— Если не хотите продавать квартиру, то отдавайте комнату! — на повышенных тонах говорила красивая рыжеволосая девушка, хмуро смотря на пожилую женщину, — мы тоже хотим проводить время с друзьями, смотреть телевизор и просто отдыхать! Чем я или ваш сын хуже Алины?!
Валентина Сергеевна в ответ промолчала, и укоризненно посмотрела на невестку. Данный разговор был не в первый раз. И все больше и больше нервировал пенсионерку, так как невестка, Злата, не хотела даже слышать аргументов своей свекрови.
— Злата, — устало начала в сотый раз Валентина Сергеевна, — я тебе уже много раз говорила: квартира приватизирована на всех! И если ее продавать даже вам с Сережей, на простую однокомнатную на окраине города не хватит!
— Не переживайте, доплатим. У меня есть свои накопления, плюс мы с Сережей работаем и получаем неплохую зарплату. Можем взять ипотеку, и купить хорошую квартиру. Даже вам можем помочь купить небольшой домик в деревне или квартиру в спальном районе.
— А как же Алина? — горько спросила пенсионерка, виновато отводя глаза от невестки, — ведь она получает мало, и ее зарплаты на ипотеку не хватит. Да и вообще могут не одобрить при запросе!
— Валентина Сергеевна, — сурово и резко начала Злата, уперев руки в бока и чуть склонив голову на бок, — я многое могу понять: Алина ваша дочь, вы переживаете, как она устроится и все такое. Но она – взрослый и самостоятельный человек. Захочет хорошее жилье – найдет себе достойную работу или подработку с прекрасной оплатой! Или мужика, который поможет в этом вопросе. Сидеть на шее матери в двадцать шесть лет – это выше моего понимания!
— Да как ты можешь так говорить?! — искренне возмутилась собеседница, — Не тебе судить мою дочь! Как захочет выйти замуж – так и выйдет! А насчет работы, тоже не твоего ума дело. Алина – умница и работяга, скоро у нее все наладится.
— Угу, конечно, — язвительно протянула Злата. Потом устало выдохнула и опустила руки, — Только вот скажите, в чем я не права, раз ваша дочь даже накоплений не имеет?
После этого вопроса Валентина Сергеевна замолчала. Она понимала, что невестка права в некоторых моментах: и что хочет жить отдельно со своим мужем, и что Алине лучше бы тоже жить отдельно, чтобы научиться самостоятельно решать все вопросы. Но вот признавать, да и терять квартиру, которую она и ее муж, Трофим Владимирович, заработали своим трудом, не хотелось.
Злата давно ушла в их комнату с Сергеем, готовиться к приходу гостей, которые приходили, чуть ли не каждый вечер. Это вызывало головную боль у пенсионерки и частые истерики у Алины. Ведь это могло плохо сказаться на ее репутации, что сильно усложнит поиск супруга.
И вот теперь, Алина, зайдя в комнату к матери сразу горько заплакала.
— Мама, они опять устраивают какое – то сборище, — всхлипывая проговорила девушка, вытирая слезы, и в упор не обращая внимания на плохое состояние своей матери, — Поговори ты с ними. Может они тебя услышат и прекратят так делать! Меня же скоро соседи будут называть дебоширкой. А из-за этого все хорошие кандидаты в мужья разбегутся, даже не смотря на мои старания.
Валентина Сергеевна только отрицательно покачала головой. Говорила она уже ни один раз на по данному вопросу со своим сыном и невесткой. Только в ответ получала насмешку и предупреждение, что делать они будут, что хотят. Не нравится – давайте делить квартиру и жить каждый своей жизнью. Алину же Валентина Сергеевна не ограничивает в походах по клубам и прочим заведениям, чтобы любимая доченька имела возможность отыскать свою вторую половинку? Так почему они, Злата и Сергей, не могут пригласить к себе нескольких друзей, чтобы просто пообщаться и посмотреть кино?!
— Мама, — окликнула пенсионерку Алина, которая уже успела вытереть слезы, — Ты же, как второй собственник имеешь право надавить на них через суд. Запрети им. Они же и тебе мешают.
— А самой поговорить – сил нет? — ехидно раздалось от двери. Там стоял Сергей. Укоризненно посмотрев на свою сестру, он перевел взгляд на мать, — Привет. Злата говорила, что вы опять обсуждали тему дележки квартиры…
— Сергей, я тебе говорила: продавать квартиру, которую заработала вместе с твоим отцом, не буду, — категорично заявила Валентина Сергеевна, скрестив руки на груди. Но она уже понимала, что ее слова для сына, невестки и даже для ее дочери – пустой звук. Ее не слышали, да и не хотели слышать. Она стала просто живым и бесполезным приложением к квартире. — Переезжать в деревню тоже не планирую. У меня там ни друзей, ни знакомых, ни работы! Как я там жить – то буду?
— Мама, — тихо и максимально спокойно начал Сергей, садясь напротив матери, — подумай хорошенько: здесь квартира и высокие цены, которые тебя с каждым годом будут вынуждать все больше и больше переживать. Ведь пенсия маленькая. В деревне – более чистый воздух, спокойные люди и низкие цены в небольшом магазине. Да, может быть, там не такой огромный выбор продуктов, как в городе, но зато и цены ниже, и все свежее.
— Сын, — устало начала пенсионерка, прикрыв глаза, — на что я там жить – то буду? Мне здесь пенсии не хватает, приходится работать. А там как? Впроголодь жить? Да и вы со Златой и Алиной вряд ли ко мне на помощь часто приезжать будете. Или я не права?
И тут даже ее любимица Алина смущено отвела взгляд. В душе Валентины Сергеевны поднялась горечь. Ведь она столько сил, времени и души вложила в своих детей, стараясь дать им все самое лучшее, стараясь вывести их в люди и, чтобы они смогли жить, ни в чем себе не отказывая, не зная ту нужду и голод, который пережила она и ее муж в юности и в начале их совместной жизни. Она просто хотела тихого семейного счастья для себя и своих детей. Хотела встретить старость с любимым мужем в заработанной квартире, а не спорить с детьми насчет собственного права проживания в ней.
Молчание затягивалось. Никто из детей не хотел брать на себя лишнюю ответственность. И от того на душе несчастной пенсионерки становилось только хуже.
— Сереж, Алина, — тихо позвала Валентина Сергеевна, и когда дети подняли на нее глаза, женщина с трудом заставила себя задать самый сложный вопрос, — почему мое присутствие в квартире вас так сильно обременяет? Ведь когда был жив ваш отец, вы ни слова про раздел или продажу квартиры не говорили. Ни разу.
— Трофим Владимирович хотел нам помочь с жильем, каждому, — вмешалась Злата, осторожно заходя в комнату и кладя руку на плечо своего супруга, — тогда именно он поставил вопрос ребром: или мы живем с вами и активно копим деньги на собственное жилье, не претендуя на вашу квартиру, или Трофим Владимирович обменивает вашу трехкомнатную квартиру, переезжает жить с вами и Алиной в другое жилье, а нам достается иная квартира.
— Не было такого! — хором вскрикнули Алина и Валентина Сергеевна. Потом они между собой переглянулись, и пенсионерка взяла слово, — не было такого, Злата. Не ври. Мой муж не мог на такое пойти. Он тоже хотел встретить старость в своей квартире, а не где – то в деревне, откуда с таким трудом выбрался в свое время!
— Так вы сами тогда не стали слушать предложения Трофима Владимировича, — пожала плечами Злата, ни капельки не обидевшись на обвинения со стороны свекрови. — Ведь он вам сам начал предлагать варианты хороших загородных домов, где можно жить не хуже, чем в квартире и спокойно работать. Вы сами тогда воспротивились, сказав, что «в деревне Алиночке сложно будет отыскать себе нормального и обеспеченного мужа и работу». Вы тогда сами настаивали, что все мирно будем жить под одной крышей. И поэтому квартиру продавать не придется.
Валентина Сергеевна только сурово поджала губы. Да, такой разговор у нее с мужем был незадолго до его смерти. Но она действительно не думала, что так повернется история с ее невесткой и сыном.
— Поэтому, Валентина Сергеевна, — продолжила Злата, отметив, что до свекрови дошел смысл ее слов, и она вспомнила все события. — У вас выбор: или продавать квартиру, деля деньги на всех. И здесь мы с мужем готовы даже вложиться, чтобы у вас было хорошее, добротное жилье или в городе, или в деревне – на ваш выбор. Даже не будет претендовать на него, чтобы вы его завещали кому – то из нас или своему внуку. Или мы продолжаем жить так, как сейчас. Вам придется мириться с неудобствами по поводу наших гостей, а нам – научиться планировать свою жизнь с учетом будущего ребенка в таком тесном пространстве и возможном вмешательстве в нашу жизнь с вашей стороны.
— Но это не ваша квартира! — неожиданно закричала Алина, даже ногой топнув от переизбытка эмоций. — Это квартира мамы и отца! Здесь ты, Злата, не имеешь никаких прав! Поэтому, вместо того, чтобы распоряжаться, как вам с Сергеем здесь жить, может, подумаете насчет того, чтобы съехать? Тогда вам будет и простор, и свобода действий, и не нужно будет беспокоиться о вмешательстве родственников.
— А ты сюда своих хахалей водить будешь? — насмешливо уточнила Злата, смотря на Алину. — Думаешь никому не известно, что ты привлекаешь ухажеров только тем, что потенциальная наследница большой жилплощади почти в центре города? А что если мы съедим, то здесь через пару тройку дней или неделю появится твой жених, и будет требовать от твоей матери того же самого, что и я? Или даже хуже: переписать квартиру на тебя и него.
— Алина, это правда? — ошарашено уточнила Валентина Сергеевна, не ожидав услышать такую историю. Ведь она была твердо уверена, что ее милую и добрую девочку просто никто не ценит, потому и не зовут замуж. А тут такое… — Неужели у тебя есть жених и ты молчала? Или, действительно, ждала, когда твой брат с женой уедут?
— А куда я его приведу? — не стала отпираться или делать непонимающий вид Алина. — Как только он придет, то сразу поймет, что мне ничего здесь не принадлежит. Что я простая бесприданница, которая ищет мужа ради улучшения своих жилищных условий. А так как брат – мужик с хорошей зарплатой, то пусть он свою жену с будущим ребенком сам обеспечит жильем. Что ему здесь жить?
Валентина Сергеевна только головой покачала. Злата посмотрела на свекровь и жестом попросила мужа и Алину выйти из комнаты.
— Подумайте над моими словами, — только и сказала невестка, аккуратно закрыв дверь.
Пожилая женщина осталась одна в тишине, наблюдая за окном закат солнца. На город опускалась ночь. А на душе пенсионерки царила пустота и горечь. Она ведь просто хотела, чтобы ее дети были с ней рядом, когда она постареет. Она ничего от них не ждала и не требовала: активно работала даже после пенсии, не требуя с детей денег на свое содержание, сильно не ругала и не спорила с детьми по поводу их личной жизни, работы и прочего. Как так получилось, что в итоге детям, ее кровиночкам, которых она так бережно вырастила и все отдавала, нужна только ее квартира? Как получилось, что она сама для них – просто досадное препятствие, которое хотят поскорее убрать с глаз долой, чтобы не мучиться? В чем она ошиблась при воспитании, что ее даже не слушают, не слышат и не собираются прислушиваться к ее словам?
Ведь она просто хотела мирной, спокойно жизни после долгих лет лишений. А тут ее практически выгоняют на улицу сын и невестка. Ведь в деревне пенсионерка не проживет – силы не те, а помогать никто не будет. Даже любимая Алина.
Ещё больше историй здесь.
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.