Пророчество безумия
Этот фильм выдающегося режиссера Дэвида Кроненберга стал первым его по-настоящему крупным проектом, после которого за ним закрепилась слава мастера, создающего оригинальное авторское кино. Во второй половине 60-х канадец снял ряд короткометражек, затем - четыре полнометражных картины, которые обычно относят к жанру ужасов. «Судороги», «Бешеная», «Выводок» и «Сканнеры» изобиловали натуралистическими кровавыми сценами, которые у многих зрителей вызывали лишь отвращение. Однако фильмы были сняты талантливо и оригинально, и наряду с недовольными появилось большое количество почитателей его творчества. Стоит отметить, что в «Видеодроме» Кроненберг широко использовал спецэффекты и грим, многие сцены получились кровавыми и жестокими, однако эта манера режиссера использовать гротеск оказалась как нельзя кстати для усиления эффекта и создания ирреальной атмосферы действия в картине. На фоне всех этих чисто внешних моментов внутренний текст фильма, обозначенные в нем глубокие экзистенциальные проблемы, многими остались не замечены. И действительно, после первого просмотра ощущается единственное превалирующее над всеми ощущение - автор показал, насколько тонкой может стать грань между действительностью и виртуальной реальностью, между живым телом и «новой плотью». Но в «Видеодроме» поднимается также ряд очень глубоких философских проблем. О них и хотелось бы поговорить в данной статье.
Главный герой фильма, Макс Ренн (Джеймс Вудс) - владелец одного из небольших кабельных каналов для взрослых. Он занимается поиском нечто особенного, того, что смогло бы привлечь аудиторию к каналу.
В начале фильма показана сцена встречи с некими японскими партнерами, устраивающими презентацию своего порно-сериала. Ключевой для дальнейшего понимания сюжета фильма станет фраза Макса: «Это не заводит. Как-то… пресно».
Как раз вовремя поспевает предложение режиссера канала Харлана просмотреть запись сигнала, якобы перехваченного им с некоего спутника в районе Малайзии. Тут и происходит первое знакомство Макса с «Видеодромом». Короткая запись, длящаяся менее минуты, вмещала в себя сцены насилия, жестокости и садомазохизма. Ренн посчитал это потенциальным хитом и поручил сделать несколько записей шоу Харлану.
Приглашенный на вечернее ток-шоу, Макс завязывает знакомство с главной героиней - радиоведущей Ники. Их собеседником на этой встрече является профессор Брайан О’Бливиан (фамилия переводится как «забвение»). Однако профессора как такого нет, вместо него выступает видеозапись О’Бливиана. Следуют вопросы: является ли показ порнографии, насилия и жесткости факторами, влияющими на психику человека? Почему идет такая тенденция показа на телевидении? Становятся ли люди более аморальными, смотря подобные передачи? Нужно ли давать выплеснуться своим желаниям посредством контакта с экраном телевизора? Но телевидение уже давно превратилось в нечто большее, чем показ развлекательных программ. Человек хочет видеть себя в жизни виртуальной реальности, созданной на экране. Телевидение становится проекцией подсознания человека. И подсознание здесь трактуется Кроненбергом фрейдистски- как вместилище темных, архаичных, разрушительных желаний, скрытых в человеке.
Любовь и желание. Завязавшийся роман Макса и Ники – следующая важная тема «Видеодрома». Склонность девушки к садомазохизму (порезы на шее, сделанные ей по ее собственной просьбе ее любовниками) и понравившаяся запись «Видеодрома», шокируют Ренна - его интерес к этому «шоу» был чисто коммерческим, воспринимал он его как наигранные сцены, сделанные для последующей продажи видео на подпольном рынке. Тревога закрадывается в его сердце, когда Ники объявляет о своей поездке в Питтсбург для участия в пробах «Видеодрома». Макс всячески отговаривает ее - возникшая любовь побеждает темные желания. Впоследствии в фильме мы не раз увидим Ники на экране телевизора, ее образ будет использоваться создателями «Видеодрома» для контроля над Ренном. Тревога и любовь у Макса перемежаются с галлюцинациями, в которых он избивает Ники - еще один фрейдистский темный элемент. Борьба светлого и темного, любви против необузданного желания.
Действительность и виртуальная реальность. Профессор О’Бливиан мертв. Он - символ забвения. Но, будучи одним из создателей «Видеодрома», в итоге он стал его жертвой - опухоль мозга, возникшая в результате просмотра шоу, поглотила сознание профессора - он уверовал в виртуальную жизнь, жизнь в телевидении. Уверовал в «новую плоть». Проблема оторванности от реальности, возникновение неразличимой границы между действительным миром и миром воспаленного сознания — еще одна тема, затронутая режиссером и особенно актуальная в наши дни. Стоит ли говорить о том, что для 1983 года (задолго до появления «Матрицы») это было настоящим прорывом.
«Реальность такова, какой мы ее сами представляем». Вкрапляя в сюжет главный мотив шоппенгауэровской философии, Кроненберг чередует сцены реальной жизни с кошмарными галлюцинациями, «проекциями» больного сознания Макса и показывает пагубность неутолимого желания человека в получении новых неизведанных ощущений, приводящих к разрушению личности. «Видеодром - это смерть».
«Я - воплощенное видеослово. Долгая жизнь новой плоти»! Теперь Макс уже не может контролировать свою жизнь - он стал как видеопроигрыватель, в который можно загрузить и прокрутить любую пленку. Им воспользовались, чтобы отобрать контроль над каналом, на котором создатели «Видеодрома» планируют осуществить его первую живую трансляцию. Одного за другим Ренн убивает своих компаньонов. В сцене, когда он приходит убить дочь О’Бливиана, в нем еще теплится что-то человеческое. - "Я не убиваю людей". — «О нет, ты убиваешь для «Видеодрома»"! Макс - воплощенное видеослово. Его тело претерпевает мутации. Новая плоть. Долгая жизнь новой плоти!
Кульминация картины: Ники в телевизоре показывает путь обретения «новой жизни» путем умерщвления «старой плоти». Это - предостережение режиссера: таков результат необузданных внутренних желаний человека, они вызывают внутренний хаос и приводят к разрушению личности.
Этот мрачный, жуткий шедевр сделал Кроненберга знаменитым и стал ступенькой, которая помогла ему встать в ряд культовых артхаусных режиссеров и впоследствии реализовать новые авторские проекты. Воспринятая широкой публикой как очередная страшилка, наполненная сценами секса, насилия и крови, в действительности же она и по сей день является одной из самых умных картин о виртуальной реальности, затронувшей столь актуальные, не меняющиеся с течением времени и изменением технологий вечные проблемы человечества.
Еще больше материалов и оперативных публикаций - на нашем одноименном телеграмм-канале