Француз в пяти сетах уступил Андрею Рублеву – 6:4, 7:5, 1:6, 2:6, 2:6.
В среду в Нью-Йорке была высокая влажность и температура около +35.
«На нас дул свежий воздух из трубы, но этого было недостаточно. При смене сторон я каждый раз брал пакет со льдом и полотенце, которое я клал на шею. Мне кажется, я выпил 15 литровых бутылок воды. Я ел все, что мог, но на жаре очень тяжело есть. Это было экстремально. У меня забились руки, все бицепсы и трицепсы.
Жду дня, когда с кем-то произойдет несчастный случай. На корте мы все цепные псы, потому что не можем прекратить борьбу. Мы не думаем, а просто делаем, даже если там четыре тысячи градусов и это опасно.
В этом году мячи гораздо медленнее, поэтому розыгрыши стали дольше и матчи тоже. А время между розыгрышами все сокращается и сокращается. Даниил [Медведев] однажды сказал, что кто-нибудь умрет на корте. Не знаю насчет смерти, но что-то точно случится.
Было очень тяжело. На трибунах кто-то упал в обморок, из-за этого был перерыв в 10 минут. Не знаю, почему только один. Но судья на вышке нас очень понимал, разрешил еще один перерыв и разумно относился к таймеру между розыгрышами. Судьи не всегда такие мягкие.
Я решил получить предупреждение за затяжку времени, потому что у меня не было больше сил – но я не думаю, что они были у [Рублева]. Это было разумно, учитывая, что матч длился 4:15».
