6496. ЩЕЛИН О МАРКСИЗМЕ...

1. Можно как угодно интерпретировать кого угодно и что угодно. Например, говорить, что мышление — это процесс опускания грязных носков в кипящий чайник. И добавлять, что механизм опускания и есть логика мышления, а возникающий при этом опускании аромат есть самое само, есть дух мысли как таковой.

2. Но люди умные, да не покажется странным, норовят интерпретировать людей и вещи так, чтобы избегать несуразицы сравнительно с накопленным человечеством знанием и потому не садиться так уж часто в лужу. Люди умные не выпендриваются, а знают. И при недостатке знания — исследуют.

Наговоренное на Г. В. Ф. Хегеля, якобы создателя триады «Теория — Практика — Дух», есть именно произвольно наговоренное Павлом Щелиным, к самому Г. В. Ф. Хегелю с очень большой натяжкой, натяжкой не без разрывов и щелей, применимое. Наговоренное на К. Г. Маркса — ещё наивнее и натянутее.

То, что П. Щелин вменяет К. Г. Марксу, есть школьно усвоенный В. И. Ульянов (Н. Ленин) с его внесением социал-демократического сознания в ряды пролетариата. По К. Г. Марксу самому по себе всё иначе: само пролетарское бытие вменяет уму пролетария мировоззрение освободителя, освободителя себя самого, а заодно и освободителя общества в целом.

В текущие щелинские годы, когда уже в оригинале цитируешь «Декларацию независимости США», можно было бы преодолеть базарные и борзые, дворовые и дрянные интерпретации К. Г. Маркса, масла в голове на это должно хватать. И потому следовало бы говорить о К. Г. Марксе по существу его громадного учения и, кстати, весьма ограниченной политической практики, а не натягивать на него, как и на Г. В. Ф. Хегеля с Л. А. Фойербахом, гностицизм или же свежепрочитанный и приведший читателя в восторг устав караульной службы, этот бриллиант в короне консерватизма.

Вот А. Г. Дугин тоже марксизм впихнул в свою методологическую схему «Отец — Сын — Мать», на время в угоду этой своей схеме забыв о Св. Духе. Подобным же схематизмом болен П. Щелин? П. Щелин — схемотехник?

3. Бывает методология совсем уж неприменимая к избранному предмету. Как методология подметания улиц неприменима к повышению удоев молока, соревнованиям марафонцев или наклеиванию с помощью языка философии почтовых марок к конвертам и бандеролям. Однако, можно же пытаться её применять? Как говорится, «Николай Всеволодович, даже вошь, и та могла бы быть влюблена, и той не запрещено законами».

Но результаты подобного слишком вольного обращения с методами и методологией вообще, по обыкновению, прискорбные. Даёшь теорию струн! А потом и теорию арф, гитар, балалаек.

Как и в этих случаях, воспринимающее сознание посещает прискорбие при знакомстве с «гностическим Марксом». Почему не с готическим? До определённого времени К. Г. Маркс писал именно готическим шрифтом. Почему не букинистическим? К. Г. Маркс любил рыться в книгах, потому и провёл две трети жизни в библиотеке Британского музея, не говоря уже о книжных лавках.

4. Что касается общего, и поверхностного, впечатления от диалога собеседников, Павла Щелина и Евгения Голуба, то они в паре выступают как щедринские мальчик в штанах и мальчик без штанов.

Е. Голуб без штанов — в этом дискурсе, казалось бы, лишний, чуждый, ненужный… Но своей туповатой недалёкостью и почти полной невключённостью в тему, кстати без признаков осознания сих дисквалифицирующих собеседника в диалоге пороков, создаёт контраст воистину нелепого контекста суетящемуся, радующемуся, даже задыхающемуся в речи нетерпению первого ученика, отличника в классе П. Щелина...

2024.08.26.