Недавно в России проведена уникальная операция — аортокоронарное шунтирование с помощью робота-хирурга Да Винчи. Врач, проводивший эту операцию, рассказал aif.ru о новых прорывах в кардиохирургии. И они впечатляют.
Мы беседовали о так называемой большой хирургии — не установке стентов в сосуды, так популярной сегодня, а о сшивании сосудов сердца, протезировании аорты, манипуляциях на клапанах сердца.
Большая хирургия без больших разрезов и травм
Но вся эта большая хирургия производится малоинвазивными методами или даже с помощью роботической хирургии. Такие операции необходимы потому, что всегда есть пациенты, которым не может помочь эндоваскулярная хирургия, при которой стенты и клапаны устанавливают через сосуды с помощью катетеров. Как это делают и зачем это нужно, рассказывает Роман Николаевич.
— Развитие малоинвазивной хирургии сердца — тренд нашего времени, — говорит aif.ru доктор медицинских наук, профессор, кардиохирург, директор клиники сердечно-сосудистой хирургии Сеченовского университета Роман Комаров. — Представьте себе классическую операцию аортокоронарного шунтирования (АКШ), которую проводят на открытом сердце. Для неё необходим большой разрез, длиной 25-30 см, и распил грудины — чтобы обнажить сердце. Все это очень травматично.
Этому есть альтернатива — малоинвазивная операция. Вместо большого разреза и распила грудины мы проводим ее через межреберные промежутки. Травма минимальная, каркас грудной клетки сохраняется, грудину пилить не нужно. Это радикально влияет на реабилитацию. После обычной АКШ пациент восстанавливается 3 месяца, а после малоинвазивной операции — 2 недели. Это благо для больного.
— Много ли таких операций делается сегодня?
— К сожалению, мало. Всего в стране производят в год 35-40 тысяч АКШ, а на малоинвазивные из них приходится менее 1%. Мы 10 лет пропагандируем такую хирургию, проводим мастер-классы, специально создали Российское общество малоинвазивных сердечно-сосудистых хирургов, его возглавляет академик А. Ш. Ревишвили. По сути, такие операции остаются единичными, очень мало мест, где их делают. Почему? Они достаточно сложны, это такая хирургическая «акробатика». Хирург работает в очень ограниченном пространстве.
Семь степеней свободы движений вместо трех
— Какие преимущества роботическая хирургия имеет в этом плане?
— С помощью робота-хирурга это можно делать лучше. Если в обычной малоинвазивной хирургии мы манипулируем, используя три степени свободы, то в роботической их семь. Это огромная разница.
Изначально робот-хирург создавался для использования в урологии, при операциях на простате, когда хирургу приходится работать в очень узком пространстве. Но постепенно с его помощью стали оперировать желудок, кишечник, дошла очередь и до хирургии органов грудной клетки.
Мы долго готовились к таким операциям, несколько лет.
— Ваша операция АКШ — первый такой опыт с Да Винчи?
— Нет, первая операция была по протезированию брюшной аорты. И кстати, АКШ мы на роботе сделали уже порядка 10 раз. Первый опыт был в начале лета, а сейчас в клинике практически поставили ее на поток — оперируем каждую неделю. Широко и масштабно этим нигде, к сожалению, не занимаются. В ближайших планах — проведение роботической операции на клапанах сердца.
Роботическая хиругия — новая реальность для врача
— Я понял, что эти операции гораздо менее травматичны для пациента. Но вот приходится ли при них останавливать сердце и потом снова заводить его. Ведь большинство АКШ проводятся именно так. Я помню, что когда такую операцию делали Борису Ельцину, то специально сообщали, что оперировавший его академик Ренат Акчурин может сшивать сосуды, не останавливая сердце.
— Таких хирургов очень мало. Мы в 90% случаев при малоинвазивных операциях сердце не отключаем. При роботических АКШ — тоже. Но при операциях на грудной аорте остановка сердца необходима.
— Вы сказали, что при роботической хирургии есть 7 степеней свободы движений вместо трех, обычных для нас. Это же какая-то новая реальность для человека?
— Можно сказать и так. Это требует несколько другой ментальности. Мы проводим много мастер-классов для хирургов, но не все готовы перестроить свою работу на такие операции. В определенном смысле для хирурга это выход из зоны комфорта. Это очень трудоемко. Но одновременно это и вершина в мире хирургии. Она позволяет очень многое и делает операции гораздо безопаснее, осложнений намного меньше, а реабилитация проходит быстрее и легче.
Больше срочных и эксклюзивных новостей — в телеграм-канале АиФ