Прошло пару недель, и я постепенно втянулся в службу, знакомясь как с личным составом, так и с заставой и её окрестностями, то есть с флангами и тылом.
По штатному расписанию на заставе числилось под 50 человек, но по причине ротации (увольнения дембелей) – едва ли была половина штата. Поэтому приходилось нести службу по максимальной нагрузке. Начну с личного состава, который, как известно, состоит из двух призывов – осеннего и весеннего, между которыми разница была по сроку службы.
Осенники, которые прослужили 2 года («квартира»), почти все уже поувольнялись, поэтому старший призыв, который остался на заставе, был «май-85», то есть мои деды, а на жаргоне – майские жуки. Их было немного, человек 6-8 (вообще, весеннего призыва, так уже исторически сложилось, было процентов 20-30 от общего состава военнослужащих, может быть поэтому и дедовщина у весенников была менее жёсткой, чем у осенников, но об этом в следующих повествованиях). Двое из них были из Ярославля – Юра Антипов (погоняло – Антипочкин) и Андрей Бабуров (погоняло – Трассер – был очень шустрым малым и с рыжей шевелюрой). Антипов был сержантом, Трассер – ефрейтором, как раз с ним я и пошёл в первый наряд на границу на левый фланг.
Остальные «жуки» были с Украины. Водитель ГАЗ-66 – Виталий Князев (Князь), водитель АПМ-90 – Микола Любич (Тыква), Саня Караученко (Караульча) – командир стрелкового отделения (Качан), остальные были не очень запоминающиеся личности, поэтому они не заслуживают особого внимания. Что можно о них сказать в двух слова – Князев был немного надменный товарищ (может быть из-за того, что с НЗ был на короткой ноге), ещё поговаривали, что у него был брат-близнец, который в Афгане получил тяжёлое ранение. Караученко – этакий простачок-дурачок, недалёкий солдафон. Любич так вообще был нытик по жизни – на службу призвался после техникума, был на 3 года старше своего призыва и всего боялся – как бы дембель не загорбатился, ему так и говорили: «Микола, стребати чи не надо?».
А вот Антипов и Бабуров были бравыми ребятами, никогда не выёживались, а если и попадало от них, то за дело. Если Караученко был дежурным по заставе, а Любич – колуном (часовой заставы), то в эфире радиостанции можно было услышать следующее: «Качан, Качан, ответь Тыкве на приём. – На приёме Качан…»
Среди моих годков бойцов тоже было немного: я, да ещё трое и все с Украины – мой подчинённый – Вадим Высоцкий из Ровеньков, Олег Кожура – инструктор службы собак и вожатый собак – Бескоровайный (Бес), тоже ещё тот чепок.
Осенников была большая половина и все они были украинцами (даже если и фамилия была больше русская, всё равно они кичились, что они украинцы – «хохлы»). Начну с самого противного – ефрейтора Пилипенко (Пилипок), вот уже ярый националист, хотя ходил в любимчиках Коменданта участка – майора В. Волка (тоже хохла).
По долгу службы Волк (его все звали Волчара, он прошёл Афган, кавалер ордена Красной Звезды) часто приезжал на заставу, а Пилипок в свободное время занимался «народным творчеством» - делал картинки на фанерном листе типа нынешних раскрасок. Брал основу (фанеру), делал силуэты будущего рисунка из проволоки диаметром 2 мм, потом нарезал проволоку диаметром 0.01 мм в стружку, наносил между контурами и поливал лаком – получалось незатейливое панно. Так вот, увидев эти «шедевры» Волк заказал несколько картинок, а в благодарность за «службу» наградил бойца отпуском в 10 суток. Простым смертным об отпуске приходилось только мечтать.
Был ещё один ефрейтор – Лазоренко, связист, вечный дежурный по связи. Юра Васильев (Васечник) – сержант, повар Воха Николаенко (почему-то у украинцев много имён несколько своеобразны: Воха, Тоха, Коха и т.д.), ещё один ефрейтор – Олег Абрамов, Саня Воробьёв – все пацаны из Харькова.
Вот уже не знаю, как сложилась у них гражданская жизнь, какое отношение у них к СВО и вообще к России. А то во времена Союза они любили подтрунивать над россиянами: да вот у нас в Бердичеве есть склады сахара, где лежит годовой запас, а у вас яблони стаканами продают и всё в таком дузе.
Кроме хохлов были ещё и бульбаши, хорошо запомнился Ванька Микулич. Когда он резал подхозного порося, то, перерезав ему горло, подставил кружку, набрал полную посуду крови и выпил одним залпом.
А теперь напоследок история из жизни хохлов-сослуживцев земляков. Про служебный бушлат. Гордостью любого пограничника были не только фуражка и зелёные погоны, но и служебные бушлаты – камуфляж. Кто же не мечтал иметь такой на гражданке… Только всё это имущество было на особом учёте и дежурные его проверяли поштучно. Так вот, повару Николаенко «посчастливилось» оприходовать вожделенный бушлат, и он спрятал его на мусорке – переждать, пока всё устаканится и переправить посылочку на родину, благо возможности были. Но такой номер попахивал криминалом. Так или иначе, Пилипок узнал об этом (может увидел, а может и услышал) и сдал Николаенко начальнику заставы, зная, что за это могут и в «дизель» запереть. Так вот, повар отделался «губой», дело замяли.
Едем дальше. Наши герои демобилизовались, проходит какое-то время, Пилипок собирается жениться и приглашает на свадьбу кого-бы вы думали – однополчанина Николаенко. Занавес. Выводы делайте сами, что из себя могут представлять украинцы.
Дальше будет ещё много интересных историй.