Казалось бы, что может быть лучше прекрасной памяти? Вот вы хотели бы запоминать все необходимое, едва услышав или увидев? Наверняка! Но Соломон Шерешевский с нами точно бы не согласился.
Феноменальная память
В первый раз на необычные способности Соломона обратил внимание редактор газеты, где на тот момент трудился молодой человек. На планерке Шерешевский сидел расслабленно и даже не пытался записывать указания и поручения, хотя они изобиловали именами, адресами и прочими мелкими подробностями. На возмущение шефа сотрудник ответил, что и так все помнит. А потом с точностью воспроизвел все диалоги вплоть до междометий.
Посещение выдающегося врача-невропатолога и психолога только подтвердило очевидный факт: Соломон обладал феноменальной памятью. Незнакомый с итальянским языком, он после первого воспроизведения запомнил строки из поэмы Данте «Божественная комедия». И не просто запомнил, а смог в первого раза без подготовки воспроизвести ее через 15 (!) лет во время повторного теста.
А как Вам эта формула?
Она не имеет никакого смысла и была придумала специально для исследования. Ее Соломон без труда запомнил и также спокойно воспроизвел через те же 15 лет.
Эта суперсила наконец позволила Соломону хорошо зарабатывать и содержать свою семью: он колесил с гастролями, и во время выступлений мог с точностью повторять неограниченное количество цифр, слов и просто слогов, которые называли или записывали на доске случайные зрители. Шерешевский в своем воображении располагал слова и звуки на улицах родного города Торжка, а потом мысленно «прогуливался» по знакомым местам, собирая нужную последовательность. Публика была в восторге и валом валила на шоу.
Но так ли хорошо ему жилось?
Память как мучение
В такой способности были и свои изъяны, которые по началу не бросались в глаза, но с возрастом стали все больше мешать своему носителю.
Во-первых, информации в голове Шерешевского было настолько много, что со временем она просто превратилась в хаотичную кашу. Он не видел разницы между списком слов, который он запомнил вчера, и списком 10-летней давности. Если там случайно попадалось нужное ему слово, он, дойдя на него, оказывался как бы на развилке: по какой последовательности продолжить путь? Какая тропинка верная – он не понимал, ведь обе дорожки были одинаково свежи в его удивительном мозгу.
Во-вторых, он очень плохо запоминал лица, а значит, просто не отличал людей друг от друга. Для него человеческие лица были слишком изменчивыми: он запоминал каждую морщинку, складочку, выражение, прядь волос, царапинку, игру света и тени в данный конкретный момент, и не мог вычленить универсальных индивидуальных черт. В итоге на следующий день человеческое лицо слегка менялось, а «якоря» у Соломона не было.
В-третьих, у него были сложности с восприятием длинных и сложных текстов. Нет, он мог почти мгновенно выучить их наизусть и воспроизвести, но вот понять… Тут было сложнее: в его мире текст распадался на множество цветовых, звуковых, вкусовых, осязательных и обонятельных ассоциаций. Именно так: через чувства и образы он запоминал свои последовательности – сейчас мы называем такой способ запоминания «мнемоникой». В итоге, каждое слово, и даже союз или междометие рассказывали мнемонику свою отдельную историю – куда уж тут угнездиться смыслу рассказала?
В итоге он стал человеком как бы потерянным, крайне непрактичным, рассеянным и слегка асоциальным. Вот лишь один случай: однажды Соломону посоветовали сесть на трамвай и сократить путь до места назначения. В ответ его мозг родил жуткий металлический лязг во рту, который Шерешевский с трудом мог терпеть. Чтобы хоть как-то отвлечься, он зашел в кафе и спросил у продавщицы, какое мороженое есть в наличии. Та ответила, что пломбир. Мы, обычные люди, обрадовались бы, согласитесь? А у Шерешевского слово «пломбир» в сочетании с голосом женщины родило ассоциацию с горящими углями и черной массой, вырывающимися изо рта продавщицы. Он так и не смог купить лакомство.
Как жить с таким «богатством»?
При этом, согласно заключениям специалистов, Соломон Шерешевский оставался нормальным человеком без явно выраженных отклонений (хотя и со своими особенностями). Однако, его феноменальная память явно мешала ему жить, превращая его реальность в некое сюрреалистическое действо.
Поэтому последнюю треть своей жизни Соломон провел, пытаясь научиться забывать. Сначала он использовал визуальные приемы: стирал информацию с доски, как бы вычищая ее из памяти, или писал слова на бумаге, которую затем сжигал. Такое наглядное представление мало помогало, но в конце концов он научился «забывать» информацию просто силой воли. В этом случае он как бы «убирал» знание в очень дальний ящик в своем мозгу и извлекал его лишь по осознанной необходимости.
И что получается? Оказывается, наша забывчивость, которую мы так ругаем, на самом деле помогает нам жить: воспринимать смыслы, выявлять логические последовательности, эффективно пользоваться абстрактным мышлением и выстраивать сложные взаимосвязи. Так что в следующий раз, коря себя за рассеянность, вспомните, что в нашем организме ничего не происходит просто так ;)
А еще я жду ваших лайков. А за репост вообще буду всячески благодарна!