Варвара с трудом ноги в туфли всунула, вздохнула, потопталась. Вот, скажи на милость, что старость с человеком делает. Ещё утро, а у неё уже ноги как колотушки. Ей, с её здоровьем, дома бы сидеть, да где там. На её крошечную пенсию не протянешь. Болит, не болит, а на работу надо. Её поить-кормить некому. Одна как перст. Тут она, конечно, душой кривила. Не совсем одна. Дети есть, но им не до матери. Своих проблем выше крыши. Одна, это она ввиду имеет, что нет у неё супруга, опоры на старости лет. Ещё молодыми со своим разбежались. А потом не до романов было. Надо было ребятишек поднимать. Муженек после развода свинтил в дальние дали, да там и затерялся.
Годы были тяжёлые, перестроечные, голодные и холодные. Хвасталась за любую работу где хоть копейку платили. Продукты фасовала, на рынке стояла в жару и лютый холод, вечерами полы мыла. Последнее время, перед пенсией, уборщицей в школе работала. Работы много, а денег шиш да маленько. Как пенсию оформлять стала тут и выяснилось, что получать будет крохи. Стажу лет тридцать, а по записям едва хватило. Работали-то так, без всяких отметок в трудовых. Взяли и ладно. Заартачишься вообще не возьмут. Хорошо работу себе нашла по силе. Сидит себе, как собака в будке, на проходной, шлагбаум поднимает и опускает. Ни встать, ни сесть поудобнее, ни ноги размять. Про прилечь и речи нет. Зато сутки через трое. Вот сегодня как раз её сутки.
Мешок с мусором взяла. Надо по пути на помойку отнести.
Рань ещё. Не рассвело как следует, да ещё день пасмурный. А чего другого ждать? Сентябрь, хотя и не так холодно. Бабье лето тепло вернуло, но это днем.
К бакам подошла, прикинула как лучше пакет пристроить. А то, вон, накидали кругом, ни с одной стороны не подойти. А тут, вообще, целая куча да ещё старым пледом прикрыта.
Хотела край пледа отодвинуть, чтоб ступить ловчее было и чуть не вскрикнула. Плед резко откинулся и на неё мужик уставился.
- Ох, чтоб ты сдох, зараза! Напугал как! Что, тебе места больше не нашлось где спать увалиться?
- Простите, что напугал. Не нашлось. Все подвалы позакрывали.
У вас, красавица, чуть-чуть деньжат не найдётся?
- Не найдётся. Работать иди. Я вот, старуха, и то работаю.
- Рад бы, но не берут. Физиономией не вышел.
- Морду умой и выйдешь. Привыкли с протянутой рукой жить, халявщики.
Мужик вздохнул горестно, посмотрел на неё укоризненно:
- Может и умыл бы, было б где. А вам, добрая женщина, счастья в жизни и здоровья.
Накрылся пледом и затих.
Варвара постояла ещё минутку, рукой махнула, на автобус заторопилась.
Её коллега, Дмитрий Егорович, уже ждал её с нетерпением:
- Где ты ходишь? Опять автобус задержался?
- Не, врать не буду. Сама оплошала. Пропустила по времени. Иди уж, в следующую смену пораньше приеду. Чего нового есть?
- А, чуть не забыл. Мы же теперь не по суткам, а по сменам работать будем.
- Это как?
- День - ночь. Вот как раз с тебя и начнут. Вечером тебя Лешка сменит. Короче, бригадир придёт и все тебе объяснит.
Бестолковый этот Дмитрий Егорович, а ещё хвалился, что раньше начальником работал. Видать, такой начальник был, что теперь вместе с ней в одной будке сидит. Он-то объясняет, что вынужден работать, якобы, дочке помогает ипотеку платить. Да что-то с трудом вериться. Вот Алексей Иванович совсем другое дело. Этот и поговорит по-человечески, и угостит чем-нибудь. То ранеток с дачи привезёт, то кабачок притаранит. У него дача своя. Живёт один. На работу, говорит, от скуки ходит. И вообще он человек порядочный сразу видно. Всегда аккуратный, за разговором следит, словом не обидит. Четвёртого напарника Варвара не знала. Недавно работает, студент на подработке.
Часов в десять прибыл бригадир. Объяснил про новый график.
- А чего вдруг переиначить решили? - Поинтересовалась Варвара.
Интересно - лучше или хуже будет?
- Так хозяин решил.
- А, понятно.
Хотя ничего не понятно. С одной стороны уж очень трудно сутки сидеть. Ни тебе прилечь, ни поесть как следует. Из бытовых приборов только электрочайник и микроволновка. Даже завалящего холодильника нет. И сидьмя сидеть надо сутки. "Все же полегче, наверное, будет. - Решила Варвара. - Ладно, поживём - увидим."
День выдался заполошный. Сегодня, как на зло, страждущих машину оставить было много, места на стоянке не хватало. Приходилось объясняться с недовольными.
Даже не заметила как вечер наступил. Удивилась когда Алексей Иванович в окошко заглянул:
- Открывай, смена пришла.
Как всегда, на полчаса раньше. Обсудили с ним новость с пересменкой и отправилась Варвара домой. Чего уж там говорить, а сменой, пожалуй, лучше будет. Конечно, она устала, но все же не так как после суток. В автобусе сесть мест не было. Пришлось стоять всю дорогу. У неё уже туфли врезались так, что переступить с ноги на ногу было больно.
И все же не утерпела, прошла мимо мусорки. Ей почему-то надо было узнать там мужик или нет.
Палас был на месте. Опять коммунальщики мусор не вывезли. Его вокруг баков скопилось уже как на мусорном полигоне. К куче подошла, кашлянула. Тишина. Ногой палас пошевелила. Край откинулся:
- А, это вы? Что-то надо?
Сама не знает зачем ему сказала:
- Пошли. Хоть накормлю тебя.
Мужик из логова вылез, сумки и палас прихватил.
- Зря добро собираешь. Я же тебя не на квартиру зову.
- Может в подъезде оставите? Холодрыга ночью, замерзну к утру точно.
- Ага, чтоб потом меня соседи съели? Что совсем приткинуться некуда.?
- Совсем.
Перед подъездом оглянулась, дверь быстро открыла:
- Сюда иди.
Распахнула дверцу колясочной. На счастье там ничего не стояло кроме ящиков.
- Сиди здесь тихо. Сейчас еду принесу. Учти, выпивки нету.
- И не надо. Не пью я.
В квартиру зашла, быстро в плошку картошки с мясом положила, в микроволновку поставила. Сала, колбасы, хлеба нарезала несколько кусков, пару огурцов добавила. Все в пакет столкала и крадучись на площадку вышла. В подъезде стояла тишина. Дверцу колясочной распахнула. Мужик сидел прижавшись к батарее. Его просто колотило.
- Ешь пока. Сейчас чай принесу. Чего тебя так колотит? Намерзся?
- Н- н-наверное, зуб на зуб не попадает.
Спустилась с чаем к нему.
- На, вот, таблетки выпей. Все полегче будет.
Мужик послушно таблетки проглотил, кружку с чаем руками обхватил, пару глотков сделал и замер
- Чего, совсем плохо? - Всполошилась Варвара.
- Не, хорошо.
- А, ну пей тогда. Сейчас посмотрю чего тебе подстелить. Ты пока ящики составь чтоб не на полу спать.
Вернулась со старым одеялом и подушкой. Ещё пальто, что на выброс приготовила, захватила.
- Устраивайся и потише. На двор захочешь, кирпичом дверь подопри и выйди. В подъезде не гадь. Точно выкинут.
- Спасибо вам.
- Чего уж там, спи. Может до утра никто не тронет.
Только свою дверь захлопнула, как шарахнула подъездная дверь. По лестнице неровные шаги затопали. Ясно, Володька, бабы Нины внук явился. Здоровый бугай, обалдуй и хамло. Весь подъезд в страхе держит. Хоть бы ему мужик на глаза не попался. Даже перекрестилась. Этот запросто не то, что побить, а пришибить может.
До утра спала в пол глаза. Все к шумам в подъезде прислушивалась. Кажется пронесло.
На часы посмотрела. Седьмой час. Скоро народ на работу пойдёт. Надо мужику сказать чтоб временно вышел. Не дай Бог на кого нарвется.
Спустилась потихоньку, дверку колясочной приоткрыла:
- Эй, ты там? Живой?
Ни звука. Помер что ли? С опаской к нему наклонилась, а от мужика жар как от печки. Домой прибежала, за голову схватилась: ой, чего я натворила! Что теперь делать? А вдруг помрёт? Меня же соседи всем подъездом съедят. Догадаются, сразу догадаются. Пальто-то моё, все знают. И мужика жалко.
Ещё повздыхала и начала в скорую звонить. Еле дотолковалась. Пообещала, что у подъезда ждать будет. А, чего уж там, семь бед - один ответ. Человек же он, не скотина.
Оделась кое-как, к подъезду вышла. Первой Любочка выбежала, квартирантка из сороковой квартиры.
- Здравствуйте, тётя Варя! Что, на работу?
- Не, Любочка, скорую жду.
- Заболел кто? Вы же, вроде, одна живёте?
- Заболел. На свою пятую точку приключения себе нашла.
Продолжение тут.