Не секрет, что в сельских районах Крыма сейчас соперничают два основных класса не занятых на постоянной работе молодых людей: те, кто норовит «почистить» сады и огороды, и те, кто охраняет созревшие в них дары природы. Увы, ушёл в легенды образ старичка-добрячка, сторожившего колхозный сад. Всё вокруг — частное, чьё-то... И это накладывает отпечаток на современную «сторожовку». Именно так называют по всей крымской степи бессонную трудовую деятельность молодёжи. Попробовал побыть в камуфляжной куртке сторожа и я...
Сразу скажу, за ночи, проведённые под звёздным небом или в пелене тумана, захватывающих погонь за расхитителями капиталистической собственности не было. Расхитители были, но всё какие-то пустяшные. А в основном долгие разговоры у костра, ночные шорохи да поздние перекуры.
Сторожили мы огород одного частника: капуста, морковка, столовая свёкла. В поле сторожить одно удовольствие — видно на километры вокруг. Намного сложнее охранять сады и виноградники. Об этом и многом другом рассказал мне Сергей, сторож со стажем.
Он на «сторожовке» с 2000 года, работал и в Бахчисарайском, и в Нижнегорском, и в Советском районах. Его специальности электрика и сварщика в современном селе не особенно востребованы. «Так что не от удовольствия пошёл сторожить», — говорил мне тридцатилетний охранник. Вспоминал он самые первые, самые трудные месяцы этой работы. «В Бахчисарайском районе виноградники охранял. Местные все ходы-выходы знают, лезут безбожно. Виноград-то всегда в цене... Одного злостного и наглого вора, однорукого причём, вычисляли и ловили двое суток».
Все сторожа рассказывали о «своём воре». Они хоть и разные, но обобщающий портрет всё-таки нарисовать можно. Вор ведь тоже специальность. Приходится осваивать и обманную стратегию, множество тактических приёмов и финтов. Все воры сейчас с мобильниками, чтобы чуть что — предупредить подельников. Ну и, конечно, не от хорошей жизни они лезут в сады и огороды. Заняться воровством вынуждает массовое обнищание жителей сёл. Но и у каждого есть своё, сугубо индивидуальное. Одно дело — украсть и продать, чтобы накормить детей или заплатить за газовый баллон или за электричество. И совсем другое, когда на пьянку деньги нужны... В мою бытность сторожем тех и других хватало... Да и сторожа стали уже практическими психологами и научились отделять зёрна от плевел.
Юрию тоже под тридцать. Имеет за плечами неоконченное высшее юридическое образование, прервал учёбу, нечем платить за обучение. Да ещё и семью надо кормить. На охране — с начала лета. Рассказывает: «За лето изучил звёздное небо, почти все созвездия знаю, кроме зимних. Но, думаю, и их застану — вон сколько ещё не убрано». Как юрист говорит о специфике и невольно квалифицирует явления. «Теперь нам бдительность особенно нужна. Одни к нам лезут со слёзными просьбами помочь. А на деле отвлекают внимание от тех, кто уже в поле вовсю шмонает...» А если на чей-то уговор отозваться — себе дороже, из-за доброты можешь лишиться работы.
А все сторожа ею дорожат. У хозяев отработана система проверок, в том числе и провокационных. Поддался — попался. И остался, в лучшем случае, без зарплаты, а в худшем — и без работы. Хоть деньги сторожа получают небольшие, но стабильно. И их хватает в сельской местности и на прокорм семьи, и на оплату коммунальных услуг. А дополнение к заработку — свой огород или сад. Потому у бывалых людей больше ценится ночная «сторожовка»: ночь отстоял, а день — твой. В дневную смену в основном идут несемейные, молодые ребята.
Миша тоже в сторожах недавно. Ходит «в день». «Ночью тоже не очень тяжело, но иногда очень спать хочется», — смущённо улыбается он. Да и веселее днём: то полеводы рядом что-то убирают, то рыбаки на ближайший сбросной канал приезжают. Есть с кем переброситься словом...
Вот так и прошли мои несколько дней и ночей в поле. Условий, ясное дело, никаких. Воду питьевую сторожа из дому привозят, как и незамысловатую сельскую еду. Умыться — сбросной канал рядом, даже искупаться можно. Но уже на второе утро это ощущение экзотики померкло... А ребята сторожат месяцами. Потому что нет другой работы на селе. Либо воровать, либо сторожить...
