Приземления, как такового Паулина не помнила. Вспышки сознания давали разорванное представление о том, как ее корабль качественно вспахал несколько гектар. Сознание Паулины стало обретать четкость в то мгновенье, как Хаш первый раз лизнул ее лицо. Да, тут тебе и мысли о Боге вокруг нас и о судьбе, да и вообще наличие мысли как таковой дали Паулине почувствовать себя живой:“Прекрасно я жива.” Пролежав неподвижно около часа, Паулина накопила сил и выбралась из корабля. Ее взгляду открылись бескрайние степные, розово-фиолетовый просторы Нариды. Сухой воздух, острый ветер и тоска. Да не особо радостный пейзаж, но Паулина была к этому готова. Она уже здесь бывала. В первые минуты своего крушения Паулина осмотрела себя и поняла, что травм у неё нет. Всё это благодаря капсуле в которой и располагалась кабина пилота. Её повредить было сложно. Взяв НАЗ, она положила его в минимизатор который из сумки превратила в рюкзак. Достала из под панели управления небольшой бластер. И вышла из