Вот уже несколько месяцев Дан непрерывно следил за планетой. Как медленно, но верно Земля начинала разогреваться, растаявший снег и лёд вместе с водой унёс сконцентрированную атмосферную грязь, начали образовываться циклоны, появились облака, а с ними и осадки. Земля оживала. Пока ещё не видно было, есть ли хоть что-то живое на ней, но явно у них получилось. Двойняшки уже неотступно везде следовали за ним на окрепших ногах, пытались что-то делать или повторять какие-то слова. Между собой они говорили на каком-то своём, не понятном языке.
Эви здесь, в лаборатории почти не появлялась. Дан её видел или спящей или готовящей еду для мужчин. В этот раз беременность шла немного не так и поэтому Эви больше времени отдыхала. И хотя она не забросила свою работу по воспроизведению новых растений, но уделяла ей не очень много времени.
Близился час нового рождения. И также близилось время, когда уже можно было планировать возвращение в их Эдем. Все расчёты показывали, что атмосферные и температурные показатели уже должны быть приближаться к до катастрофичным. Дан каждый день различными средствами, обыскивал поверхность на предмет возможного пребывания там людей. Но ни огонька на тёмной стороне, ни дыма, ни тем более радиосигналов он на поверхности не замечал. Он утешал себя мыслью, что с его мизерными возможностями не возможно не только достаточно подробно, но даже поверхностно обшарить всю поверхность.
И, тем не менее, он надеялся хоть кого-нибудь найти, чтобы не оставаться одним на всей планете.
Эви чувствовала себя не очень хорошо. Она постоянно повторяла:
– Двух мальчишек родила легко. Но если всех девочек так рожать, то больше с меня родов хватит.
Дан как мог её успокаивал, но отлично понимал, что лучшая помощница Эви – это она сама. И как женщина, и как специалист по живым организмам теперь уже исчезнувшей цивилизации.
Он старался по максимуму отвлекать сыновей от матери, играть сними или учить их каким-нибудь не сложным занятиям. Парни схватывали всё налету, даже порой достаточно сложные вещи, но всё равно были ещё маленькими и требовали материнского внимания.
И вот в один из таких обычных дней, когда он с мальчиками рассматривали поверхность Земли, на какую то долю секунды на поверхности промелькнул какой-то отблеск. Можно было подумать, что просто показалось, но мальчишки тоже указывали на экран, говоря, что то типа «блестит». Это могло быть на отражение от поверхности воды, но до ближайшего моря было большое расстояние, а рек в округе он так и не нашёл.
Дан засёк координаты этой точки и теперь, когда не искал в других местах, ставил автомат на поиск чего-то необычного в небольшом радиусе от этого места.
Конечно, была обследована и область, где они с Эви когда-то уединились до взлёта. Но там, судя по снимкам, всё было разрушено. А восстановить всё снова с таким малым количеством микро автоматов, трудоспособности которых теперь хватало только на текущие нужды, было не возможно. Мини завод по производству микро автоматов был остановлен из-за поломки и отсутствия энергии, и его восстановление было под вопросом. Но ещё хуже было отсутствие информационных библиотек для производства. А без них микро автоматы – это просто никому не нужный песок. Имелась только небольшая библиотечка по ремонту спутникового оборудования, которая теперь уже никому не пригодиться и совсем немного программ для домашнего использования. И это было всё.
Ближайшая перспектива была пока не самой радужной.
***
Время шло. Оно приближалось к тому моменту, когда Дан станет отцом во второй раз. Он уже практически забросил все дела, так как уже давно всё было готово к спуску. Только периодически осматривал результаты сканирования поверхности планеты на предмет обнаружения какой-либо технической активности или присутствия людей. Но и тут результаты были не обнадёживающими. Это было просто поразительно и грустно. Как такая развитая цивилизация всего из-за небольшого небесного явления канула в небытие.
Единственное, что радовало, так это постепенно проясняющаяся атмосфера. Было видно, что погода нормализуется. Температура на планете постепенно приходила в норму. Кое-где начали появляться зелёные пятна. Видимо растительность смогла восстановиться после планетарной катастрофы. Чего не скажешь про цивилизацию.
Дан практически постоянно проводил время или с Эви или с мальчиками, стараясь их отвлечь от матери и постепенно приучая их к различным домашним делам, а также к каким-то первоначальным обучающимся навыкам. Мальчишки схватывали всё на лету, но частенько, конкурируя между собой за внимание отца, ссорились. Дан пытался объяснить бессмысленность этих ссор и обид друг на друга, но по молодости лет они не особо понимали его увещевания.
Эви чувствовала себя плохо, но крепилась, ободряя себя надеждой на небольшое оставшееся время до родов. Дан конечно как мог, пытался помогать, но видимо это лечится только временем.
И это время настало.
Если с мальчишками это действительно прошло как-то легко, хотя и было в первые, но сейчас Дан нервничал наверно не меньше Эви. В конце концов, когда уже было точно понятно, что всё началось, он запер мальчишек в лаборатории, наказав им внимательно смотреть на экраны и искать огоньки, как в прошлый раз. А за одно и натащив им разной еды, чтобы парни могли поесть без него, если вдруг это затянется надолго. А судя по всему, такая вероятность была.
Как только он вернулся в каюту к жене, понял, что процесс начался. Эви, в промежутках между схватками, когда была в более-менее адекватном состоянии, проговаривала, что он должен делать в следующее время. Он что-то подносил, уносил, вкалывал, подкладывал, поддерживал, повторял за ней или делал наоборот. За этими ежесекундными делами, даже несмотря на большое кровотечение, которого он никогда в жизни не видел и очень надеялся, что не увидит, Дан как-то забыл про свои прежние переживания и страхи. Они отошли куда-то на задний план. Самое главное сейчас было счастливое родоразрешение.
И когда уже они с Эви были измотаны полностью, падали от усталости, перемазанные кровью, когда уже неизвестное количество времени слышался стук из лаборатории, когда закончился весь приготовленный медицинский материал, и ещё много чего закончилось, их девочка решила выйти на свет, огласив каюту громким криком.
Эви из последних сил прижала её к груди, и та, учуяв молочный запах, сразу же присосалась, громко причмокивая. Эви отключилась. Но Дану ещё этого делать было нельзя. Немного смыв с себя кровь, чтобы парни не перепугались, он пошёл в лабораторию. Открыв дверь, он услышал непрерывный шум перебивающих друг друга двойняшек, которые пытались громко рассказать ему какую-то новость. Ни какого желания что-то рассматривать именно сейчас, тем более что Эви нужно было дальше помогать, у него не было. Дан всё-таки взглянул на экраны и понял, что с поверхности, в том месте, где им показалась на мгновение яркая вспышка, теперь постоянно шёл световой сигнал и судя по его структуре – это был сигнал бедствия.
Дан сделал восхищённое лицо и со всем возможным энтузиазмом похвалил близнецов. Возможно, это был слабый энтузиазм, но парни были довольны и когда Дан сказал, чтобы они продолжали поиски, а он пойдёт помогать маме, они с огромным удовольствием снова прильнули к экранам.
Новоиспечённый отец незаметно выскользнул из лаборатории и закрыл дверь. Вернувшись в родовую каюту, он увидел следующую картину. Девушки спали. Одна, бледная, почти белая, спала мёртвым сном. Только изредка её утяжелённая грудь поднималась при дыхании. Вторая же счастливо причмокивала, уместившись на груди.
Дан осторожно, чтобы не разбудить дочку, взял её с жены и, закутав, унёс в другую каюту. После этого он попытался разбудить Эви. Та неохотно с трудом проснулась и невидящим взглядом несколько секунд смотрела на мужа. Потом взгляд стал более менее осмысленным и она спросила, что ещё надо.
Дан ответил, что нужно что-то ещё сделать. Эви мучительно напряглась и снова закричала. Но это был уже конец.