Многие помнят русскую народную сказку про девочку Машу, которая угодила к медведю и, только придумав хитрость с пирожками, смогла от него сбежать. Мало кто знает, что в основе этого безобидного сюжета реальная страшная основа. Ещё во времена язычества на Руси был распространён чудовищный обычай жертвоприношения тотему. Действо, когда девушек уводили в лес и оставляли на растерзание зверю, позже стали называть медвежьей свадьбой.
Мифы о медвежьей свадьбе
С древности у многих народов медведь считался священным животным, этот грозный хозяин леса символизировал плодородие. По свидетельствам этнографов, деревенские бабы пролезали между лап дрессированного медведя с надеждой, что этот обряд поможет им в будущем иметь детей. У айнов, орочей и других тунгусо-маньчжурских народов на Дальнем Востоке имеются народные сюжеты о браке с косолапым. У мордвинов есть песня о девице, ставшей женой медведя, у коми – сказания о богатыре Кудым-Оша, который был рождён ведьмой от медвежьего семени. Похожие сюжеты о героях, чьими отцами были медведи, зафиксированы у аварцев и кумыков.
В европейском фольклоре популярен сюжет о медведе, который оказывается оборотнем: это либо принц, родившийся в зверином обличье, либо солдат, зашитый в медвежью шкуру. Обычно он сватается к трём сёстрам, но женится в итоге на младшей, девушке, которая своими добродетельными качествами снимает с него чары. В восточнославянском фольклоре тоже можно найти отголоски древнего мифа о браке с медведем: это некоторые варианты сказки о богатыре Иване-Медвежье ушко, «Медведь и три сестры», «Животные-зятья». Во второй истории, адаптированной А. Н. Толстым, медведь заманивает к себе трёх сестёр, спасаются они, как и Машенька, хитростью с пирожками.
Любопытный факт, этнограф Анна Попова писала, что жители Сибири и Камчатки рассказывали якобы реальные истории о том, как медведи похищали женщин, чтобы сожительствовать с ними. Как в сказках, так и в мифах, такие жёны всегда сбегают от своего мужа-зверя. В древних сказаниях, став супругой божества, девушки либо рожают могущественных героев, либо после побега приносят в своё селение различные умения.
Обычай жертвоприношения
С утратой веры в тотемных животных стал исчезать и обычай жертвоприношения. Распространение христианства влияло на отношение людей к древним обрядам и на фольклор. Русские сказки перестали показывать уважительное отношение к женихам-медведям, а в быту пережитки языческих тотемных практик постепенно забывались. Однако в исключительных случаях крестьяне всё же возвращались к кровавому обычаю и не только в седой древности.
Так, в 1925 году стал известен случай, когда в Карелии в деревне Варишпельде совет отдал медведю девушку. Жители деревни страдали от засилья косолапых, поэтому старосты вспомнили древний обычай и решили «отделаться девкой», выбрав самую пригожую. Настасью нарядили в свадебное платье и силком поволокли в лес. Она отчаянно сопротивлялась, на дороге даже остались две борозды от её ног. Однако мужики всё же притащили её к медвежьему логу и привязали к дереву. Когда они ушли, несчастной невесте удалось освободиться и сбежать в соседнее село. Когда началось расследование этого дела, старики оправдывались тем, что в этих местах исстари так ублажали медведя.
Эту историю под заголовком «Медвежья свадьба» писатель Николай Брыкин опубликовал в газете «Ленинградская правда» (№ 190). Некоторые исследователи сомневаются, что она правдива, поскольку словосочетание «медвежья свадьба» стало на слуху лишь в 20-ых годах. Так называлась мистическая пьеса наркома просвещения Анатолия Луначарского. В 1925 году по ней был снят одноимённый фильм ужасов. Его действие разворачивается в XIX веке в мрачном литовском замке, хозяина которого боятся местные жители. Они считают, что мужчина по ночам превращается в медведя. Картину показали в 25 странах мира, о ней в своих произведениях упоминали Маяковский, Ильф и Петров. Поэтому у учёных есть основания полагать, что Брыкин просто выдумал свой сюжет, опираясь на популярную тему.
Тем не менее этнограф Лев Штернберг считал описанные события реальным фактом, в своей книге «Первобытная религия в свете этнографии» в 1936 году он писал, что «подобные жертвоприношения практикуются до настоящего времени в глухих местах нашей собственной страны». Более современный фольклорист и доктор филологических наук Неонила Кричинская также не сомневалась в том, что до начала XX века «в одной из северно-русских деревень» сохранялся пережиток веры в брак между человеком и животным.
Ещё больше интересных материалов – в нашем Telegram-канале!