Ясин ушел в муках. Мальчик задыхался, пугался от того, что не хватает воздуха, и от этого задыхался еще сильнее.
Ясин Зинатов был паллиативным ребенком. Вскоре после рождения ему поставили страшный диагноз - понтоцеребеллярная гипоплазия первого Б типа. Это значит, что он периодически просто забывал, как это – дышать. И врачи ничего с этим не могли сделать. Ясин не мог ходить, ползать, говорить. Но он узнавал маму, папу, обожал свою старшую сестренку Ляйсан.
Летом 2021 года, когда в доме без предупреждения отключили электричество, приборы, которые помогали Ясину дышать, выключились тоже. Пока ехала «Скорая помощь», мама помогала Ясину дышать при помощи кислородной подушки, а потом ей удалось заставить работать домашний кислородный концентратор от автомобильного аккумулятора. Через 40 минут приехала «Скорая помощь», и врачи подключили малыша к кислородному баллону. Они спасли ему жизнь.
30 сентября врачи не успели. Ясин начал задыхаться, домашние приборы не справлялись. А его родители… не могли дозвониться до «Скорой помощи».
- Они просто не берут трубку! Помогите, пожалуйста! Он умирает! Вызовите нам «Скорую помощь»! – в ночи мама Ясина Елена Зинатова позвонила главе благотворительного фонда «ЕВИТА» Ольге Шелест. Фонд довольно долго поддерживал их семью. И в этот раз Ольга Шелест не смогла остаться в стороне.
- Я судорожно звоню одному, второму, третьему… Но у всех вечер, конец рабочего дня. И только один человек за секунду решает вопрос, и через 10 минут «Скорая» в квартире. И еще 20 минут реанимации…. Но уже поздно. Он не дождался…
Пока родители пытались дозвониться до врачей, рядом с Ясином была сестренка – Ляйсан держала братика за руку, пыталась его успокоить, дышала вместе с ним. Но уровень кислорода в крови падал, биение сердца замедлялось, дыхание пресекалось… Ясин умер на ее глазах, беззвучно плача от страха…
Как так получилось? Кто виноват и что делать? В минздраве и «Скорой помощи» уже проводят «работу над ошибками». На следующий день после смерти Ясина Ольга Шелест написала в соцсетях:
- Да, раньше такого не было. Во всяком случае, трубку на 103 брали всегда. Максимум ждать бригаду приходилось час. Сейчас - не так. В чем дело? Потому что в Самарской области крайне непростая ситуация с COVID-19. Заболевших много, и рук не хватает. Ни диспетчеров, ни фельдшеров, ни врачей, ни «скорых». Люди работают на износ, но этого мало. Что мы можем сделать? Не войти в группу риска. Привиться. Мне было страшно, но я это сделала. Конечно, можно клясть систему. Но любая система имеет свой предел нагрузки, и наша задача - по возможности снизить эту нагрузку. Это может каждый.
Что нужно сделать для того, чтобы подобная ситуация не повторялась, сейчас решают в минздраве. По словам Ольги Шелест, мамы детей-инвалидов готовы направить губернатору Самарской области коллективное письмо с просьбой выделить дополнительное финансирование для того, чтобы увеличить штат диспетчеров и фельдшеров на «Скорой помощи».
Автор: Александра БУДАЕВА. Из архива «КП»