Ельцинский геноцид оказался изощренным. В начале 90-х годов были обесценены все сберегательные вклады российских граждан, что ощутимо ударило по способности людей к выживанию. Самыми обездоленными в этой ситуации оказались пенсионеры, «носители советской идеологии», как их назвали современные реформаторы, полагавшие, что чем больше «носителей» вымрет, тем быстрее пойдут реформы.
Следом за обесцениванием вкладов в стране в массовом порядке останавливалось производство, перестали выплачивать заработную плату, пенсии. Дефицит продовольственных и промышленных товаров тоже не заставил себя долго ждать, медицинское обслуживание скатилось на недопустимо низкий уровень. Не хватало лекарств, даже постельных принадлежностей в больницах. Это породило массовое отчаяние, безысходность, психологическую и нравственную неустойчивость.
Самоубийства от невозможности выжить захлестнули страну. Молодые матери вместе с детьми выбрасывались с балконов высотных зданий. Ежегодно из-за унижений и отчаяния в Вооруженных Силах РФ более 400 офицеров пускали пулю себе в лоб. Нищие и бездомные взрослые и дети заполонили города и села. Женское тело стало расхожим товаром как в стране, так и на вывоз за рубеж.
Нация такого позора не испытывала, пожалуй, со времен монгольского ига. Но тогда страну разрушали и грабили внешние враги, сегодня — внутренние силы. И как следствие этого: начиная с 1992 года смертность среди населения страны превысила рождаемость. Реформы унесли миллионы жизней соотечественников.
К этому необходимо добавить 100–120 тысяч граждан, погибших на Северном Кавказе в гражданской войне, начавшейся в 1994 году и продолжающейся по сей день. Сложно было ждать от нового президента проявления инициативы в расследовании и уголовно-правовой оценке содеянного ельцинским режимом. Но политическое осуждение, политическую оценку он мог бы дать. Не произошло и этого, а Ельцин и его семья получили из рук наследника не только неприкосновенность, но и огромные материальные льготы и блага. Думаю, что уже только этим В. Путин нанес огромный ущерб значимости своего правления в истории России.
По подсчетам специалистов, ельцинский геноцид унес жизней не меньше, чем коллективизация и репрессии.
«Деколлективизация» 90-х обошлась почти в ту же «цену», что и коллективизация, голод и репрессии 30-х! «Цена» политико-экономического курса 30-х годов столь же страшна.
Генерал Де Голль оставил французам достойную страну. Управляющий государством из кресла-коляски Франклин Делано Рузвельт превратил скопище безработного отребья в нацию американцев, которые ныне стараниями вчерашнего алкоголика Буша вновь стали америкосами. Сталин, посопев в усы, выбил из страны как из ковра вековую дурь, и она вспомнила, наконец, как ее зовут, и закатала Гитлера катком в пол асфальтированной Европы.
Что оставил нашей стране этот седой одышливый старик, которого до сих пор полагается именовать первым президентом? Рассыпавшуюся как карточный домик страну, развалившуюся экономику, науку без ученых, культуру без культуры и государственную власть без авторитета. А еще наглых богачей, и миллионы крестов на могилах «голосовавших сердцем».
Говорят, что не на что тут пенять: правил Ельцин как умел, вот и получилась в результате, по выражению самого ЕН, «вот такая загогулина». Пожалуй, лучшее, что сделал в своей жизни Ельцин – это то, что он вовремя, без обид и истерик ушел, передав страну тем, у кого получается лучше. Что ж, спасибо ему хоть за это. Хотя вряд ли можно представить нормального человека, который благодарит насильника, надругавшегося над его матерью.
Ельцинское правление — это система разрушений основ государственности, постоянное отступление от законов, их циничное попрание.
Симптомы прошлого дают о себе знать постоянно, их можно наблюдать и в ликвидации российских военных баз на Кубе и во Вьетнаме, и в уничтожении нашей космической станции, и в передаче Китаю отечественных островов на Амуре.
База на Кубе имела для России исключительно важное значение. Благодаря ей мы обладали достаточно обширной, в том числе и разведывательной, информацией о многих событиях, происходящих в Западном полушарии. Одно это компенсировало наши затраты по ее содержанию. Она обеспечивала надежную связь с российскими дипломатическими представительствами на американских континентах. Ее потерю трудно восполнить чем-то другим, даже группой наших спутников на орбите.
Невиданных размеров достигло нравственное разложение общества. Оно все больше обнажает свои низменные чувства и инстинкты. И это явление тоже закономерно, коли мерилом человеческих ценностей власть навязала денежный мешок, а главным принципом жизни — обогащение любыми средствами.
«Я не считаю Ельцина плохим или злым человеком. Но он спутал два понятия: тщеславие и достоинство. Достоинство не терпит лести, а тщеславие лестью питается. В результате власть в стране перешла к тем банальным льстецам, которые просто научились пользоваться президентом как неким инструментом для своего казнокрадства. Хотя самого Ельцина лично я не могу представить себе на Поклонной горе в смиренном поклоне с ключами от России. Но я могу представить себе, как это делает любой из его былого окружения. Причем не просто подносит ключи, а еще и оправдывает свой поступок: дескать, Бонапарт поможет нам прямо от крепостного права перейти к рынку, к реформам, и при нем в Россию потекут настоящие инвестиции. Благодаря нашим демократам слово «инвестиция» стало важнее достоинства» (М. Задорнов).