одной главной цели: провести будущего президента через организованную и контролируемую партийной элитой сложную процедуру «отсеивания», чьи правила также устанавливаются этой верхушкой. Это должно стать важной, но, кстати, не единственнoй гарантией того, что избранный президент никогда не выйдет из-под полного контроля элиты и не пойдет против нее. Кроме внутрипартийных выборов, отсеивание кандидатов и их контроль происходит с помощью финансовых методов, то есть, кому будет перечислено больше денег. Вопреки еще одному распространенному мифу, будто фонды кандидатов пополняют
«стодолларовые» взносы рядовых американцев, на самом деле львиную долю предвыборных финансов обеспечивают крупные корпорации. А они близко связаны с плутократической элитой и, по сути, являются ее продолжением.
- Что получается? Фундаментальное свойство американской политической системы: президент ни в коем случае не должен стать независимой фигурой, не должен «выйти» непосредственно на народ в обход элиты?
- Естественно. Для этого делается все – начиная от непрямых выборов президента, кончая специально усложненными правилами подбора кандидатов. Эти правила не имеют ничего общего с традицией, как кто-то может подумать. Во-первых, сам американский образ жизни не признает традицию, как нечто сакральное и тем более, в прагматичной политике никто не стал бы сохранять архаичные процедуры, не будь в них скрытого смысла. И, во-вторых, сами эти правила почти
каждый раз меняются, что для традиции, конечно же, нехарактерно.
- Однако ребята и мудрят.
- Есть еще одно любопытноe обстоятельство, которое уводит нас от политики или политологии… в мистику, или нечто подобное. Существует легенда, т.н. проклятие Текумсе: якобы в 1813 году вождь индейцев Текумсе проклял всех будущих президентов США, которые будут избраны в «нулевой» год. Год, кончающийся на цифру 0. Согласно этому проклятию, эти президенты трагически завершат свою жизнь на своем посту. И на самом деле, начиная с 1840 года, президентом У. Г. Гаррисоном, который и был виновником смерти Текумсе, 7 из 9 президентов, выбранных в такие годы, скончались во время президентства, в большинстве случаев в результате нападения. Это были Гаррисон, избранный в 1840 г., Линкольн (1860 г.), Гарфилд (1880 г.), Мак-Кинли (1900 г.), Гардинг (1920 г.), Рузвельт (1940 г.), Кеннеди (1960 г.). Избранный в 1980 году Р. Рейган чудом избежал смерти – пуля террориста остановилась в нескольких сантиметрах от сердца. Кстати, недавно избранный президент Обама в инаугурационном слове особо подчеркнул традицию мирной передачи власти в США. Однако, как видим, столько президентов, в том числе объявленный Обамой своим идеалом Линкольн, стали жертвами террористов или умерли на руках у врачей… Среди последних был и упомянутый Гаррисон, который положил начало списку «проклятых» президентов. На смертном одре его последние слова, произнесенные в бреду, были такими: «Сэр, я хочу, чтобы вы поняли истинные принципы правления. Я хочу, чтобы они исполнялись. Я больше ничего не требую». Считается, что эти слова были адресованы вице-президенту Тайлеру.
