«Государь, вступая в брак с невестою, избранною всенародно из всей служилой среды, не мог тем унизить своего царственного достоинства. Напротив он возвышал свою личность, придавая ей общенародное значение, ибо кто же, кроме государя, имел право всенародно избирать себе невесту», — писал историк Иван Забелин.
Грамоты, запрещавшие утаивать «дочерей девок», рассылались по всем городам и поместьям. Сначала девиц рассматривали «на местах», затем доверенные лица царя свозили их в столицу. В первом смотре, устроенном в 1505 году великим князем Иваном III для наследника престола, будущего Василия III, участвовали больше 500 (по другим данным, 1500) девушек.
К третьему браку Ивана Грозного в 1571 году в Александровскую слободу привезли уже две тысячи девиц. Правда, стоит отметить, что царь искал невесту не только себе, но и наследнику, царевичу Ивану. Девушек разместили в большом доме, причём в каждой комнате ночевало по 12 участниц.
Последующие цари несколько уменьшили масштаб мероприятия. Так, царь Алексей Михайлович в 1647 году выбирал невесту лишь из 200 кандидаток.
«Конкурсантки» могли брать с собой подруг-«компаньонок», формально не участвовавших в смотре. Так в 1626 году во дворец попала Евдокия Стрешнева, ставшая в итоге второй женой царя Михаила Фёдоровича.
Как это проходило
В царском дворце участницы смотра тщательно отбирались и освидетельствовались придворными боярынями. Девушек расспрашивали, например, о количестве детей в родительских семьях – это было гарантией плодородия. Как свидетельствовал итальянский епископ Паоло Джовио, во время смотра «самые сокровенные части тела не остаются без подробного рассмотрения».
Но не всегда делом распоряжались сановники. Иван Грозный, например, пожелал лично увидеть каждую из двух тысяч кандидаток. Сидя на стуле, царь разглядывал проходивших перед ним девушек.
Смотр проводился в несколько этапов, на каждом из них часть девушек отсеивалась. В итоге, как правило, царь выбирал из десятка самых пригожих.
Требовалось, чтобы девушка отличалась «ростом, красотой и разумом». Считалось важным, чтобы длина её стопы была не больше, чем у жениха. Из особенностей поведения ценились стыдливость и скромность. Царь Алексей Михайлович, выбирая в 1669-1670 годах вторую жену, предпочитал любоваться на спящих девушек. Перед ним было 60 кандидаток, и чтобы выбрать лучшую, ему пришлось 19 раз обойти опочивальни.
Знаком царской благосклонности было вручение платка и кольца. Ближайшим соперницам победительницы, которые особенно понравились царю, доставались «утешительные призы» – их выдавали замуж за бояр и воевод.
Случалось, однако, что смотр был лишь формальностью. Когда в 1680 году царь Фёдор Алексеевич задумал жениться на Агафье Грушецкой, «для порядка» он выбрал её на смотре.
«Порча» невест
Женитьба царя имела на Руси важнейшее политическое значение. Родственники невесты могли рассчитывать на государевы милости и чин. Ключевое значение для русской истории имел, например, брак Ивана Грозного и Анастасии Романовны Захарьиной-Юрьевой, подготовившей возвышение династии Романовых.
Неудивительно, что «старая» знать стремились сжить со свету участниц смотра невест.
Известна трагическая судьба красавицы Марфы Собакиной, которую Иван Грозный выбрал третьей женой. Вскоре после обручения она тяжело заболела. А после свадьбы прожила всего 15 дней. В супружеские отношения с Иваном она так и не вступила. Возможно, царь небезосновательно считал, что девушку отравили. Он казнил несколько родственников прежних жён, а затем женился на Анне Колтовской, приглянувшейся ему во время того же смотра.
Крайне несчастливым оказалось и сватовство царя Михаила Фёдоровича к коломенской дворянке Марии Хлоповой. Выбранная в 1616 году на смотре в качестве невесты, девушка стала жить в верхних хоромах дворца. По наущению царских родственников Салтыковых против Хлоповой ополчилась мать Михаила, инокиня Марфа. Вскоре недоброжелателям подвернулся удобный случай. Объевшись «сладких ядей», Хлопова получила желудочное расстройство. Салтыковы убедили юного царя, что его невеста долго не проживёт. Хотя Михали был искренне влюблён, он поддался на уговоры, и Хлопову удалили из дворца. Впоследствии, в 1623 году, проведя новое расследование, царь наказал Салтыковых и предпринял ещё одну попытку жениться на Хлоповой. Хотя девушка была вполне здорова, инокиня Марфа наотрез отказалась благословить брак, и царь отступил.
С похожим случаем пришлось столкнуться и следующему царю, Алексею Михайловичу. Выбранная им Евфимия Всеволожская уже была наречена царской невестой, но неожиданно упала перед женихом в обморок. Дело в том, что по приказу боярина-временщика Бориса Морозова слуги слишком туго завязали Евфимии венец на голове. Данный приступ царёвы сановники приписали «падучей болезни», и свадьба в итоге расстроилась.